Анна Исакова – Мне суждено сбыться (страница 5)

Мои размышления прервал скрип двери женского домика. На пороге появилась Лена. Её длинные белокурые волосы были собраны в пучок на макушке, поверх куртки надет дождевик, на ногах – резиновые сапоги. Из всех практикантов она одна подготовилась к сезону дождей как следует. Не зная о душевных терзаниях Маши, Лена направилась к ней.

– Марусь, у тебя случайно нет чего-нибудь почитать?

Девушка впервые за долгое время оторвала взгляд от трещины на столе, и вертящийся в руках телефон замер.

– Что? – переспросила она.

Лена положила перед сокурсницей книгу в твердом красном переплёте. На обложке, в виньетке, были изображены смотрящие друг на друга мужчина и женщина. Он – в чёрном смокинге и цилиндре, она – в широкополой шляпе с перьями и платье-корсете, подчеркивавшем невероятно узкую талию. Её изумрудный наряд оттенял зелёные глаза. «Унесённые ветром» Маргарет Митчелл» – гласила надпись.

– Взяла из дома, – Лена махнула рукой в сторону книги. – Думала, на всю практику хватит, а из-за дождей уже дочитала. Теперь не знаю, чем заняться. Может, у тебя какая-нибудь книга с собой есть?

Маша взяла книгу в руки.

– Нет, ничего нет. Я не фанатка чтива вроде: «Он прижался к ней страстно, и их губы слились в поцелуе…». Я больше по детективам или фантастике. Но всё равно нечем тебе помочь, – грустно протянула она.

– Жаль. Пойду ещё у девчонок поспрашиваю, – Лена потянулась за книгой, но Маша неожиданно прижала её к себе. Книга была приятной на ощупь, слегка разбухшей от времени, страницы посерели. Она «грела руки», в отличие от холодного корпуса телефона. В этом печатном экземпляре было что-то успокаивающее.

– Оставь мне, пожалуйста. Попробую почитать, вдруг понравится, – Маша попыталась улыбнуться, но получилось неуверенно.

– Окей, только не забудь вернуть, – легко согласилась Лена и направилась к бане, где собрались другие девушки.

Маша ещё несколько секунд с сомнением смотрела на пару на обложке, но, набравшись решимости, открыла книгу и погрузилась в чтение.

«Замечательно! – промелькнуло у меня в голове. – Идеальное место и время для размышлений!»

Но моему покою и покою Шмеля не суждено было продлиться. За стол подсел Саша. Рядом с собой он разложил джинсы и, не проронив ни слова, принялся зашивать карман. Маша не отрывалась от чтения и даже не повернула голову в его сторону.

«Так, на чём я остановился? Саша и Лена? Почему Лена?!»

Что мне было известно о Саше? Скромный и неразговорчивый парень. Близкий друг Юры. Оба увлекаются компьютерными технологиями – непонятно, зачем они тогда пошли на гуманитарную специальность. Интроверт. Левша.

Я посмотрел на Сашу, чтобы оценить его ещё раз.

…и абсолютно не умеет шить…

Парень усердно орудовал иголкой, крутил и карман, и джинсы так и эдак. В итоге, когда нитка была завязана и обрезана, горе-портной, вывернув джинсы на лицевую сторону, обнаружил, что пришил карман к переднему полотну. На его лице отразилось негодование: теперь предстояло не только распороть, но и разобраться, как шить правильно. Саша аккуратно начал обрезать стежки. Когда джинсы вернулись в исходное состояние, он снова приготовил иголку с ниткой. Я заметил, что за его действиями следит и Маша.

Либо он впервые держал в руках иголку, либо сегодня был не его день, но на этот раз нить, оказавшаяся слишком длинной, запуталась на втором стежке. Пришлось обрезать и начинать заново. Новый узел, первые стежки… вроде бы получалось. Саша положил джинсы на колени, чтобы было удобнее, и продолжил, совершив ту же ошибку, только на этот раз пришив карман к задней части брючины.

Это заметила и его соседка.

– Саш, – обратилась она. Парень был так увлечён, что с первого раза не услышал.

– Сань! – настояла Маша. Тот поднял голову. – Давай я помогу, – мягко предложила она и, не дожидаясь ответа, переложила джинсы на лавку между ними, взяла из его левой руки иголку, перерезала нить, вынула неправильные стежки и перевязала её, чтобы закрепить уже сделанную работу. Вставила нитку в иголку, проложила стежки в одну сторону, затем в обратную, завязала узелок, обрезала концы и, проверив шов, протянула джинсы Саше. – Вот, носи на здоровье! – улыбнулась она.

– Спасибо, – с привычным смущением пробормотал он, густо покраснел, забрал джинсы и швейные принадлежности и направился к домику мальчиков.

Девушка вернулась к чтению.

А я добавил ещё одну карточку с именем «Мария».

Дождь не прекращался до самого ужина. К семи часам Рыжая (Марина Медведева) и Юла (Юля Степанова) накрывали на стол, расставляя тарелки с отварным картофелем и гуляшом. Дежурным по костру в этот день был Виталий.

