Анна Казинникова – Истинная вера (страница 68)

— … и привезли Магистру «Братьев Солнца», — закончил его мысль Сильберштайн. — Мое имя Людвиг. А ты ловкий парень, Зак, раз смог оказаться тут так быстро. Только как вас угораздило перейти дорожку этим ребятам?

Они остановились напротив массивной двери, закрытой на ключ. Людвиг несколько раз дернул за ручку, а после, посмотрев на Зака, предложил:

— На счет три?

— Три, — усмехнулся Зак, толкнув дверь плечом, от чего та слетела с петель и осталась у него в руках.

— Так кто ты такой? — спросил Людвиг, стоя в дверях и наблюдая, как парень безошибочно кидается именно в тот угол комнаты, где лежала его бесчувственная невеста.

— Да уж не вампир, — между делом ответил Зак, опустившись на колени перед Амелиной и, осторожно приподняв девушку, бережно прижал к себе. — Лина… — он нежно погладил невесту по лицу, коротко целуя нос, лоб и щеки. — Девочка моя…

— Что огненный дракон, я и так вижу, — Людвиг оторвал кусок полотнища от своей рубашки и, сложив вчетверо, плеснул на него немного воды из стоящего на столе графина. — Возьми, внизу слишком много дыма.

Зак благодарно кивнул, накрывая предложенной тканью рот и нос девушки.

— Глазастый, — усмехнулся он, пристально глядя на вампира. — Значит, и дверь разглядишь. Пойдем.

Оказавшись снаружи, Зак первым делом расстелил свой плащ и осторожно уложил на него Амелину. Тут, снаружи, в первых лучах восходящего солнца, она казалась еще более хрупкой, бледной и такой беззащитной. Впрочем, нет, рядом с этим человеком, точнее нечеловеком, с обманчиво спокойными движениями и горящим взглядом беззащитной она больше не казалась.

— В доме были еще люди… — дракон не спрашивал, он утверждал, испытующе смотря на Людвига. — Что с ними стало?

— Я их съел, — злобно сверкнул глазами Людвиг, обнажая клыки.

Зак устало вздохнул, усаживаясь на траву рядом с Амелиной. День был невозможно долгим. Складывалось ощущение, что за сутки он прожил какую-то отдельную бесконечную жизнь, наполненную ужасными событиями, самое страшное из которых — потеря Лины. Он действовал на пределе возможностей, пока метался по лесу, разыскивая след похитителей. Хвала Всемилостивому, запах любимой Зак учуял бы даже на краю земли. Ну, так ему казалось. В портал он тоже кинулся не раздумывая. Да и кто бы стал размышлять, когда речь шла о жизни и смерти?

Сейчас вся усталость бесконечного дня обрушилась единым потоком, придавливая к земле и с трудом позволяя хоть немного шевелиться. Но разум был ясен как никогда. От странного вампира абсолютно не пахло кровью. На это он обратил внимание еще на входе. Да и находился Людвиг там явно с той же целью, что и Зак: спасти из огня девушку. Поэтому причин подозревать его в убийствах не было. Впрочем, как и особого желания разбираться в тонкой душевной организации. Помог, и ладно...

— Мне нужны ответы, — проговорил Зак, откидываясь на траву.

— Довольствуйся тем, что имеешь, — злобно проворчал вампир и кивнул в сторону Амелины. — Она жива, а это уже много. Поверь.

Дракон посмотрел на девушку и принюхался. В пылающем доме, насквозь пропахшем дымом, он не обратил внимания, но сейчас отчетливо учуял кровь.

— Что с ней сделали? — испугано спросил Зак, впившись взглядом в небольшой красный ручеек, стекающий по щиколотке Амелины и успевший пропитать край платья.

— Это имеет для тебя значение? — Людвиг опустился рядом и выразительно посмотрел на вскочившего Зака, хлопнув его по плечу. — Что бы там ни было, в твоих интересах поскорее забыть...

— Конечно имеет, вампир озабоченный! — Зак скинул с плеча ладонь непрошенного утешителя и осторожно задрал местами порванный подол платья, практически полностью оголив бедро. — Я же должен знать, как ей помочь! Что это?

На бедре Амелины размашисто и детализировано был вырезан символ, напоминающий лилию, заключенную в двойной пятиугольник, по периметру которого старательная рука маньяка вывела незнакомые Заку письмена. Причем знак не просто вырезан — складывалось ощущение, что чокнутый художник сначала наметил линии своего рисунка острым ножом, глубоко прорезая нежную кожу девушки, а после, раскалив «орудие труда», прижег рану металлом. На участках, где пылающая сталь задержалась дольше, кожа успела покрыться маленькими волдырями, там же, где прижечь не успели, все еще сочилась кровь.

—Подонок, — прорычал Зак, прикладывая влажную тряпицу, так и оставшуюся у него в руках, к ране. — Что она ему сделала?!

— Ничего, — Людвиг отвел взгляд. Рассматривать обнаженные бедра чужой невесты он посчитал недопустимым, по крайней мере, пока не потребуется помощь. — Именно поэтому он и оставил девушку в живых. Такими знаками Магистр помечает свои безделушки. Он эксцентричен.

— Я запомню, — Зак приложил ладонь к бедру Амелины и тихо зашептал заклинание, надеясь облегчить боль девушки, которую та почувствует, когда очнется.

Глядя на парня, Людвиг испытывал смешанные чувства. С одной стороны он понимал причины его едва сдерживаемого гнева и желание отомстить за возлюбленную. Но с другой, демон побери, можно просто порадоваться благоприятному исходу! Тому, что его Амелина хотя бы в живых осталась, и отправится домой! Сам Людвиг многое бы отдал за такую возможность.

— Послушай, парень, — он похлопал Зака по плечу. — Месть никогда никого не сделала счастливее. Когда-то у меня тоже была невеста, — Людвиг запнулся. — Я не ценил своего счастья, погнался за справедливостью, а теперь... Забудь обо всем, возвращайтесь домой и живите спокойно в своем уютном мирке.

— Какая, к демону, месть?! Это — война! — невесело усмехнулся Зак, продолжая колдовать над невестой. — Никто не оставит нас в «уютном мирке». Или ты думаешь, ее просто так украли люди вашего Магистра?

— Я думаю, Амелина перешла дорогу кому-то из своего ордена. У «Братьев солнца» везде свои люди, — тихо сказал Людвиг. — А Магистр — он не мой. Я сам по себе. Ему нет дела до таких мелких сошек. Да и до вас, в общем-то, тоже. Его интересует только принц.

На это замечание Зак нервно хихикнул, а потом, с остервенением посмотрев на собеседника, как-то странно и очень зловеще улыбнулся.

— Ну, давай знакомиться по-настоящему, странный вампир, спасающий из огня невинных девиц. Закария Фламм к вашим услугам, — Зак отвесил чинный поклон.

— Фламм? — переспросил Людвиг, удивленно раскрыв глаза; теперь все окончательно встало на свои места. — Ты…

— Да, младший принц нашего несчастного Королевства. Так что и я, и моя невеста вполне себе интересуем это ваше чудовище. Только вот теперь и он меня сильно заинтересовал! Я из-под земли достану мразь, которая мучила мою Амелину, едва не погубила лучших друзей и желает смерти брату!

— Сочувствую, — вздохнул вампир, опуская взгляд.

«Ты — сын Драйка», — хотел произнести он, но передумал.

Вслед за этим пришлось бы вспомнить веселые дни в Академии магии, друзей, которые, скорее всего, давно обратились в тлен или доживают свои дни почтенными старцами, страсть к науке и собственной стихии и знакомство, перевернувшее всю его жизнь. Не каждый день настоящий живой дракон называет тебя другом и делится секретами своего племени. Он знал, что спустя много лет Драйк вернулся в Вансланд, женился на прекрасной рыжеволосой колдунье и умер, не в силах пережить гибель супруги в результате дворцовых интриг. Людвиг так и не решился явиться перед Драйком Фламмом в образе вампира — было стыдно за собственную слабость.

— Людвиг Сильберштайн. Некогда граф, — добавил он спустя несколько мгновений.

— Я не помню, чтобы у нас был закон, посмертно лишающий дворянства. Ты всегда можешь вернуться к нормальной жизни.

На эти его слова вампир лишь усмехнулся. Возвращаться и изображать из себя человека у него не было ни сил, ни желания. Он молча встал и, бросив снисходительный взгляд на парочку, спросил:

— Ты дорогу-то домой найдешь?

— Я же дракон, — резонно заметил Зак. — Естественно найду.

— Тогда удачи… — сделав несколько шагов в сторону, Людвиг обернулся. — Я уже говорил твоей девушке, но скажу и тебе: никогда не доверяй вампирам. Даже мне. Особенно мне.

— Ну ты же мне почему-то доверяешь, — прошептал Зак, когда Людвиг практически скрылся из вида, растворяясь в предрассветных лучах. — И даже подставляешь спину, хотя, наверное, тоже не стоит… Так что, до встречи, Людвиг.

Не в силах прийти в себя, Амелина долго ворочалась, стонала и, кажется, даже бредила. Ее обморок постепенно перешел в глубокий сон, сопровождаемый кошмарами. Один раз девушка все же очнулась: видение нависающего над ней Магистра, задранное платье, стыд, боль, кровь — будут преследовать, наверное, до конца жизни. Но в тот момент разум, перегруженный событиями, окончательно отключил сознание. Спокойствия это не принесло — напротив, ее преследовали растерзанные дети, похотливые вампиры и сам Кровавый Магистр, желающий овладеть не только телом, но и душой Амелины.

А потом, в одно мгновение, дурной морок отступил. Ощущение тепла и уюта вперемешку с пряным запахом корицы окутало Амелину, как теплое пушистое одеяло в ненастный дождливый день. Ресницы задрожали, но сразу открыть глаза у нее не получилось: лицо щекотали лучи восходящего солнца. Она рефлекторно повернула голову в сторону, уткнувшись носом в мягкую ткань.

— Доброе утро, Лина, — прошептал Зак, гладя растрепанные волосы. — Ну и напугала же ты нас.