Анна и – Звонок с неизвестного номера (страница 34)

– И что, она ушла прям так, молча?

Рита усмехнулась:

– На шее две точки есть. Если нажать, особо не поорешь. А как сомлела, я ее своим кастетом. В висок.

У Милы перехватило дыхание. Просипела:

– Ты что натворила? Идиотка!

Рита хладнокровно отозвалась:

– Что оставалось делать? Тридцать восемь лимонов терять?!

– Так дед вернется сейчас! Труп найдет!

– Ой, ну не считай ты меня совсем за олигофренку. Тоже кое-что умею. Не найдет он ничего. У меня целых полчаса было. А во дворе у старичка – яма. И земля свежая рядом. И перчатки строительные лежали на крыльце, тоже очень удачно. Сечешь? Была Наташенька – и тю-тю, нету!

– Так дед увидит могилу свежую!

– Ну его самого и заподозрят. В первую очередь.

– Зачем я это слушаю? – простонала Мила.

Но, хотя и считала подельницу кем-то вроде собаки, которая только минимум слов понимает, сейчас Рита смысл усекла. Сказала злорадно:

– Слушай, слушай, лапа. Ты теперь тоже кровью замазана. Могу высадить у ментовки. Пойди покайся.

– Иди ты в жопу, – буркнула Мила.

Первый шок прошел, и она посмотрела на напарницу другими глазами. Сама-то перепугалась до смерти, слиться была готова. А Ритка вон как лихо вывернулась. Действительно – неплохая у них команда. Можно будет, и когда от дел отойдут, продолжать сотрудничать. В более безопасном бизнесе.

– Милорду только ни слова. Поняла? – рыкнула Мила.

– А я-то боялась, что ты мне про заповеди церковные начнешь втирать, – усмехнулась напарница. И миролюбиво добавила: – Чего мы все ссоримся? Давай лучше дружить. От меня тоже польза есть.

Милорд считал: надежные кадры обеспечивают девяносто, а может, и девяносто пять процентов успеха. Девчонок своих подбирал практически по всей стране. От знакомства до дела редко проходило меньше года. Надо ведь многое понять о человеке. Ставки только на психологический талант никогда не делал. Тут помимо него обязательно холодная воля нужна. Что толку, если мигом, словно Кашпировский, вгонишь человека в транс, но при малейшем отклонении от схемы сама впадешь в панику?

Одну из потенциальных разводчиц, Елену, Милорд третий год подряд в резерве держал. Со знанием психологии у тети – все зашибись. Гипнозом владеет. Денежки любит. Принципов, сердобольности – ни на грош.

Но вывел на пробное задание – всего-то и делов: старикам под видом чудодейственных лекарств обычный анальгин впаривать, – остался недоволен. Да, деньги принесла – но вернулась на грани нервного срыва. Глаза затравленные, руки влажные.

– Чего вся мокрая? – ухмыльнулся. – Перетрусила?

Покраснела, огрызнулась:

– Думаешь, легко – человека себе подчинять?

– Тулупы с акселями тоже нелегко прыгать. Только фигуристки всегда улыбаются, – отрезал.

И пока что продолжал выпускать Елену только на относительно безопасные «лекарства». Мелочевка с чудо-эликсирами особых доходов не приносила – развивал бизнес исключительно для того, чтоб кадры обучать. И пусть Елена ни одного дела не запорола, на более серьезные участки пока не ставил.

Это только операторы тюремных кол-центров могут в своем бизнесе абы кого использовать. А у него все специалисты должны быть самого высокого класса.

Ходасевич осознавал: объединить прецеденты в Володинске и Абрикосовке в одно дело ему счастливое озарение помогло. Теперь следовало понять, насколько широко раскинута преступная сеть? И кто в нее входит?

Итак, мошенники работают с пенсионерами. Целенаправленно выбирают одиноко проживающих. Имеют дело только с крупными, от пяти миллионов, суммами. Безусловно, разбираются в банковской системе. И обязательно вступают с жертвами в личный контакт.

Пока Таня с Денисом и Митей провожали лето на море и летели в Москву, полковник проделал большую аналитическую работу.

Для получения информации и открытый доступ использовал. Но, конечно, больше надеялся на бывших коллег и учеников – их у него по всей стране и на самых разных (как правило, впечатляющих) должностях оказалось немало.

Признаться, ждал, что по его критериям обнаружится максимум еще несколько эпизодов. Однако дел, безусловно, похожих, пусть и не идентичных, оказалось целых шестнадцать. Пострадавшим всегда становился одинокий пенсионер (чаще мужчина), который лишался квартиры или практически всех накоплений. География – вся страна, от Калининграда до Владивостока, хотя в крупные города мошенники забирались редко. Предпочитали действовать максимум в Светлогорске или Уссурийске, а еще чаще – в населенных пунктах, где проживало тысяч по десять – двадцать человек.

