Анна Кэмпбелл – Во имя любви (страница 56)

– По твоим словам выходит, что я какой-то деспот!

Ричард пожал плечами.

– Ты выбрал женщину, обладающую силой духа. Во всяком случае, она такой будет, когда перестанет пугаться каждого неодобрительного шепота, который может тебя расстроить. Ведь она – Торн. И я не могу представить, чтобы она чего-то испугалась. Торны впитывают безрассудство с молоком матери.

– Репутация ее опережает, – тихо заметил Джозеф.

Кэм со стуком поставил на стол свой бокал.

– Хочешь, чтобы я пересчитал тебе зубы, приятель?

– Угрожай, сколько угодно. Изуродовать меня сильнее все равно не получится. Я просто констатирую факт, который известен всем, Кэм, – спокойно ответил Джозеф. – Ты всегда говорил, что выберешь женщину с безупречной репутацией. Именно поэтому ты и выбрал леди Марианну, если я верно помню суть нашей беседы.

– Ну… не совсем поэтому. – Кэм ощутил неловкость, так как все высшее общество конечно же расценило его женитьбу на Пен как отказ предыдущей невесте.

– Нет, именно поэтому, – возразил Джозеф. – Но если бы ее имени хоть косвенно коснулся какой-нибудь скандал, ты даже не сел бы рядом с нею за столом.

– А потом ты вернулся домой с Пенелопой Торн, исколесившей континент от Каира до Стокгольма, – добавил Ричард. – Так что не стоит обвинять нас в излишнем любопытстве.

Тяжко вздохнув, Кэм понял, что должен рассказать друзьям правду. Они знали его слишком хорошо и едва ли могли поверить в сказку о безумной любви.

Расправив плечи, герцог проговорил:

– Пен – единственная женщина, которой я делал предложение.

На Джозефа это заявление не произвело ни малейшего впечатления, и он, кивнув, протянул:

– Ну, это очевидно… Ты ведь на ней женился…

Покосившись на Ричарда, уже знавшего его печальную историю – не всю конечно же, – Кэмден проговорил:

– Да, я сделал ей предложение перед свадьбой. Но девять лет назад я уже просил ее стать моей женой.

– И все это время ты был помолвлен? – Джозеф был ошеломлен, хотя не понимал, что именно произвело на него большее впечатление – то, что Кэм так долго тянул со свадьбой, или тот факт, что он чего-то не знал о своем близком друге. А ведь он, Джозеф Меррик, всегда очень гордился тем, что знал все обо всех.

– Конечно, нет, – ответил Кэм со вздохом. – Потому что Пен в первый раз мне отказала.

– И правильно сделала, – заявил Ричард. – Поднимаю бокал в честь отсутствующей Пенелопы. Я же сказал, что у нее чертовски сильный характер…

– Значит, тогда Пенелопа Торн не захотела выйти за тебя замуж? – с удивлением спросил Джозеф. – Но ведь ее семья уже в то время испытывала финансовые затруднения… К тому же Торны всегда пользовались дурной славой. Превосходные солдаты на войне, но совершенные смутьяны в мирное время.

Кэмден поджал губы, хотя с самого детства слышал эту прописную истину.

– Питер был моим другом.

Джозеф утвердительно кивнул.

– Да, знаю. Этот парень был обворожителен. Даже слишком. Да и все Торны такие… Так что тебе в жены досталась настоящая красавица, Кэм.

– Леди Марианна тоже весьма недурна собой, – запротестовал Ричард.

– Не спорю, – кивнул Джозеф. – Но даже тебе придется признать, что при появлении герцогини Седжмур все вокруг рискуют свернуть себе шеи. Как только твоя жена, Кэм, обретет уверенность в себе и – извини, что говорю это, – купит несколько приличных платьев, она станет настолько неотразима, что ты и близко к ней не сможешь подойти из-за толпы поклонников.

Проклятье! Этого-то Кэм хотел менее всего. Еще в юности он решил, что ему не нужна жена, по которой будут сохнуть другие мужчины. Ну, и к чему он пришел? Попал под влияние женщины, заставляющей гулко биться мужские сердца. Все его надежды обрести тихий семейный уют оказались под угрозой.

Кэмден с трудом подавил чувство бешеной ревности, нахлынувшей на него при мысли о том, что до Пен, возможно, дотронется кто-то другой и что с этим другим она будет проделывать то же самое, что так потрясающе проделывала с ним прошедшей ночью. Невольно сжав кулаки, Кэмден подумал: «Если кому-то захочется хотя бы посмотреть в сторону моей жены, этот человек – покойник».

– Ты в порядке, Кэм? – послышался голос Ричарда.

Кэм вздрогнул – словно очнулся ото сна. Заставив себя улыбнуться, он пробормотал:

– Да, конечно. В полном.

Ричард внимательно на него посмотрел и тихо сказал:

– Но ты выглядел так, словно собирался вспороть Джозефу живот. Или мне.

