Анна Измайлова – Босс по контракту (страница 34)

— Но ты ушла, — сказал он тихо. — А я… просто опоздал.

Я сидела, сжав руки на коленях, боясь пошевелиться. Потому что всё вдруг стало слишком хрупким. Слишком настоящим.

— Так что теперь? — прошептала я.

Алексей посмотрел на меня внимательно. И медленно, сдвинув бокал в сторону, сказал:

— Теперь я не хочу опаздывать. А последнее слово — в твоих руках.

Я поставила бокал, уткнулась взглядом в свечу и пока хватало смелости, сказала:

— Ты так и не сказал ничего конкретного, Алексей. Красиво говоришь, да. Но конкретно — что?

Он не стал спорить. Только едва заметно кивнул, будто принял вызов.

— Могу показать.

Он подошёл. Не быстро — так, чтобы у меня было время передумать. Но я не передумала. Тёплая ладонь легла на мою шею, мягко, осторожно. Большим пальцем он приподнял мой подбородок, и мир сузился до его дыхания. Поцелуй — глубоко, уверенно, без права на сомнение. Во вкусе — белое вино, лимон и возбуждающий мужской запах пряного мускуса. Меня повело, стул чуть скрипнул, пальцы сами сжали край стола. На секунду показалось, что подо мной пропал пол.

Он отстранился первым — ровно настолько, чтобы я смогла вдохнуть. И тут же, не сводя с меня глаз, опустился на одно колено. Взял мою руку — и я почувствовала собственный пульс в кончиках пальцев.

— Я предлагаю отношения, — сказал тихо. — Без игр. С моей ответственностью и твоими границами. Хочу, чтобы ты переехала ко мне. Хочу приходить домой — и знать, что ты там. Не в офисе и в отчётах, а рядом со мной.

Я моргнула, пытаясь собрать мысли в слова.

— В качестве кого? — спросила хрипло. — Ассистентки? Гостьи? Варианта домашнего «аксессуара», чтобы постель была теплой?

— На этот вопрос я отвечу позже.

— Удобно, — усмехнулась я. — Очень конкретно.

Алексей не отпустил моей руки.

— Дай шанс. Уйти ты можешь в любой момент.

В кухне потрескивали свечи, а за окном шуршал ветер по кронам деревьев. Он стоял на колене, держа мою ладонь, и мир в этот момент будто попросил тишины.

— Тогда и мой ответ — позже, — сказала я, вынимая руку, но не отступая. — Когда перестану путать любовь с желанием.

— Я подожду, — сказал он. — Но дверь в моём доме уже открыта, только для тебя.

Глава 25

Проснулась от его голоса слишком рано, организм не успел отдохнуть за такой короткий период.

— Вставай, — коротко сказал Алексей, и я сначала подумала, что он шутит. Но он уже стоял на пороге, одетый не в свои привычные строгие костюмы, а в простую тёмную футболку и мягкие спортивные брюки.

Я же выглядела так, будто меня выдернули из сна за волосы: растрёпанная, мятая толстовка, джинсы, в которые я едва влезла, лишь бы не идти в пижаме. В зеркало даже не посмотрела. Всё внутри возмущалось: ну и куда это меня, полусонную, тащит в такую рань?

— Алексей, — проворчала я, застёгивая куртку, — я категорически против таких экспериментов. Я человек ночной. У меня утро начинается в обед.

— Поверь, — он посмотрел на меня тем самым уверенным взглядом, от которого всегда хочется спорить, но потом почему-то оказываешься уже в машине, — это того стоит.

И вот мы ехали. Дорога была ещё пустая, город только просыпался. Я украдкой разглядывала его профиль — расслабленный, спокойный, без этой жёсткой маски начальника.

Машина свернула, и я заметила отблески воды. Набережная. Он что-то высматривал глазами, потом резко сказал:

— Вот!

Припарковал машину и тут же открыл мне дверь, будто боялся, что я передумаю. Потянул за руку. И я, сонная и недовольная, всё равно пошла за ним.

Мы подошли к небольшому киоску с вывеской «Хот-доги». Обычный, неприметный, таких сотни.

— Какой будешь? — спросил он.