В личной беседе контрагенты его признавались: дельной информации во время оперативно-розыскных мероприятий удавалось раздобыть крайне мало. Даже если где-то фигурировало изображение с уличных камер, установить личности мошенниц не смогли. Хотя некоторые особо ретивые отправляли сотрудников с фотографиями в городские гостиницы и на вокзалы.

Но чаще получалось только фоторобот со слов потерпевших составить.

Дамы, очень похожие на Милу с Ритой (или как их звали по-настоящему), также засветились в городе Александрове Владимирской области. Изображений с уличных камер в деле не имелось, но если судить по карандашным рисункам со слов потерпевших – они.

В остальных случаях стариков навещали женщины – но совсем другие. Однако кое-что их объединяло. Все – достаточно молодые, тридцать пять максимум. Одна из них – всегда милая, обаятельная, заботливая. Вторая – как правило, сдержанная и хмурая. И ту, что вела основное общение, старики всегда описывали: «гипнотизер», «колдунья». Или признавались: «Она как-то так разговор строит, что я вообще ничего не соображал».

В народе цыган считают прирожденными манипуляторами, но жертвы в один голос утверждали: внешность у мошенниц – славянская. Не исключено, что специальную подготовку прошли. Вопрос – где?

Ходасевича также чрезвычайно занимало, каким образом преступники ищут жертв?

Единого для всех дел объединяющего фактора не обнаружил. Но пятеро из пострадавших подавали объявления о продаже недвижимости в агентство «Твоя крепость». Каждый второй, пусть экивоками, пробалтывался о своих планах в социальных сетях. Плюс информация о владельцах недвижимости и их возрасте имелась в государственном реестре. И, конечно, у каждого – родственники и знакомые, ведавшие о семейных обстоятельствах и материальном положении потерпевших.

…Таня с Денисом прилетели в Москву поздно ночью, а уже утром явились к нему на кофе. Приехали – Ходасевич увидел в окно – на разных машинах. И друг с другом держались холодно.

– Не помирились? – спросил простодушно.

– Нас только дело объединяет, – отрезала падчерица.

– И Митя, – вздохнул Денис.

– Хорошо, тогда давайте о деле.

Ходасевич поведал им о своих изысканиях.

Осторожно предположил: не исключено, что исполнительниц кто-то действительно отобрал. Тщательно подготовил. И ими руководит.

– Ну точно! Краб! – радостно выкрикнула Танюшка.

– Кто? – удивился полковник.

Богатов (до чего милая у него улыбка) рассказал про крабью пещеру и патриарха со злыми глазами. Неуверенно спросил:

– Значит, вы тоже считаете… злой гений, профессор Мориарти может существовать?

– Конечно! – влезла Танюшка. – И могу поспорить: профессор он именно в области психологии!

– Вряд ли, – возразил Ходасевич. – Обработать стариков – лишь малая часть проблемы. Гораздо сложнее – выбрать правильную жертву. Собрать о ней максимум информации. Обеспечить прикрытие. Безопасно вывести деньги.

– И как нам его вычислить? – в азарте спросила Татьяна.

– Попробую получить полный доступ ко всем похожим делам. Буду думать. Анализировать. Денис, тебя попрошу: вспомни, кому ты – или отец – могли о своих планах проболтаться. И дай все установочные на риелтора, что договор составлял.

– Надежный парень. Не болтливый. Работает на себя. К «Твоей крепости» отношения не имеет, – твердо ответил Денис. И предложил: – Может, все-таки от Милы с Ритой плясать, раз они и в Володинске засветились, и в Александрове? В полицию сообщить – в нормальную полицию?

– Я считаю, преждевременно. Качество у фотографий плохое. Идентификацию по ним провести вряд ли получится. Если прихлопывать – то с гарантией. Они еще себя проявят. И подставятся. Гарантирую.

– Валерочка, – Таня умоляюще сложила ладошки, – а можно, я все-таки свою версию проверю? Насчет того, что главный злодей – психолог?

– Как?

– На факультет родной загляну. Присмотрюсь. Порасспрошу.

– Информация никогда не помешает. Сходи, – улыбнулся Ходасевич.

Обернулся к Денису:

– А у тебя есть какие-то идеи?

– Есть, – хитро взглянул на Татьяну.

В ее глазах засветилось любопытство, но удержалась. Промолчала.

Ходасевич спросил сам: