Анна Хэкетт – Холмс (страница 3)

Услышав тихий голос Либерти, Адам посмотрел на нее.

— Я — лидер. Это моя работа, — но он знал правду. В то время как все нуждались в его навыках и руководстве, никому не был нужен он сам, Адам, человек.

Либерти склонила голову набок и, черт возьми, он почувствовал себя изучаемым под микроскопом. Адам знал, в чем она была экспертом. Либерти поставляла людям конвоя счастье, предвосхищала их потребности и организовала своего рода черный рынок косметических товаров. Кто-то мог бы счесть ее вклад незначительным, но Адам знал, что все не так просто.

Наличие куска мыла, флакончика духов и бутылки шампуня, пахнущего домом, помогало смягчить тяготы новой жизни, которые — как подозревал Адам — Либерти познала сполна.

— Думаю, для тебя это гораздо больше, чем работа, — сказала она.

Прежде чем Адам успел ответить, к ним подошел Маркус.

— Генерал, — кратко кивнул он, одетый в залитую кровью броню. — Либерти.

— Привет, Маркус, — попятилась она. — Я пока помогу раненым.

Глядя ей вслед, Адам залюбовался тем, как покачивались ее бедра. Он всегда предпочитал высоких худых женщин наподобие своей бывшей жены. Но теперь не мог отвести взгляда от округлостей Либерти и ее женственных изгибов.

— Мой отряд следит за захоронением мерзких тварей, — прорычал Маркус.

— Сколько погибло? — спросил Адам. Оба знали, что он имел в виду не пауков.

— Четверо. Один пропал. Подросток. Либо убежал и спрятался, либо…

Адам тяжело вздохнул. Либо парня утащили.

— Похороните погибших. Подальше от пауков. Пошлите команду на поиски мальчика. Если решите, что он вышел из зоны действия системы иллюзий, отправьте за ним Девлина Грея, — бывший шпион состоял в разведывательной группе. Он мог незаметно прокрасться практически куда угодно. И снова Адаму предстояло принять сложное решение. — Мы не можем позволить себе остаться здесь надолго. Найдите парня, Маркус.

— Мы его найдем, — кивнул тот.

В противном случае Адам будет вынужден спасать остальных людей, бросив ребенка на смерть и заставив еще одну семью убиваться от горя.

Очередной черный шрам на его душе.

— Где бы мы ни остановились сегодня на ночь, — сказал Маркус, — я угощу вас пивом. Вы выглядите так, словно вам оно очень нужно.

Адам кивнул, но оба знали, что он не примет приглашение. Развернувшись, Маркус помедлил.

— У вас есть друзья.

Адам снова глубоко вздохнул. Слышать эти слова от бойца, которого он уважал, даже если спорил с ним бессчетное количество раз, дорогого стоило.

— Спасибо, Маркус.

Кивнув, тот ушел. Вот только Адам знал, что Маркус ошибся. У генерала не могло быть друзей. У него были подчиненные, гражданские лица и последователи. Адам не мог позволить себе завести друзей для своего и их блага. Ему приходилось принимать сложные решения. На кону стояли жизни, и он знал, что до окончания войны еще не раз придется сделать выбор. Следовательно, Адам не мог позволить себе стать чьим-то другом.

Обуздав скверное настроение, он прошелся по лагерю, успокаивая и поддерживая людей. Адам видел, как они расслабляли плечи, слабо улыбались и кивали. Ему не должно было требоваться иного ободрения.

Обогнув грузовик, Адам услышал, как спорили два человека — Клодия и Шоу, оба по-прежнему в доспехах. Она подбоченилась и сердито смотрела на снайпера, изо всех сил старавшегося не смеяться. Они обменялись несколькими колкостями, после чего он схватил ее в свои руки и поцеловал.

Она боролась с ним примерно две секунды, после чего обхватила сильными ногами и ответила на поцелуй.

Адам сглотнул. Он позволил Клодии пожертвовать собой, чуть не лишив их с Шоу маленького кусочка рая посреди ада.

Адам отвернулся, не в силах смотреть на них. Ноша на его плечах стала такой тяжелой, что почти вгоняла в землю. Боже, ему однозначно нужно было выпить кофе двойной крепости. Возможно, позже вечером Адам позволил бы себе стопку дешевого шотландского виски, припрятанного в его микроавтобусе. Хорошая выпивка закончилась давным-давно.

Но пока что он нашел в закоулках своей души еще немного сил и громко заговорил.

— Итак, народ. Давайте готовиться к отъезду.

Проинструктировав отряды, Адам отправил их рисковать жизнями на диверсиях, отчаянно надеясь, что пропавший мальчик найдется.

***

Выбравшись из автобуса, Либерти размяла ноги.

Больше недели ее будуаром был модернизированный дом на колесах, который она делила со школьными учительницами и другими незамужними дамами. Внутри было тесновато, и к концу каждого дня они хотели поубивать друг друга.

Озираясь, Либерти наблюдала, как люди вытаскивали из машин палатки и постельные принадлежности. Лагерь разбили у здания, напоминавшего заброшенную ферму. Всмотревшись в сгущающиеся сумерки, Либерти решила, что ровные ряды деревьев вдалеке когда-то были садом.

Также она увидела возле них тонкую фигуру. На глазах у Либерти женщина погладила ствол, с улыбкой обернувшись в ореоле светлых волос, струившихся до плеч и напоминавших лунный свет. Либерти еще не решила, как относиться к инопланетянке в конвое. В прошлом пленница ящеров, Селена оказалась вдалеке от дома и присоединилась к небольшой группе выживших людей.

Несколько раз Либерти говорила с ней и знала, что ей отчаянно грустно. Черт, Селена имела полное право грустить, лишенная малейшего шанса вернуться на родную планету. Она подняла руку, и у Либерти перехватило дыхание. В воздух вспорхнули яркие бабочки и закружились у тонких пальцев Селены. Инопланетянка рассмеялась.

Тряхнув головой, Либерти снова осмотрела лагерь. Между несколькими ржавыми сараями стоял старый сельский дом. Не так уж много, но и немало. Она очень надеялась, что люди вскоре доберутся до «Анклава» и больше не будут жить в машинах. Здесь ни у кого не было ни личной жизни, ни уединения.

По крайней мере, они были живы.

И все благодаря одному человеку.

Посмотрев на разраставшуюся толпу, Либерти нашла его взглядом. Несмотря на отсутствие мундира, выправка и уверенность генерала Холмса никуда не делись. Он разговаривал с родителями нашедшегося подростка и что бы ни говорил им, они улыбались. Во время нападения пауков мальчик пропал. К счастью, его нашли целым и невредимым.

Отряды защищали людей, врачи их лечили, но именно Адам Холмс планировал, разрабатывал стратегию и упорно трудился, чтобы все были в безопасности.

Он приобнял пожилую женщину, и она прильнула к нему. Адам погладил ее по плечу. Он всем позволял на него опереться.

Но на кого опирался он, когда дела были плохи?

А Либерти знала, что они были плохи практически каждый день.

Она покачала головой. Ей нравились солдаты с обветренными лицами, крепкими телами и татуировками. Бойцы, желавшие повеселиться, не требовавшие многого и не лезшие, куда не просят. Простые мужчины, с которыми можно развлечься. Задолго до инопланетного вторжения Либерти пережила свою собственную версию ада и когда собрала себя по частям, поклялась брать от жизни все. Изо дня в день она искала источник радости и веселья — будь то долгое купание в большой ванне с пеной и ароматными лосьонами или же сексуальные мужчины и сильные оргазмы.

Ей удавалось сдерживать клятву даже посреди уродливого апокалипсиса.

Взгляд Либерти вернулся к генералу… Адаму. Почему-то ей казалось, что он ничего не знает о радостях жизни. Все его существование состояло из ответственности и принятия серьезных решений. Либерти видела морщинки у его рта, появившиеся от непрерывного напряжения.

Недолго думая, она направилась в его сторону.

Как только генерал подошел к очередной группе людей, Либерти встала перед ним.

— Все в порядке, Либерти? — расправил он плечи.

— Несмотря ни на что. А ты как?

— Прекрасно, — резко кивнул генерал.

— Тебе срочно нужно подстричься.

— Стрижка подождет, — Адам машинально провел рукой по волосам.

Либерти внимательно следила за ним и заметила, что мышцы его шеи были настолько натянуты, словно могли вот-вот лопнуть.

— Нет, не думаю, что подождет. Пойдем, — она махнула ему, призывая следовать на ней.

— Мисс Лоулер… — ох, этот холодный властный тон, к которому генерал прибегал, если кто-нибудь отказывался исполнять приказы, уже стал для него привычным.

— Брось, Адам, ты не можешь называть меня «мисс Лоулер» посреди инопланетного апокалипсиса.

На генеральской челюсти задергалась мышца, и Либерти едва сдержала улыбку.

— Ты идешь в свой грузовик, и я делаю тебе стрижку, — он продолжал недоуменно стоять на месте. — Почему бы тебе для разнообразия не позволить кому-нибудь другому принять решение? — сказала она. — Хотя бы один раз.

— Ты весьма упряма.

— Одно из моих лучших качеств.

— Очень сомневаюсь, — но секунду спустя Адам кивнул. — Ладно. Подстричься не помешает.

Либерти пошла рядом с ним к его машине. У него был собственный обустроенный микроавтобус, преобразованный в жилое помещение с высокой крышей и зоной для сна. Адам открыл дверь, и Либерти заглянула внутрь.