Анна Кэтрин Грин – Дело Ливенворта (страница 16)

– Ну? – спросил тот, подойдя. – Что там?

Человек пожал плечами и увлек своего начальника за дверь. В коридоре их голоса перешли на шепот, и, видя лишь их спины, я обернулся к своей собеседнице. Она была бледна, но спокойна.

– Он пришел от Элеоноры?

– Не знаю. Боюсь, что да. Мисс Ливенворт, – продолжил я, – неужели возможно, чтобы у вашей кузины было что-то, что она желала бы скрыть?

– Так вы думаете, она что-то скрывает?

– Я этого не утверждаю. Но много говорили о каком-то документе…

– Они никогда не найдут ни бумаги, ни чего-либо иного подозрительного у Элеоноры, – перебила его Мэри. – Во-первых, не существовало никакой бумаги, достаточно важной, – тут я заметил, как фигура мистера Грайса внезапно напряглась, – чтобы кто-нибудь стал похищать и прятать ее.

– Вы уверены? Не могла ли ваша кузина быть осведомлена о чем-нибудь…

– Не о чем было быть осведомленной, мистер Рэймонд. Мы вели самую обычную домашнюю жизнь. Я, со своей стороны, не понимаю, почему этому всему уделяют столько внимания. Мой дядя, несомненно, погиб от руки злоумышленника, намеревавшегося обворовать дом. То, что ничего не было похищено, еще не доказывает, что это не было попыткой ограбления. Что же до запертых дверей и окон, станете ли вы считать слово ирландской служанки безоговорочно правдивым в столь важном вопросе? Я – нет. Я убеждена, что убийца принадлежит к шайке людей, живущих за счет грабежей чужих домов, и, если вы не можете искренне со мной согласиться, то хотя бы допустите такую возможность – если не ради чести моей семьи, то… – и девушка обратила на меня свое прекрасное лицо: глаза, щеки, губы – все столь изящное и чарующее, – то ради меня.

В этот миг мистер Грайс повернулся к нам.

– Мистер Рэймонд, не будете ли вы так любезны подойти сюда?

Радуясь возможности увильнуть от разговора, я поспешно повиновался.

– Что случилось? – спросил я.

– Мы намерены посвятить вас в одно обстоятельство, – спокойно ответил детектив.

– Мистер Рэймонд, мистер Фоббс.

Я поклонился стоявшему передо мной человеку и застыл в тревожном ожидании. Как бы мне ни хотелось узнать, чего нам на самом деле следует опасаться, я все же интуитивно избегал любого общения с тем, кого считал шпионом.

– Дело довольно важное, – продолжал сыщик. – Мне нет необходимости напоминать вам, что это конфиденциальная информация, не так ли?

– Нет.

– Я так и думал. Мистер Фоббс, продолжайте.

В тот же миг весь облик Фоббса изменился. Приняв важный вид, он приложил свою широкую ладонь к сердцу и начал:

– По поручению мистера Грайса, наблюдая за поведением мисс Элеоноры Ливенворт, я покинул комнату вслед за ней и двумя слугами, которые проводили ее наверх, в ее собственные покои. Оказавшись там…

– Оказавшись где? – перебил его мистер Грайс.

– В ее комнате, сэр.

– Где она расположена?

– Наверху, у лестницы.

– Это не ее комната. Продолжайте.

– Не ее комната? Тогда, значит, она направлялась к камину! – вскричал Фоббс, хлопнув себя по колену.

– К камину?

– Простите, я забежал вперед, – продолжал он. – Мисс Элеонора, казалось, почти не обращала на меня внимания, хотя я шел прямо за ней. Лишь когда она дошла до двери этой комнаты, которая, заметьте, вовсе не была ее комнатой! – вставил он с драматическим нажимом, – и обернулась, чтобы отпустить слуг, она, по-видимому, заметила, что за ней следят. Затем, окинув меня взглядом, исполненным большого достоинства, которое, однако, быстро сменилось выражением терпеливой выдержки, она вошла, оставив за собой дверь открытой с вежливостью, которую я не могу в достаточной мере похвалить.

Я невольно нахмурился. При всей своей, казалось бы, добросовестности, человек этот явно не считал происходящее для себя чем-то угнетающим. Заметив мое недовольство, Фоббс смягчил тон.

– Не видя иного способа держать девушку в поле зрения, кроме как войти следом, я прошел в комнату и сел в дальнем углу. Она бросила на меня быстрый взгляд, когда я это сделал, и начала беспокойно расхаживать по комнате, что выглядело очень непривычно. Вдруг она резко остановилась прямо посреди комнаты. «Принесите мне стакан воды!» – выдохнула девушка. – «Мне опять дурно… скорее! Он стоит в углу, на подставке». Чтобы достать этот стакан, мне нужно было пройти за туалетное зеркало, доходившее почти до потолка, и я, естественно, заколебался. Но она повернулась и посмотрела на меня, и… Что ж, джентльмены, я думаю, любой из вас поспешил бы выполнить просьбу мисс Элеоноры или, по крайней мере, – Фоббс с сомнением посмотрел на мистера Грайса, – отдал бы что угодно за такую привилегию, даже если бы не поддался искушению.

