Анна Ханина – Первая зорька (страница 2)

Марфа краснела, но Пашиной руки не выпускала. Вышагивая важной персоной, она шла и шла с ним от хаты к хате. Последним обозом зашли к Авдотье Никифоровне. Корова, увидав Пашу, с порога кинулась лизать уставшее, измученное лицо. Никифоровна припасла молочка. Она долго с любовью смотрела, как Паша жадно пил большими глотками, на его тонкие дрожащие руки, и думала о своей навсегда ушедшей судьбе. «Ты, сынок, сделай так, чтобы я плакать вновь могла. Нам с кормилицей вдвоем тяжело. А так я плакальщицей пойду, глядишь, и проживу сытую старость». Паша погладил Авдотью Никифоровну по спине, и слезы брызнули у нее из глаз. Она плакала, как не плакала со времен ареста отца, заливая скатерть слезами.

С трудом поднявшись, Паша вышел во двор и, опираясь на Марфину руку, проследовал прямо в сарай. Он сразу уснул, едва коснувшись сена, а Марфа легла рядом с чувством выполненного долга перед селом и Пашей, ее будущим супругом.

Первая зорька привечала с утра и звала за собой. У жителя деревеньки всегда найдется труд – прохудился ли дом, задать ли корм буренке, окучить картофель или собрать колорадского жука. Но сегодня, бросив свои дела, жители деревни били пойманного Пашку. Благо, Марфа спала чутко и почти не прогавила бегство чудотворца. Павел затравленно смотрел на людей, отвечая на каждый удар лишь мотанием головы из стороны в сторону. Марфа гордо стояла в сторонке, чуя себя второй день кряду главной персоной.

Последней притопала Авдотья Никифоровна. Заплаканное лицо ее исказилось таким неистовым гневом, что мужики пятились, уступая ей дорогу. Искривленные узлами старческие руки плотно держали палку, что вновь и вновь опускалась на Пашкины кудри. Мальчик выл под ударами, а Никифоровна плакала и рыдала, вспоминая сына, оставшегося на далекой Афганской войне, мужа, не пережившего аппендицит в районной клинике, ушедших мать и отца да приевшуюся редиску с соленым хлебом.

Угадай мужа

Самурай изваял Буратино в саду,

Подивился его красоте и уму.

Мир прекрасен.

Один раз в жизни, но надо. Кто его знает, что ждет нас за финальной чертой. Жаль уходить, не собрав на мольберт все краски мира. Я, конечно, не Леонардо да Винчи и не Сальвадор Дали, но отчего-то страшно не успеть. Может, я просто трус, и меня пугает это дикое слово «нет»? Это даже не смерть и не болезнь. «Нет» – это как будто ластик школьника стер неудавшуюся букву, оставив кляксу на прежнем месте. Пожалуй, именно поэтому я перестал есть все мясное, и не ловлю рыбу с друзьями, как ранее водилось. Я больше не хочу забирать чью-то жизнь, в самом дальнем закоулке души вскармливая надежду, что и меня повелительным перстом не скинут с шахматной доски, а будут играть, играть, играть, пока льется вода, и паруса стонут от ветра.

Верить или не верить в жизнь после смерти – дело личных убеждений. Но сейчас, пока я в игре, чертовски хочется собрать в свою копилку побольше разноцветных монет: ярких впечатлений от подаренного нам мира. Стоя у врат, буду ли я вспоминать о цветных монетах? Рано или поздно узнаю, как и все мы. Ну, а пока – на самолет в Японию. Чтоб пролететь полмира и ступить на землю восходящего солнца. Выйдя из самолета, я ступлю как космонавт на Луну и топну по Земле что есть мочи, дабы отпружинить от тверди. Мы, хоть на миг, разлетимся в разные стороны, и мой вклад ускорит вращение нашего Шарика.

Но прилетел я изрядно уставший, и прыгать не стал. Буднично пошел проходить формальности, так и не ощутив прибытие в Японию. Расстроился. Я представлял себе все как-то торжественно, а не будничную суету аэропорта. Вышел, поймал такси и поехал в гостиницу. Страна невиданной электроники на первый взгляд оказалась обычным совком, чем-то похожим на современную Беларусь. Культ личности, и очень много ручного труда. От растерянности я не мог найти себе места. Унитаз, извините, у них сам крышку поднимает, зато жетончики на вход выдает один человек, а сидящий рядом второй собирает их на выходе. Где обещанные чудеса? Пробка за пробкой я пробираюсь глубже.

Буддистские храмы соседствуют с синтоистскими. Тысячи храмов полны людей и кажется, Япония – самая набожная страна в мире. Молятся тут всем подряд, смешивая традиции и обычаи разных стран. Вот статуя «медицинского» Будды. Стоит приложить руку к больному месту у себя и к такому же органу у статуи, и болезни как не бывало. А я расчувствовался, как тряпка, чуть нюни не пустил. Вот оно – три года без мяса. Мне стало жалко Будду, которому многотысячная толпа отдает свои болезни, закусывая на выходе из храма восточными сладостями. Не знаю почему, но тут же услужливая башка нарисовала ассоциацию с Христом. Иисус страдал за наши грехи, и Будда отдувается по полной. Я оставил подношение и просто погладил божество. «У меня ничего не болит, я здоров как бык», – сказал я ему и вышел на улицу.

