Анна Казинникова – Истинная вера (страница 69)

Сон как рукой сняло. Амелина встрепенулась и удивленно посмотрела на принца, который выглядел невероятно усталым и измученным. Его зеленые глаза больше не светились озорством, в них засела какая-то глубинная печаль. Такая порой встречалась у умудренных опытом старцев-отшельников. А улыбка, хоть и была наполнена нежностью, наводила скорее на грустные мысли.

— Зак, — она провела ладонью по лицу молодого мужчины, с удивлением отмечая появившиеся на лбу легкие морщинки, которых прежде не было. — Это правда ты?

— Я, милая. Отдыхай, — он прижал Амелину к себе, прикрывая глаза. — Нам обоим нужен отдых.

Сейчас Зак искренне не понимал, как сумел добраться до Амелины так быстро. Покидая избушку старой ведьмы, он словно уступил управление телом своей второй сущности. Нет, Зак не принял облик дракона, но слух, обоняние и зрение, и прежде сильно отличавшиеся от человеческих, вовсе перестали быть таковыми. Получилось превращение наоборот: не Зак обернулся драконом, а древний ящер, живущий в его душе, перевоплотился в человека и действовал, полагаясь на свои инстинкты. Зак же при этом оставался простым зрителем, со стороны наблюдая за происходящим.

Когда опасность миновала, и Амелина была спасена, дракон с чувством выполненного долга уснул, оставляя человеческой форме много пищи для размышлений.

— Прости… — прошептала Амелина, удобно устраиваясь на его груди. — Я понимаю, что не должна была…

Амелина не знала, как ей извиняться за то, что подвергла риску жизнь члена королевской семьи. За подобное ей, наверное, даже какое-то наказание полагается. В свое оправдание она могла лишь повторить, что в записке горячо просила Зака не рисковать и не разыскивать этих страшных людей, а Натаниэля — всеми силами удерживать принца от безумных поступков.

— Я понимаю, что должна, — глубоко вздохнув, Зак улыбнулся.

— Понимаешь?

— Конечно. Я же принц и учил философию основополагающих верований Вансланда. Ты не могла позволить убить Алекса и сделала все, чтобы защитить его. Знаешь, я бы, наверное не смог сохранить хладнокровие, — с этими словам он чмокнул Амелину в кончик носа.

В этом утверждении была доля лукавства. Зак не то чтобы не смог, скорее он бы не хотел и даже боялся когда-нибудь оказаться перед выбором между плохим и очень плохим. Когда на одной чаше весов лежит жизнь человека, друга, а на другой — еще больше жизней. И ведь не известно, как пленители решат распорядиться своей удачей.

— Как он? Как Джед и Натаниэль? — запоздало забеспокоилась Амелина.

Отсутствие друзей сразу не бросилось в глаза, но сейчас напугало. Натаниэль и Джерард ни за что не пустили бы Зака одного в такое опасное место. И если их нет, то, должно быть, случилось что-то ужасное.

— Терпимо. Алекса как-то хитро ранили. Его магическая сила не восстанавливается. Ну и рана заживает, как у простого человека, то есть очень медленно. Джед еле ходит, но вроде живой. Нейт истратил силу подчистую, так, что тоже с трудом передвигается. В общем, все мы немного потрепаны, но духом не падаем.

— Знаешь, а я ведь видела рукопись, которую мы искали, — внезапно произнесла Амелина, пристально посмотрев на Зака. — Магистр показал мне… — она помрачнела, но все же продолжила. — Правда, расшифровать ее у нас в любом случае не получилось бы. Генриетта Гевиттер запечатала текст магией крови. Только прямой пото… Зак, ты меня слушаешь?

Зак кивнул, но его отстраненно-задумчивое выражение лица наводило на мысль, что скорее он размышляет о чем-то своем.

— Ты жалеешь? — немного неловко спросил он, опуская голову. — Ну, о том, что не сможешь расшифровать…

— Конечно! — горячо ответила Амелина — Этого человека необходимо остановить! Он… он — настоящее чудовище!

Почувствовав, как тело девушки в его объятиях словно окаменело, превратившись в мраморную статую, Зак опомнился, выходя из своего задумчивого состояния. Покрепче прижав Амелину к себе, он тихо прошептал:

— Он больше к тебе не прикоснется, обещаю.

— Дело не только во мне. Магистр не рассказывал о своих планах, но он так легко говорит об убийствах, словно речь и не о людях вовсе, — Амелина поежилась: дико хотелось смыть с себя сами воспоминания об этом существе. — Это он убил Генриетту Гевиттер…

— Что? — удивился Зак. — Но… там было восстание после убийства короля и…

— Нет, — Амелина покачала головой. — Это был он, лично. Подозреваю, нас ждет еще много неприятных открытий.

Она попыталась повернуться на бок, чтобы иметь возможность смотреть Заку в глаза, но вдруг громко вскрикнула, потирая бедро.

— Я… я думала, это был просто кошмар, — не веря, прошептала она, спешно задирая юбку.

