Анна Гринь – Кто убийца? (страница 5)

– По дороге вы никого не встретили?

– Ни одной души.

– Вы не заметили и не слышали ничего особенного?

Голос секретаря как будто дрогнул, когда он ответил:

– Нет, ничего.

– Подумайте еще раз хорошенько, мистер Гарвель, можете ли вы с чистой совестью подтвердить, что вы действительно никого не встретили и ничего не заметили?

На лице свидетеля мелькнуло выражение испуга: он несколько раз открывал рот, как бы собираясь что-то сказать, но все-таки промолчал. Наконец он сказал с видимым усилием:

– Действительно, я заметил нечто, но настолько маловажное, что даже не хотел упоминать об этом; теперь эта маленькая странность невольно вспомнилась мне при вашем усиленном допросе.

– В чем же дело?

– Одна дверь была приоткрыта.

– В чьей комнате?

– Мисс Элеоноры Левенворт. – Голос молодого человека понизился до чуть слышного шепота.

– Где вы находились сами в ту минуту, как вы это заметили?

– Не могу вам сказать в точности; по всей вероятности, около моей двери, так как я не помню, чтобы останавливался по дороге. Если бы не случилось это ужасное несчастье, я даже не вспомнил бы о подобном ничтожном обстоятельстве.

– Вы заперли за собою дверь, когда вошли в свою комнату?

– Само собой разумеется.

– Когда вы легли спать?

– Тотчас же.

– Вы ничего не слышали перед тем, как заснули?

Он опять немного смутился, потом решительно заявил:

– Ровно ничего.

– Вы не слышали шагов в коридоре?

– Возможно да.

– Но можете ли вы наверняка сказать, что слышали шаги?

– Утверждать этого я не могу.

– Но, по крайней мере, вам так показалось?

– Да, весьма вероятно: я теперь вспоминаю, что перед тем, как я заснул, мне показалось, что я слышу шуршание платья и шаги, но это не произвело на меня никакого впечатления, и я скоро заснул.

– И больше ничего?

– Немного позже я вдруг проснулся, будто испуганный чем-то, но что это было, я не в состоянии сказать. Я помню только, что поднялся на постели и огляделся кругом. Но так как я ничего не увидел и не услышал, то снова лег и проснулся только сегодня утром. В остальном Гарвель подтвердил во всех подробностях показания дворецкого; коронер спросил его, не заметил ли он чего-нибудь особенного на столе покойного после того, как тело было перенесено в спальню.

– На нем были только самые обыкновенные предметы, – ответил он, книги, бумага, перо, бутылка и стакан, из которого накануне пил мистер Левенворт.

– А кроме этого ничего не было?

– Кажется, ничего.

– Относительно стакана вы, кажется, говорили, – вмешался один из присяжных, – что он остался в таком же положении, как его поставил при вас накануне вечером ваш патрон.

– Да, совершенно в таком же.

– Но ведь он всегда выпивал целый стакан?

– Да.

– Значит, сейчас же после вашего ухода ему кто-нибудь помешал его допить? Молодой человек вздрогнул и побледнел, как будто ему пришла в голову какая-то ужасная мысль.

– Это еще ничего не значит, – сказал он, с трудом выговаривая слова, мистер Левенворт мог… – он не докончил своей фразы и замолчал.

– Продолжайте, мистер Гарвель, и докончите то, что вы хотели сказать, – заметил коронер.

– Мне больше нечего вам рассказывать, – ответил секретарь, стараясь справиться со своим волнением.

Почти все присутствовавшие многозначительно переглянулись между собою: всем казалось, что в молчании секретаря в данную минуту именно и скрывается ключ к загадке. Но коронер, по-видимому, не обратил на это никакого внимания и продолжал допрос:

– Не знаете ли вы, находился ли на своем месте ключ от двери в библиотеку вечером, когда вы выходили оттуда?

– Я не обратил на это внимания.

– Но вы думаете, что он находился там?

– Да, это всего вероятнее.

– Во всяком случае, сегодня дверь была найдена запертой и ключ исчез.

– Да, совершенно верно.

– Значит, тот, кто совершил убийство, запер за собой дверь и унес ключ?

– Да, похоже на это.

Коронер серьезно взглянул на свидетеля; в это время поднялся маленький присяжный и сказал:

– Нам говорили, что когда дверь была взломана, обе племянницы вашего патрона последовали за вами в библиотеку; так ли это было?

– Только одна из них пошла с нами – мисс Элеонора.

– Она и есть, кажется, предполагаемая наследница убитого?

– Нет, наследница мисс Мэри.

– Я тоже хотел бы предложить один вопрос мистеру Гарвелю, – сказал один из присяжных, который до тех пор все время молчал. – Нам очень подробно описали, как и в каком положении был найден убитый, но ведь ни одно преступление не совершается без определенной цели. Может быть, вы, господин секретарь, знаете, не имел ли покойный какого-нибудь тайного врага?

– Этого я не могу вам сказать.

– Он со всеми в доме был в хороших отношениях?

– Этого я не могу сказать с уверенностью, нерешительно проговорил свидетель. – Весьма вероятно, что были недоразумения.

– Между кем?

В комнате воцарилось мертвое молчание; наконец секретарь произнес:

– Между моим патроном и одною из племянниц.

– Какой именно?

– Мисс Элеонорой.

– Можете вы сказать, на какой почве они происходили?

– Нет, не могу.