– Виталь, помоги, пожалуйста, – обратилась к нему Юля. – Я буду раскладывать порции, а ты относи их на стол.

– Это не входит в мои обязанности.

– Дежурные друг другу помогают! Или в твои обязанности это не входит? – возмущённо вмешалась Марина.

– А я тебя что-то не видел, когда брёвна для костра таскал! Моё дело – костёр, а твоё— тарелки носить.

Девушки с недоумением переглянулись. Юля махнула головой, давая понять, что спорить не намерена.

Антон с Романом уже сидели на своих местах. Для них порций ещё не было. Было уже семь вечера, а дежурные всё ещё не готовы были пригласить к ужину. Со стороны домика преподавателей послышались голоса. Юля и Марина занервничали. Алексей Павлович терпеть не мог, когда что-то шло не по расписанию. Буквально пару дней назад он отчитал дежурных за то, что к обеду не подали чай. Тогда они замешкались и забыли вскипятить воду. Хотя чайник успел закипеть, пока все ели, и чай разлили до того, как встали из-за стола, «разбор полётов» запомнился всем, и больше сердить преподавателя никто не хотел.

Антон первым сориентировался в ситуации.

– Ром, помоги разнести тарелки, а я расставлю кружки. Чай нальём каждому за столом.

– Окей! – Роман тут же принялся за дело.

– Спасибо! – хором ответили благодарные девушки.

Алексей Павлович сидел во главе стола и наблюдал, как Юля разливает чай по кружкам. Ребята расселись и принялись за еду. По мере того, как Юля приближалась к преподавателю, на его лице от раздражения из-за, казалось бы, мелочной задержки начали ходить желваки на лице.

– Приятного аппетита, Алексей Павлович, – бодро пожелала Юля, наполняя его кружку. За весёлым тоном она пыталась скрыть страх. Преподаватель поднял на неё глаза, хотел что-то сказать, но промолчал, взял ложку и начал есть. Ужин удался на славу. Все, включая руководителей, похвалили кулинарные таланты дежурных.

После ужина они убрали со стола, вымыли посуду и передали смену следующим – Марии и Тамаре. К сумеркам тучи впервые за последние дни дали трещину, и в просветах можно было разглядеть сиренево-оранжевые лучи заходящего солнца. На лагерь опускалась ночь. Дежурные Юра и Антон сидели у костра, подбрасывая дрова, когда к ним подошёл Константин Владимирович.

– Ребят, нашёл балалайку, – руководитель по хозяйственной части держал в руках гитару. – Может, ещё сгодится. Кто-нибудь умеет обращаться?

– Можно? – попросил Юра. Гитара перешла в его руки. Он перебрал струны, попробовал сыграть пару аккордов. – Сейчас настрою, и будет готово, – с горящими глазами принялся он за настройку инструмента.

– Готово! – весело объявил он спустя некоторое время. – Аккорды я кое-как сыграю, а вот петь – не мой конёк. Заранее прошу прощения. – Он улыбнулся, и из-под его пальцев полилась мелодия.

– Холодный ветер с дождём усилился стократно… – бормотал он себе под нос в такт.

К костру тихо подошла Тамара.

– Ребят, а можно чайку согреть?

Антон набрал воды в чайник и повесил его над костром.

Девушка села напротив Юры. Парень смутился и перестал петь, но мелодия продолжала звучать.

– Я тосковал по тебе в минуты расставанья, ты возвращалась ко мне сквозь сны и расстоянья… – подхватила она. Молчание гитариста она приняла за забывчивость.

– Но, несмотря ни на что, пришла судьба-злодейка, и у любви у нашей села батарейка… – поддержал Тому Антон.

К поющим присоединились Маша, Марина и Юля. У девушек в руках были кружки – видимо, они планировали чаепитие на свежем воздухе, ведь это был первый вечер за три дня без дождя.

К третьему куплету у костра собрались все практиканты. Даже Виталий, сторонившийся общения, стоял поодаль. С начала практики ребята впервые собрались все вместе. Брёвна, служившие сиденьями, не могли вместить всех. Антон тронул Романа за плечо и жестом подозвал отойти. Вдвоем они принесли от стола скамейку и поставили её с свободной стороны костра. Антон сел и жестом пригласил Виталия. Тот замешкался, но всё же принял приглашение, сев на противоположный конец.

Константин Владимирович одобрительно кивнул, наполнил второй чайник и повесил его рядом с первым. Кипятка сегодня вечером требовалось много.

– Батарейка! – дружно подхватили все припев. Даже Юра в этом разноголосом хоре перестал стесняться.

Прозвучали последние аккорды, и студенты дружно захлопали сами себе. Кружки наполнились чаем.

– Юр, а ещё что-нибудь знаешь? – раздался голос Лены.

– Любую, мы подстроимся! – поддержала Надя.

– Окей! – кивнул Юра. – Давайте попробуем! – и заиграл другую мелодию.

На лицах студентов расплылись улыбки – они узнали песню.

– Сколько лет прошло, всё о том же гудят провода, всё того же ждут самолёты, – подхватили практиканты с разных сторон.