Анна Кениг – Я дома. Том 2. (страница 3)

«Это правда. Аметистария существует. Всё это не бред, не игра моего воображения. Я не схожу с ума», — повторяю про себя, словно заклинание. Взгляд снова возвращается к браслету, и на мгновение мне кажется, что я слышу тихий шёпот, не словами, а ощущениями.

Но тут же накатывают холодные, колючие сомнения. А если я не справлюсь? Если всё пойдёт не так? Если этот камень, просто красивая иллюзия, а я ведусь на обман? Мысль пронзает, заставляя сжать пальцы в кулаки. Глубоко вдыхаю, пытаясь унять внутреннюю бурю. Нет. Нельзя сомневаться. Не сейчас. Опускаю взгляд на браслет. Камень тихо пульсирует, напоминая: это не просто украшение. Это связь. Это обещание. Блейкард ждёт. Кларис держится за ниточку, которая вот-вот оборвётся. И если я сейчас отступлю, если скажу «это слишком сложно», всё рухнет.

Пытаюсь собрать мысли в кучу. Владимир.

Имя звучит грубо, весомо. В нём слышится власть, привычка к подчинению, непреклонность. И я должна очаровать его? Убедить? Обмануть? Мысль кажется абсурдной, почти смешной. Как будто я собираюсь сыграть роль в театре, где правила неизвестны, а ставки выше, чем жизнь.

Одно имя, а уже столько образов в голове: человек в дорогом костюме, с холодным взглядом. И я должна не просто попасть к нему на глаза, я должна заставить его захотеть пустить меня на аукцион.

Красиво курить. Я не ослышалась? И это его критерий? Я почти смеюсь вслух, но смех застревает в горле. В этом мире всё сводится к показухе, к игре. К тому, как ты выглядишь, как двигаешься, как держишь сигарету между пальцами. Но как? Как превратиться в ту, кого он захочет увидеть? В ту, кто играет по его правилам, но при этом остаётся собой? Я не актриса. Я воин. Я привыкла к прямому бою, к стали и магии, а не к этим танцам вокруг да около.

Я подхожу к зеркалу. Смотрю на своё отражение и не узнаю её. Элиана Вейс. Кто она? Что она носит? Как говорит? Как смеётся? Я должна стать ею. Хотя бы на одну ночь. Хотя бы для того, чтобы забрать камень и вернуться домой. Дом. Это слово отдаётся в груди острой болью. Агатгард мой дом. Не эта квартира, не этот город, не этот мир. Там горы, там лес, там близкие, которые ждут. Там Блейкард. Закрываю глаза, пытаясь вспомнить его лицо. Его улыбку, голос, когда он говорил: «Ты справишься. Ты всегда справляешься».

— Я справлюсь, — шепчу я, крепче сжимая браслет. — Даже если придётся курить, танцевать и говорить на языке, которого я не понимаю. Даже если придётся стать кем-то другим.

Открываю глаза. В зеркале, та же я. Но теперь в моём взгляде есть что-то новое. Что-то жёсткое, решительное. Я не Анна и не Элиана Вейс. Я Анника. И я вернусь домой. Подхожу к столу, беру бокал с Шарутом. Делаю последний глоток.

— Ладно, Владимир, — говорю я вслух, ставя бокал на стол. — Давай поиграем.

*****

Я достаю телефон. Открываю приложение авиаперевозок. Ближайшие рейсы. Экран мигает, выдаёт варианты. Москва. Через 4 часа. Идеально. Не слишком рано, чтобы маяться от нетерпения, не слишком поздно, чтобы упустить шанс. Нажимаю «Купить. Оплата проходит мгновенно. На экране появляется электронный билет. Всё. Путь начат.

Стою перед пустым чемоданом, перебирая вещи. У меня нет подходящей одежды. Та, что висит в шкафу, либо слишком будничная, либо кричит брендами, а в нужных кругах это не принято. Что нужно? Не просто дорогая одежда, а одежда, которая говорит без слов. Ткань должна быть безупречной, крой идеальным, детали едва уловимыми, но ощутимыми. Такая, где цена читается в посадке, в качестве швов, в том, как материал ложится на тело. Нужно Платье. Но не вечернее, не для бала. Что-то между: достаточно смелое, чтобы запомниться, но не настолько откровенное, чтобы выглядеть дёшево. Оружие, а не украшение. Решаю: куплю его в Москве. В одном из тех магазинов, где нет вывесок, где продавцы знают, кто ты, ещё до того, как ты заходишь. Где цена не указана на бирке, потому что она и так понятна каждому, кто переступил порог.

Беру телефон, проверяю бронь отеля. Всё готово. Теперь в аэропорт.

Останавливаюсь у двери, рука уже на выключателе. Останавливаюсь. Обвожу взглядом квартиру. В последний раз. Вот этот диван. Сколько ночей я просидела на нём, поджав ноги, тупо глядя в телевизор и пытаясь заглушить мысли, что рвали душу на части? Сколько раз просыпалась на нём под утро, с мокрым от слёз лицом и одной мыслью: «Зачем я проснулась?»

Вот окно. Моё единственное окно в мир. У которого я стояла ночами, прижимаясь лбом к холодному стеклу, глядя на равнодушные звёзды и спрашивая их снова и снова: «Почему? Почему я здесь, а не там?» Звёзды молчали. Они всегда молчали.

Провожу пальцами по стене у косяка. Обои шершавые, дешёвые. Я всегда хотела их переклеить, но так и не собралась. Всё казалось, временно. Всё казалось, не моё. Так и оказалось. Это место никогда не было мне домом. Здесь остаётся часть меня. Та, какой я была эти месяцы: сломленная, потерянная, умирающая внутри, но всё ещё цепляющаяся за существование по инерции. Та, что боялась надеяться, что почти сдалась. Я не возьму её с собой.

Мысль о родителях приходит неожиданно. Тёплая, щемящая, как прикосновение маминой руки.

Мама. Папа. Они даже не знают. Не знают, через что я прошла. Не знают, что их дочь побывала в другом мире, сражалась с чудовищами, любила и теряла. Для них я просто Анна, которая уехала, живёт своей жизнью, иногда звонит по праздникам. Я люблю их. И именно поэтому я иду. Если я не верну камень, если этот мир рухнет под давлением магии, они погибнут. Их дом, их город, всё превратится в пыль. Они даже не поймут, что случилось. Просто исчезнут в один миг. Я не могу этого допустить. Они должны жить. Должны видеть рассветы, пить чай на кухне по утрам, радоваться мелочам. Они заслуживают долгой, спокойной жизни. И если для этого я должна рискнуть своей, я рискну. И потому что мой дом не здесь. Мой дом в Агатгарде. Я иду туда. К ним. К себе. Но я иду и ради них, тех, кто остаётся здесь. Я несу ответственность за оба мира. И я не подведу ни тот, ни другой.

Комок подступает к горлу. Щиплет в глазах. Но слёзы не приходят, я выплакала их все за эти месяцы.

— Прощай, — шепчу я в пустоту.

Выключаю свет. Закрываю дверь. Щелчок замка отдаётся в груди глухим эхом, как последний вздох того, что было. В кармане билет. На руке браслет. В сердце огонь. Прочь из этой жизни. Из этой клетки. Из этой боли. Навстречу той, что ждёт.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.