Кэм снова изобразил улыбку. Немного помедлив, сказал:

– Пен – моя жена. И она заслуживает моей преданности… а также вашего уважения.

Джозеф нахмурился, и это означало, что он о чем-то задумался.

– Да, конечно, заслуживает.

Кэм не ожидал, что друг так быстро выразит согласие.

– Она тебе понравится, когда ты узнаешь ее поближе.

– Нисколько не сомневаюсь, – кивнул Джозеф. И опять-таки – кивнул. Слишком уж быстро.

Кэмден нахмурился и сурово посмотрел на друга. К несчастью, Джозеф был одного с ним роста, поэтому испепеляющий взгляд Кэма не произвел привычного эффекта.

– Это сарказм? – осведомился герцог.

На лице Джозефа отразилось неподдельное удивление.

– Вовсе нет, приятель. Очень хорошо, что ты не женился на леди Марианне, ибо я с самого начала был против этого союза. Мне было бы очень неприятно смотреть, как ты вступаешь в столь холодный и лишенный всяких чувств брак.

Кэм хотел уже заявить, что его брак с Пен тоже основан отнюдь не на чувствах, но что-то его остановило. Что именно, – он и сам не знал.

– Из Пен получится превосходная герцогиня, – подал голос Ричард со своего дивана. – Хотя для меня по-прежнему загадка: почему же она отказалась выйти за тебя, когда у Торнов наступили тяжелые времена?

– Похоже, вы оба намекаете на то, что она вышла за меня в поисках какой-то выгоды, – ощетинился Кэм.

Ричард неодобрительно посмотрел на друга.

– Ты стал чертовски обидчивым, Кэм. Нет, мы вовсе не это имели в виду. Впрочем, ты и сам прекрасно знаешь: даже если бы ты был не в себе, опоенный опиумом, или злоупотреблял спиртным, девушки все равно выстроились бы в очередь, желая заполучить титул герцогини.

– Спасибо за комплимент, – буркнул Кэм.

– Не стоит благодарности. – Джозеф расплылся в улыбке. – И все же, приятель, ведь много лет назад ее близкие наверняка вынуждали Софи принять твое предложение. Она что, была влюблена в другого?

– Я ничего об этом не знаю. – Подобная мысль показалась Кэму отвратительной, хотя он сам не понимал, почему. Если Пен и была влюблена в кого-то в девятнадцать лет, эта история, судя по всему, закончилась не слишком счастливо. – Нет, не было никаких разговоров о ее предпочтениях.

– А вот на континенте – были, – произнес Ричард с серьезнейшим выражением лица.

– Это всего лишь разговоры, – возразил Кэм. Он знал это наверняка по одной очень веской причине, о которой не хотел рассказывать даже близким друзьям. Краска обожгла его щеки, и он отхлебнул бренди, чтобы скрыть замешательство. Невинность Пен – не их ума дела. Кэм поспешно сменил тему, но к сожалению, новая тема оказалась столь же неприятной. – Мать довела ее до такого состояния, что она отказалась от дебюта и сбежала в Италию.

Джозеф громко расхохотался, и Кэмдена это не слишком удивило. Ведь его друг давно уже славился своими неожиданными взрывами веселья.

– О, Кэм, я тебе сочувствую! И все же, черт возьми, это бесценно!

Кэм бросил на друга гневный взгляд.

– Не вижу ничего смешного, – проворчал он.

– Увидел бы, если б не пытался все эти годы довести свой образ до совершенства, – с раздражением ответил Джозеф. – Но знаешь, твоя жена нравится мне все больше и больше…

– Кэм, не надо быть с нами таким надменным. – Ричард поднялся со своего места и взялся за графин. – Даже мне немного смешно, что женщина, вполне отвечавшая всем твоим критериям, пришла в такой ужас от перспективы брака с тобой, что сбежала на континент.

– Она сбежала от своей матери, – процедил Кэм сквозь зубы.

– Не сомневаюсь. – Ричард наполнил бокал Джозефа и повернулся к Кэмдену. – И все же это никак не объясняет, каким образом тебе все же удалось связать себя с ней узами брака спустя столько лет. Ведь она вела… весьма насыщенную жизнь и даже о тебе не вспоминала.

Кэмден промолчал. Он так много сил потратил на то, чтобы пережить ту свою давнюю неудачу, что давно уже не должен был реагировать на упоминание о ней. Подавив вздох, он протянул Ричарду пустой бокал. Наверное, ему следовало испытывать благодарность к друзьям – ведь они оказались достаточно смелыми, чтобы указать на его высокомерие. Ох, если бы только они знали, что в мастерстве высмеивания его недостатков им никогда не сравниться с очаровательной герцогиней Седжмур.

– На смертном одре Питер попросил меня сопроводить Пен в Англию. – Кэмден ждал какого-то ответа, но друзья были настолько поглощены его рассказом, что хранили молчание. – Вот я и разыскал ее в Альпах, а затем привез домой. – Кэм немного помолчал, потом добавил: – И не смотрите на меня так. Я держал себя в руках.