Анна Гур – Бывший Муж. Второй Шанс для Предателя (страница 22)
На это высокий мужчина в темно-сером пальто, под которым скрывается свежая белоснежная рубашка, лишь заламывает бровь.
Вроде бы и ничего не делает, но… пугает до икоты. Взгляд холодный, будто лезвие ножа, и от него у меня по спине пробегает волна холода.
– Доброе, Алиса! Выписываетесь?!
Машинально прижимаю Мию к себе еще крепче.
– Алексей… я… да. Мы с дочкой… домой. Нам уже разрешили уходить...
– Домой, – повторяет он глухо, – домой – это куда?! Позволь поинтересоваться?!
Тон Власова мне не нравится. Не сулит ничего хорошего, как, впрочем, и все семейство Дорониных.
– Домой – это наша с Мией квартира!
– Мило. То есть в каморку. В то время как преступники, которые стреляли в Виктора, все еще не пойманы?!
– А… при чем тут мы с дочкой?! – повышаю голос, готовая вновь вступить в бой с Власовым.
– Ну… я даже не знаю, что ответить, раз уж ты сама не понимаешь! – парирует зло, глаза даже вспыхивают, а мне… страшно до икоты становится. Власов умеет давить не хуже Виктора. Может, обучают это семейство быть первоклассными мудаками?! Спецкурсы они, что ли, проходят?! Как знать!
– Власов! Уйди с дороги! Мы с Мией уходим!
Пытаюсь звучать уверенно, но… меня даже не дослушивают, Алексей преграждает путь и выговаривает зло:
– Если тебе фиолетово на то, что может произойти, то я привык думать наперед! Как минимум на пару шагов вперед, Алиса!
Брат Доронина делает шаг ближе. Я ощущаю его запах – терпкий, древесный, с легкой горечью. Мия жмется ко мне, чувствует напряжение.
– Алексей, пожалуйста… Нам просто нужно домой. Я хочу, чтобы ребенок отдохнул в своей постели! В своем доме!
– А потом? – его голос понижается, становится почти хриплым, – потом вы проснетесь от того, что кто-то ломится в дверь? Или хуже – не проснетесь вовсе?! Ей-богу, бабы – дуры! Ты хоть понимаешь, что происходит и во что ты втянута?!
– А ты не рассказываешь, а только пугаешь, Власов! Откуда я вообще могу знать, что ты меня не запугиваешь? Исходя из своих целей?!
Мгновение смотрит на меня со злостью, затем глаза закатывает, словно дает понять, что именно думает о моих умственных способностях! Я же судорожно глотаю воздух.
– Отдай мне ребенка, я понесу, – наконец говорит примирительно, но этим еще больше пугает.
– Послушай, Власов… – пытаюсь призвать Алексея к порядку, но он опять перебивает:
– Нет, золотко мое, это ты меня сейчас будешь слушать. Ты никуда не пойдешь отсюда, потому что как минимум это опасно! Я не намерен по всей стране бегать и искать жену брата!
– Бывшую жену! – поправляю резко.
– Для тех, кто охотится за Виктором, ты и твоя дочь – все еще часть его жизни. И если ты, девочка моя, этого не понимаешь, то впору врубить мозги и послушать взрослого дядю, который пытается вытащить тебя и Мию из-под удара!
Хочу что-то ответить, возразить, но Власов не позволяет, он нависает надо мной и выговаривает чуть ли не по слогам:
– Сейчас ты и твоя дочь – мишени! Законная добыча для врагов моего брата!
Он говорит это все спокойно, но от тона этого наглого мужика меня бросает в дрожь!
– Я не позволю тебе рисковать, – добавляет он жестко, – ты с ребенком едешь ко мне в особняк, это не обсуждается!
– Что? Послушай, Власов, у меня и проблем бы не было, если бы не случайная встреча!
– Уже все закрутилось! С поезда, летящего на максимальной скорости, не сойти, так что, Алиса, хватит меня бесить. Ты все равно сделаешь то, что я приказываю!
Начинаю кипеть, мне нестерпимо хочется чем-то тяжелым стукнуть этого надменного мужчину! Используя все советы, которые он мне вчера дал! Целиться прямо в висок, чтобы вырубить к чертовой матери!
– Приказываешь?! Алексей, а ты никогда в жизни не пробовал просить и договариваться?! – рычу в ответ, меня уже конкретно потряхивает.
– Нет. Ты меня бесишь, женщина! Я тебе безопасность предлагаю! Мой дом – крепость! Там надежная охрана и все удобства! Чего ты упираешься, я не пойму?!