Я пожала плечами:

— Давай то же самое, что и ты. Не хочу выбирать.

Заказ сделали быстро: два горячих хот-дога, завернутых в бумагу. И Алексей повёл меня дальше — к самой воде. Мы сели на лавочку, и перед нами открылся вид на рассвет: солнце вставало над гладкой поверхностью, окрашивая воду в розовый, словно шелковое покрывало.

Куснула хот-дог, прищурилась и сказала:

— И ради этого я должна была вставать в такую рань? Чтобы посмотреть на солнце и съесть сосиску в тесте?

— Раньше родители водили меня сюда, — сказал он тихо. — В выходные. Мы долго гуляли вдоль берега, болтали ни о чём. А в конце отец всегда покупал хот-доги именно здесь.

Я замолчала, почувствовав, как за привычной холодной оболочкой мелькнуло что-то живое. Настоящее.

— Жизнь мчится, как скоростной поезд, — продолжил Алексей. — Без остановок, без права выдохнуть. А это место… никогда не меняется. Оно как тихая гавань. Здесь время перестаёт нестись. Здесь можно подумать.

Посмотрела на него, на этот спокойный взгляд, в котором уже не было льда, и вдруг почувствовала, что и мне хочется чем-то поделиться. Но слова давались тяжело, словно я вытаскивала их через силу.

— А у меня… — я сделала глоток воздуха, будто собиралась с силами, — наоборот. Родители, когда были молодыми, всё время работали. Чтобы заработать сначала на квартиру, потом на мою учёбу. На всё, что «надо».

Рассвет уже растекался золотыми бликами, отражаясь в водной глади.

— У них никогда не было времени. Мы почти не гуляли. У меня нет таких воспоминаний, как у тебя, понимаешь? Только редкие застолья на праздники. Они всё время спешили куда-то, всё откладывали «на потом». — Я усмехнулась, но в груди было горько. — И вот это «потом» так и не наступило.

Я пожала плечами, пытаясь скрыть, как сдавило горло.

— Жалко, что они так и не пожили для себя. Всю жизнь — работа, работа, заботы обо мне. И я помню только вечную усталость в их глазах.

— Ты говоришь так, будто ничего уже не исправить. Твои родители живы и здоровы. А на счет отдыха... У меня есть одна идея.

На момент я подумала, зачем я ему об этом рассказала и какое ему дело до моей жизни. Ведь он сам никогда не спрашивал о моей жизни. Может он хочет поиграться со мной как с котенком и бросить? Всегда так и было, любовь, отношения, планы на семью, но всё совершенно неожиданно ломалось.

— Оля, не думай! — протянул Алексей и шутливым тоном продолжил. — Я слишком хорошо знаю этот взгляд. Не накручивай себя, лучше сразу скажи, что в твоей маленькой голове происходит? Опять тараканы забастовку устроили?

Я не сдержала смех.

— Всё в порядке, просто я думала, что сказала лишнее и тебе не интересно.

— Почему ты за меня это решила? — спросил он. — Люди друг друга узнают через общение. А еще... Тебя надо познакомить с моей мамой.

— Зачем? — вырвалось из меня предже, чем я успела подумать.

Он лишь пожал плечами и ответил:

— Узнаешь меня поближе. Мать расскажет обо мне всю подноготную. Детские фотки на горшке, первый класс, попытки выучиться на фигуриста.

***

Мы доели хот-доги, и, несмотря на мой ворчливый настрой, внутри всё ещё жило ощущение какого-то странного спокойствия. Но стоило сесть в машину, как оно моментально улетучилось.

Заметила, что дорога уводит нас совсем не в сторону офиса или дома.

— Куда мы едем? — настороженно спросила я, скосив взгляд на Алексея.

— К матери, — спокойно, как будто речь шла о деловой встрече.

— Что?! — я чуть не подпрыгнула на сиденье. — Ты хочешь познакомить меня с твоей мамой прямо сейчас?

— Именно, — подтвердил он, не сводя глаз с дороги.

Вцепилась руками в ремень безопасности, как за последнюю соломинку.

— Я думала… ну, думала, что это будет потом. Не сейчас!