Стараниями Зака рана, нанесенная Магистром, перестала кровоточить, однако ожоги продолжали причинять боль при любом, даже незначительном прикосновении.

— Лина, прости меня, — Зак опустил голову. — Я должен был быть рядом…

— Надо будет зарисовать, — перебила его покаянную речь Амелина, разглядывая странные письмена. — Наверняка это что-то значит, и, может, как-то нам поможет. Такие люди, как Магистр, склонны оставлять следы, в надежде, что их кто-то заметит. Он словно играет с нами, воображая себя кошкой, понимаешь?

Зак понимал. Но то, как Лина говорила, взволновало принца значительно больше, чем то, о чем шла речь. «Мы должны…», «играет с нами» — она действительно начала считать себя частью их братства.

— Понимаю…

— Мы обязательно справимся! Когда вернемся в столицу, я попрошу Эдварда дать мне пропуск в королевскую библиотеку. Возможно что-то из того, что привез Натаниэль, осталось, и нам с Джерардом удастся… Зак?

Заметив, что принц вновь лишь безучастно кивает головой и совсем ее не слушает, Амелина потрясла его за плечо.

— Да, конечно, просто… — он замялся. — Ты действительно решила остаться?

— Остаться? — удивленно уточнила Амелина.

— Твои планы про обет и монастырь, — осторожно напомнил Зак.

Амелина смутилась. Она прекрасно понимала, что Зака совсем не ее карьера в «Истинной вере» интересует. Такими окольными путями он пытается выяснить ответ на другой, более важный для него вопрос: что Амелина решила относительно их совместного будущего.

— Я же не выполнила свою часть сделки, — практически шепотом произнесла она, опуская голову. — Эдвард волен поступить, как решил с самого начала. То есть отдать меня в жены знатному вельможе.

От мысли, что Зак закатит скандал собственному брату и тому самому вельможе, в существовании которого Амелина не сомневалась, девушке становилось дурно. Очень не хотелось выглядеть в глазах Эдварда пронырливой охотницей за статусом, воспользовавшейся возможностью и окрутившей наивного младшего принца.

— Лина, это был я, — несколько раз глубоко вздохнув, Зак выдавил из себя признание.

— Ты?

— Ну, тот вельможа, за которого хлопочет Эдвард, — пояснил он, отводя взгляд. — Я влюбился, едва увидел тебя на балу. И, мне кажется, на это обратили внимание абсолютно все, начиная с твоего отца и заканчивая Марией. Лишь ты оставалась сдержанной и не верила в то, что действительно было правдой.

Подробности о запечатлении у драконов Зак решил пока опустить. На Амелину и так свалилось слишком много всего. Не хватало только, чтобы она сейчас осознала, что рисковала не только собой. Да и подобное признание лишило бы ее выбора. Зак не хотел давить.

— Зак…

Амелина изумленно покачала головой. Пазл наконец-то сложился: пристальные взгляды Эдварда, внимание его друзей, бесконечные танцы с первыми лицами государства... Неужели в кои-то веки малышка Рози с ее романтическими глупостями оказалась права? И реакция отца — это просто ревность и беспокойство за судьбу дочери? А Эдвард выступал не столько в роли тирана, сколько беспокоился о брате? Голова шла кругом.

— Подожди, я должен сказать, раз уж мне наконец хватило смелости. Это путешествие и планировалось только для того, чтобы получше узнать друг друга. Мы бы прекрасно дождались архивариуса, ну или нашли бы кого сведущего в столице. Мы не думали, что все так серьезно. А теперь… Лина, я люблю тебя. Я тебя еще больше полюбил, но сейчас начинаю думать, что в стенах монастыря тебе будет безопаснее. Мы, похоже, снова попали под удар. Мы из-под него и не выбирались…

Поняв, что покаянную речь будет сложно остановить, Амелина, морщась от боли, приподнялась и, обвив шею Зака руками, поцеловала его. Поцелуй получился коротким и несуразным. Заку было сложно сразу переключиться и замолчать, но Амелина проявила свойственную ей настойчивость. Их губы то размыкались, то снова смыкались, Зак улыбался, пытаясь продолжить объяснять, что примет любой выбор, и никто не посмеет на нее давить. А по щекам Амелины вдруг потекли слезы. Едва ли она смогла бы объяснить, почему расплакалась именно сейчас. Наверное, от счастья.

— Хвала богам! — облегченно выдохнул Натаниэль, увидев выходящих из лесной чащи Зака и Амелину.

Они шли не спеша, держась за руки, и о чем-то увлеченно болтали. И несмотря на потрепанный вид и заметную усталость, выглядели счастливыми и какими-то умиротворенными. Натаниэль усмехнулся. Похоже, что изначальная цель их маленького путешествия была достигнута. Быстрым шагом он направился в сторону парочки с намерением вернуть Амелине оставленный на его попечение перстень.

Но он даже поздороваться не успел. Мимо опрометью проскочила Марийка и с неожиданной радостью вцепилась в Амелину.