– Ну, ну! – нетерпеливо воскликнул мистер Грайс.

– Продолжаю, продолжаю, – кивнул тот. – Затем я на мгновение скрылся из виду, но, по-видимому, этого было достаточно для ее цели, потому что, когда я появился со стаканом в руке, мисс Элеонора стояла на коленях у каминной решетки, футах в пяти от того места, где прежде находилась, и возилась у пояса платья так, будто у нее там было спрятано что-то, от чего она очень хотела избавиться. Я внимательно наблюдал за ней, подавая воду, но Элеонора смотрела в камин и, казалось, ничего вокруг не замечала. Отпив всего глоток, мисс вернула мне стакан и уже в следующий миг протянула руки к огню. «О, как мне холодно! – воскликнула она. – Так холодно!» И я искренне верю, что ей и в самом деле было холодно. По крайней мере, она дрожала весьма правдоподобно. В камине тлели последние угли, и когда я увидел, как девушка вновь сунула руку в складки платья, я насторожился. Подойдя на шаг ближе, я заглянул через ее плечо и отчетливо увидел, как она бросила в решетку какой-то предмет, который звякнул, ударившись о металл. Заподозрив, что это такое, я уже собирался вмешаться, как мисс Элеонора вскочила, схватила стоявшее у очага ведро с углем и одним движением высыпала все на тлеющие угли. «Мне нужен огонь, – закричала она, – огонь!» «Это не лучший способ его развести», – ответил я и стал осторожно, руками, по кусочку, вынимать уголь и перекладывать обратно в ведро, пока…

– Пока что? – спросил я, заметив, как он и мистер Грайс быстро обменялись взглядами.

– Пока не нашел вот это! – воскликнул молодой человек, раскрывая широкую ладонь и показывая мне ключ со сломанной рукояткой.

Глава 10. Следствие обретает новый поворот

Это поразительное открытие произвело на меня самое печальное впечатление. Значит, это все было правдой. Элеонора – прекрасная, пленительная Элеонора – была… Я не продолжил, да не смог бы продолжить фразу, даже в тишине собственных мыслей.

– Вы выглядите удивленным, – заметил мистер Грайс, с любопытством взглянув на ключ. – А вот я – нет. Женщина не волнуется, не краснеет, не увиливает и не падает в обморок без причины, особенно такая женщина, как мисс Ливенворт.

– Женщина, способная на подобный поступок, была бы последней, кто стал бы волноваться, увиливать и терять сознание, – возразил я. – Дайте мне ключ, я хочу его увидеть.

Детектив с довольным видом вложил его мне в руку.

– Это именно тот ключ, который нам нужен. Тут уж ничего не поделаешь.

Я вернул его.

– Если она объявит себя невиновной, я поверю ей.

Грайс с величайшим изумлением уставился на меня.

– У вас, вижу, крепкая вера в женщин, – рассмеялся он. – Надеюсь, они никогда вас не разочаруют.

Мне нечего было ответить, и на мгновение воцарилось молчание, которое первым нарушил мистер Грайс.

– Осталось сделать лишь одно, – сказал он. – Фоббс, вам придется попросить мисс Ливенворт спуститься вниз. Не пугайте ее, просто добейтесь того, чтобы она пришла. В приемную, – добавил он, когда слуга уже отходил.

Как только мы остались одни, я направился было к Мэри, но детектив остановил меня.

– Останьтесь и доведите дело до конца, – прошептал он. – Она сейчас будет здесь, лучше вам это увидеть.

Я оглянулся и заколебался. Однако мысль о том, что я снова увижу Элеонору, невольно увлекла меня. Попросив Грайса подождать, я вернулся к Мэри, чтобы извиниться.

– Что случилось? Что произошло? – взволнованно спросила она.

– Пока ничего такого, что могло бы вас потревожить. Не пугайтесь, – успокоил ее я, но мое лицо выдало меня.

– Что-то случилось! – воскликнула девушка.

– Ваша кузина спускается вниз.

– Сюда? – она вздрогнула.

– Нет, в приемную.

– Я ничего не понимаю. Все так ужасно, а мне никто ничего не говорит.

– Я молю бога, чтобы и говорить было не о чем. Судя по вашей вере в кузину, так оно и будет. Утешьтесь этим, и будьте уверены: если произойдет что-нибудь, о чем вам следует знать, я сразу вас извещу.

Ободряюще взглянув на Мэри, я оставил ее, обессиленную, прислонившуюся к алым подушкам дивана, на котором она сидела, и вернулся к мистеру Грайсу. Мы едва успели войти в приемную, как появилась Элеонора Ливенворт. Она была еще более усталой, чем час назад, но держалась все так же надменно. Медленно приблизившись, девушка взглянула на меня, слегка склонив голову.

– Меня вызвал сюда, – сказала она, обращаясь исключительно к мистеру Грайсу, – человек, который, как я полагаю, ваш служащий. Если это так, прошу вас немедленно изложить свои намерения, ибо я совершенно без сил и крайне нуждаюсь в отдыхе.

– Мисс Ливенворт, – ответил мистер Грайс, потирая руки и глядя на дверную ручку с почти отеческим выражением, – мне чрезвычайно жаль вас беспокоить, но дело в том, что я хотел бы задать вам…