Анна и – Звонок с неизвестного номера (страница 19)

Он опустил плечи:

– Хотел тогда подняться на гору. Но последний раз мы там были вместе с отцом. И я… не смог.

У Тани в горле запершило. Она прошептала:

– Получается… твоего папу… убили?! А ты сбежал обратно в Москву, даже не попытался разобраться?!

Его лицо исказила судорога.

Таня поспешно схватила его за руку, пробормотала:

– Прости.

Он разжал ее пальцы, уронил голову на руки.

Из комнаты выглянул Митя, сразу огорчился:

– Вид у вас грустный. Опять поругались?

Денис постарался скрыть боль в глазах. Улыбнулся:

– Митя! У нас все прекрасно!

Тане пришлось подыграть. Обняла Дениса, поцеловала в щеку, проворковала:

– Он такой милый!

– Тогда погнали, я вас в дартс сделаю! – обрадовался мальчик.

Пришлось подчиниться. Денис старательно изображал азарт и веселье. Но когда подходила его очередь метать дротики, бросал их с такой яростью, что Таня не сомневалась: он представляет, как целится в женщину, погубившую его отца.

Никогда Садовниковой столь тяжело не давался дартс (хотя на работе в перерывах сама любила – у них в комнате отдыха имелся). Денис тоже, несомненно, тяготился «семейным весельем». Но лицо оба держали – очень старались поскорее вымотать Митю и уложить его спать.

Когда мальчик наконец уснул – переглянулись, позвали с собой Арчи и вышли во двор.

Время близилось к полуночи. Луна светила ярче, чем слабенькие уличные фонари, сверчки умолкли – только сова где-то далеко ухала и коты, как показалось Тане, подвывали.

– Вроде не март, чего орать? – проворчала.

– Это шакалы, – просветил Денис. – Летом не слышно их, а когда курортники разъезжаются – сразу снова вылазят.

Арчи нервно, уши торчком, прислушивался. Потом запрокинул морду, тоже стал выть.

– Фу! – прикрикнула Таня. – Сколько можно! И вечером сегодня разорался. На могилу кошачью.

Пес виновато покосился на нее, умолк. С шумом продираясь сквозь заросли, умчался на гору.

Садовниковой непривычно было видеть Дениса с потерянным, почти беспомощным лицом. У самой похожий характер – предпочитала не принимать обстоятельства, а с ними бороться. Но что предложить Богатову в сложившейся ситуации – придумать не могла. Пробормотала:

– Самое обидное, что сделать ничего невозможно! – И призналась: – Я однажды тоже налетела на мошенников. У приятельницы мессенджер взломали, и мне вроде как от нее просьба пришла: десятку одолжить. На бегу перевела. Только потом дошло: а что это она на другой номер просит? И почему меня Татьяной назвала, а не Танчоусом, как обычно? – Взглянула искоса на Дениса, добавила: – Но я пыталась бороться. Пошла в полицию и заставила их принять заявление, хотя в глаза говорили: все равно не найдем, а на нас висяк будет. И прикинь? Мне позвонили! Через полгода! Проинформировали: пришел ответ на запрос. Карта принадлежит такому-то, но он ее не оформлял, так что взыскивать не с кого. Тем все и закончилось.

– Я так понимаю, дело у мошенников на широкую ногу поставлено, – вздохнул Денис. – Кол-центры, огромная сеть дропов[4]. Телефонные базы. Но знаешь, что странно? Телефоны у них всегда на подставных, карты и счета тоже. А здесь, похоже, конкретный человек замешан. Как-то выбивается из классической схемы.

– Вряд ли твой папа переводил деньги лично Наталье, – резонно заметила Таня.

– Конечно, не ей. Но все равно: она, похоже, в деле! Хотя обычно мошенники действуют полностью анонимно. Понятно, тридцать восемь миллионов – большие деньги. Но ей ведь теперь всю жизнь прятаться придется! Полагаю, безуспешно.