Улица, надо отдать должное японцам, необычайно чиста. Здесь нет урн, и никто не бросит бумажку на асфальт. Каждый доносит мусор до дома, где сортирует его, и только потом выбрасывает. В Японии «золотая неделя». Праздники мая совпали со сменой Императора. А император здесь божество. Он, точнее, его предки, были рождены от богини солнца Аматэрасу. Сами японцы произошли от свиты богини.

Все остальные на Земле – от обезьян. «Ха», – сказал я им про себя. Любой народ считает себя лучшим и Богом избранным. Мне не привыкать.

В общем, божество передавало власть сыну. Эпоха достижения мира и стабильности сменилась на эпоху мира и процветания. Меня рвало на «хомячки», я вспомнил о переходе в СССР от социализма к развитому социализму. Старый император отдавал власть 30-го апреля, когда последний цветок сакуры должен упасть на землю. 1-го мая – новый бог в Японии и новое летоисчисление. Нулевой год от восшествия на престол. Старый действительно стар. «Я опозорю Японию, – начал он, – если буду исполнять свои обязанности недостаточно хорошо». Мой проныра – русскоговорящий гид – вытер мне слезы, поведав о предстоящей в Японии Олимпиаде-2020. А если действующий император уходит в мир иной, то это траур на год. Вот и попросили старика власть имущие уйти подобру-поздорову, чтоб не ставить под угрозу их вложения в будущий спортивный праздник.

Я зло рявкнул на гида, чтоб он не лез своим свиным рылом в калашный ряд. Тот присел от неожиданности и замолчал, обиделся. «Ну и ладно», – подумал я, хоть и пальцами ощущал его правоту. Кстати, в Японии преступность есть, а воровства нет. Оставленные чаевые будут бежать за тобой вместе с официантом, пока ты их не заберешь. Надул меня за десять дней только проныра-гид, что вещал мне о том, как он «объяпонился», при каждом удобном случае. Жить в стране, где воруют только иностранцы, как-то непривычно, и вызывает неподдельное удивление. Чем это они достигли? Религия, страх наказания или действительно произошли от богов? Новый храм. Многорукая и многоликая богиня Каннон. Буддизм – это в целом-то и не религия вовсе. Учение, я бы так сказал. Есть шесть миров, и человеческий – один из них. Просветление – состояние, достигнув которого, можно перейти в мир лучше и совершеннее, навсегда покинув череду бесконечных перерождений. Но просветленный не обязан уходить из нашего мира.

Богиня Каннон, например, не ушла, а осталась с людьми, чтобы страдать и помогать страждущим. Лицо ее сурово, так как далеко не каждое желание должно быть исполнено. Она смотрит на нас, как на разбалованных детей, утирая одному сопли, другого шлепая по загривку. Все для пользы, разумеется. И вновь – можно передать ей свои болячки. Глядя на то, как выглядят пожилые японцы, могу с уверенностью сказать – система работает. Я отдавать болезни не стал, зато спустился к трем источникам богини. Из ее рук изливаются здоровье, долголетие и мудрость. Выбрать можно только один раз и что-то одно. Стоит заметить, что здоровье там не ровня долголетию. Можно жить долго, страдая от болезней. Можно рано уйти, но до последней секунды быть здоровым.

Сбросил срочный вопрос в социальную сеть. «Помощь, срочно, плз.» Больше всего советовали мудрость. Ее, родимую, и испил. Отойдя от источника, я вспомнил о добром волшебнике Гудвине, Элли и ее друзьях. «Как удивительно перекликаются наши истории», – тут же подумал мудрый я, и затребовал у гида зеленые очки. Тот непонимающе глупо улыбался. Супруга говорит, что выпила здоровья. Но после посещения Нары, где олени бродят, как люди среди людей, она верно подметила, как удивительно схожи Нара и Нарния. Ой, чует мое мудрое сердце, что дурит меня. Видно, зачерпнула ковш мудрости. А может, это я раньше был глуп и не замечал ее ума? В общем, на одно ведро мудрости приходится три ведра мыслей.

А мысли мои о Японии. Почему талончики на парковку продают три человека, а скоростной электричкой, что как стрела пронзает Японию со скоростью 300 км в час, отправляясь чуть ли не каждые 15 мин, управляет компьютер? Гид рассказал, что сейчас строится дорога для поездов на магнитной подушке. Должны успеть к олимпиаде. Те будут летать километров семьсот в час. После этой информации я написал письмо нашему министру инфраструктуры, что он чудак. Может, ему и писали об этом раньше, но маслом кашу не испортишь. Гиду же я рассказал, что, на мой взгляд, Япония переживает острый кризис. Роботы выталкивают людей с рабочих мест, и правительство вынужденно придумывать им ненужный труд. В противном случае роботы заменили бы большинство, и людям нужно было бы платить просто так. А сие крайне пагубно. Свободное время в таком объеме вредит, даже если ты произошел от богов. Тот слушал меня, открыв рот, и восхищался моей мудростью. Видать, впрок пошла водица.