Анна Измайлова – Спорим, ты сдашься первой? (страница 15)

Отражение смотрело скептически, я надела очки - стало лучше.

Когда я вышла на кухню, Артем уже был там.

Он стоял у кофемашины в черной футболке, серых спортивных штанах и с таким видом, будто спал всего часа три. Под глазами легли легкие тени, волосы были взъерошены, плечо он держал осторожно.

Телефон лежал на столе экраном вниз. Почему я вообще заметила эту деталь?

— Доброе утро, Ланская, — сказал он, не оборачиваясь.

— Утро было добрым до этой фразы.

Он усмехнулся.

— Скучала?

— По тишине.

— А по мне?

— Я еще не настолько голодная, чтобы галлюцинировать.

Он повернулся, посмотрел на меня с головы до ног.

— Сегодня у нас образ «не подходить ближе трех метров»?

Я достала кружку.

— Сегодня у нас образ «у меня пары, дела и ноль желания обсуждать с тобой мой образ».

— Жестоко.

Я потянулась к верхней полке, кружка, конечно, стояла опять высоко, потому что вчера я забыла переставить их ниже.

Поднялась на носки, пальцы почти коснулись ручки, позади стул скрипнул.

— Не надо, — сказала я сразу.

Артем замер.

— Я еще даже не встал.

— Но подумал.

— Мы теперь за мысли наказываем?

— Да.

— Опасный прецедент.

Я снова потянулась и не достала.

Чертова кружка и чертова генетика, не выдавшая мне дополнительные пять сантиметров роста.

Артем молчал, это было подозрительно, поэтому я покосилась на него. Он сидел за столом, подперев голову рукой, и наблюдал.

— Что? — спросила я.

— Ничего.

— Ты смотришь.

— Я восхищаюсь твоей независимостью.

— Восхищайся в другую сторону.

— Не могу.

Я медленно повернулась.

— Не используй эту фразу.

Артем прищурился.

— Какое?

— Ты знаешь.

— «Не могу»?

— Именно.

— Почему?

— Потому что звучит глупо.

— Может для тебя, всезнайка?

Я фыркнула.

— Сначала «не могу отвернуться», потом звонит Алиса, потом снова «не могу». У тебя, Воронцов, удивительно выборочная беспомощность.

Он перестал улыбаться.

— А вот теперь поясни.

— Что пояснить?

— При чем тут Алиса?

— Ни при чем.

— Тогда зачем сказала?

— Потому что захотела.

— Не похоже.

— На что?

— На «ни при чем».

Я схватила табуретку, которую купила вчера, поставила возле шкафа и демонстративно достала кружку сама.

— Все. Проблема решена. Мне больше не нужна твоя помощь ни с кружками, ни с йогуртами, ни с чем-либо еще.

— Ланская.

— Что?

— Ты ревнуешь?

Я рассмеялась слишком громко.

— Кого? Тебя?

— Меня.

— К Алисе?