– Да, мы ее найдем, – согласилась Татьяна. – Полицию местную втягивать бессмысленно, но попросим Валерочку. У меня еще частный детектив есть, Олег Пытов. Хороший друг.

– У меня тоже… имеются возможности. – Лицо Дениса стало совсем нехорошим.

Арчи перестал шебуршать на горе и снова, перекрикивая скулеж шакалов, надсадно завыл.

– А ну замолчи! – заорала Татьяна.

Мрачный антураж (включая почти волчье сейчас лицо Богатова) начинал ее раздражать. Денис спокойно продолжил:

– Но тогда Авдюшина, получается, совсем дура. Наверняка знала, что деньги отцу дал я. И я это все просто так не оставлю.

– Если она успела сбежать из страны – найти ее будет непросто, – заметила Таня.

– Меня смущает другой момент. Я видел фотографию Авдюшиной, – сказал Денис. – Брюнетка, коротко стриженая. А из машины в день, когда все случилось, выходила блондинка.

– Парик, – мгновенно парировала Садовникова.

– Зачем? Если Толян видел именно Наталью? И заходила она с Удаловой Щели, никого не таясь?

– Думаешь, сообщница была?

– Очень вероятно. Если Авдюшина пришла пешком, а на другой улице стояла машина.

– Могла авто заранее пригнать. Зайти с Удаловой Щели – а потом вместе с папой твоим сесть в машину на горе и оттуда уехать.

– Блондинка именно вышла из авто и отправилась в направлении калитки. Так мой свидетель говорит.

Шакалы продолжали бесноваться где-то далеко за околицей. Арчи снова взялся им подвывать.

– Как меня это бесит! – не выдержала Татьяна. – В поселке полно собак! Почему только он один воет?!

Денис позвал:

– Пойдем на гору.

– Зачем?

– Завалю кошачью могилу камнями. Закопал, видно, неглубоко. Вот пес и сердится.

«Прелестное времяпрепровождение!» – саркастически подумала Татьяна.

Но мужчинам полезно, когда на сердце тяжело, занять себя физической работой, поэтому возражать не стала.

Богатов включил на телефоне фонарик, высветил ступеньки. В пляшущем свете луча появился Арчи. Под луной, с задранной мордой, пес выглядел зловеще. А до вершины горы, где кошка, – метров десять, не меньше.

– Не на могилу он воет, а просто так, – в раздражении пробормотала Татьяна. – Потому что место нехорошее. – И попросила: – Давай лучше просто уедем отсюда! И поскорее!

Денис не ответил. Его фонарик продолжал перемещаться – с пса на ступеньки. Со ступенек – на вершину горы. Остановился на огромном выкорчеванном пне.

– Я сегодня споткнулась об него, – пожаловалась Таня.

– Папа давно этот пень убрать хотел, – грустно улыбнулся Денис. – Когда приезжал в последний раз, у нас вышел целый спор по технологии. Я предлагал с огоньком, современно: термитные шашки. Отец возражал: вдруг не рассчитаем, пожар начнется. Хотел селитру или гербицид, но боялся: все растения по соседству погибнут. Тогда я плюнул и просто вызвал трактор.

– Ну и правильно. Специально обученные люди выкорчевали. Яму закопали. А пень теперь просто распилить можно, – продемонстрировала хозяйственную сметку Садовникова.

Денис замер.

Арчи продолжал подвывать, и в свете фонарика Таня ясно увидела – смотрит пес в район пня. Но не на него – куда-то рядом.

А Богатов пробормотал:

– Таня… Работяги приехали на тракторе и выдрали пень. Но они НЕ закапывали яму. Просто выкорчевали, взяли свой магарыч и все. Я точно помню!

– Ну, значит, отец засыпал! Сам или вызвал кого-то. Оно ему надо – яма на участке?

Свет фонарика проследил за направлением взгляда Арчи. Тот продолжал неотрывно смотреть – на свежий холмик земли рядом с пнем.

– Давай, я тебя провожу домой, – мягко сказал Денис.

– А ты?