– Когда на меня давят, у меня включается ответная реакция! Сопротивление! Власов!
Вновь закатывает глаза. Смотрит на меня не мигая. Я понимаю, что мы с Алексеем в разных весовых категориях, он сильнее, мощнее, в конце концов, этот мужик вчера своего двухметрового охранника скрутил не парясь, а я… перед ним воробушек.
Замираю, и в этот момент Мия поворачивает голову и смотрит прямо на Алексея.
– Мама, а что за это дядя! Почему вы так ссоритесь?!
Взволнованный голос дочери заставляет нас с Власовым сбавить обороты, и Алексей смотрит в лицо моей дочки, и я вижу, как по волшебству хмурость пропадает с лица мужчины, а затем он… улыбается… причем так светло, что… я даже теряюсь!
Только что передо мной был сущий дьявол, а сейчас… сейчас такой обаятельный молодой мужчина с открытой и доброй улыбкой…
Впору подумать, что у этого Алексея биполярка, но… в следующий миг он подмигивает моей дочке и выдает уверенно:
– Я дядя Алексей, Мия, не беспокойся ни о чем. Мы с твоей мамой просто общаемся, она у тебя на редкость упрямая, но я надеюсь, ты поможешь меня убедить ее… принять мою помощь…
Алексей склоняется к Мие так легко и непринужденно, моя девочка во все глаза смотрит на Власова, который как по волшебству перестает быть редкостным мудаком и включает харизму на полную.
– Я приглашаю вас с мамой погостить у меня дома. Там прекрасный сад с качелями, ты бы хотела посмотреть?
Голос Алексея становится удивительно мягким, исчезают уже привычные повелительные интонации. Он не навязывает, а объясняет, прельщает. Прямо сейчас этот мужчина демонстрирует абсолютно другой уровень давления…
– А еще у меня есть питомец… – доверительно выдает Власов.
– Питомец?! Правда?! Какой?!
– Овчарка. Макс. Тот еще проныра…
– Мама, можно? У дяди Алексея есть собака…
Мия смотрит на меня с полными надежды глазами. Дочка давно просит собачку, но… я не могу себе такой роскоши позволить. Я с трудом справляюсь, разрываясь между работой и заботой о дочери.
– Можно, ну мам?!
Голос моей малышки полон эмоций. Я поворачиваю голову к Алексею и вижу, как на его лице играет такая теплая, человеческая улыбка. Даже странно, что этот киборг может так улыбаться.
– Скажу больше. Макс будет рад, если кто-то сможет с ним играть.
– Мама… а мы можем поехать в гости к дяде Алексею?!
Моя дочка обычно не подпускает к себе чужаков, но… Власову удается… я вижу, как на него дочка смотрит. С каким-то детским восторгом.
– Алексей… – выдыхаю, стараясь не дать чувствам прорваться, – мне кажется…
– Вот именно, Алиса. Тебе кажется. Подумай. Ты неглупая женщина. Пораскинь мозгами и определись: хочешь ли ты рисковать своей дочерью.
Хочу возразить, но до меня доходит, что Власов, в принципе, прав. Он прав… и артачиться сейчас не имеет смысла.
– Я не хочу диктовать тебе условия и давить, Алиса. Я предлагаю тебе выбор: остаться в незащищенной квартире и надеяться, что пронесет, что про бывшую жену Доронина никто не вспомнит, а также пропустят мимо внимания тот факт, что… у тебя дочка… – выговаривает как-то многозначительно, взглядом давит, интонацией, и я, встрепенувшись, прижимаю дочку к себе сильнее:
– Мия! Только моя! Она моя…
– Допустим. Но… откуда ты знаешь, что именно будут думать враги Виктора?! Ты и им будешь объяснять, что дочка только твоя?!
– Она… не имеет отношения…
Пытаюсь как-то выпутаться, но мужчина не дает мне продолжить, поднимает руку и обрубает жестко:
– Сейчас я не буду разбираться в этом. Меня не касается. Это ваше с Виктором личное. Я про другое. Те, кто напал на Доронина, церемониться не будут. Посчитают тебя и твою дочь рычагом давления и… все…
Замолкает. Впивается в меня своими ледяными глазами, а я… понимаю, что и здесь Власов прав. Разбираться не будут. Они уже стреляли в Доронина…
– Если вы сейчас выйдете из этой больницы и поедете домой без охраны, Алиса, вы подвергнетесь риску! Я этого не допущу. Поэтому я и беру ответственность за вас. Пока всё не уляжется.