Анна Гребенникова – Котики в мировой культуре (страница 5)
Вне магических и гадательных текстов кошка не фигурирует в религии Месопотамии. Божества не принимали облик кошек (кроме крупных), а сами зверьки были забавными помощниками по хозяйству [95].
Археологи более конкретны – в Месопотамии, Израиле и Палестине можно встретить останки кошек. Такой образец возрастом 8700 лет нашли, например, в Иерихоне. При этом упоминаний этих животных в Библии нет, в том числе и в Новом Завете. В период Урука, в 3300–3000 годах до н. э., в месте Телль-Шейх-Хасан (Ливан) [61] уже бродили полосатые, но уже не совсем дикие кошки. Они были меньше по размеру, чем их дикие родственники, поэтому ученые предположили, что эти звери жили с людьми. Интересная деталь – в Египте, напротив, постепенно наблюдалась тенденция к увеличению кошек. Каменные и глиняные фигурки кошек также были найдены на неолитических археологических памятниках в Сирии, Турции и Израиле, что, вероятно, указывает на то, что кошки были важны для этих культур не только как источник пищи или шкур, но и как охотники на грызунов.
Так что люди на Ближнем Востоке познакомились с кошками задолго до того, как это сделали египтяне, а месопотамские земледельцы делали это примерно в то же время, когда в Египте заканчивался додинастический период. Степные кошки, кстати, тоже до сих пор живут в тех местах и по внешнему виду почти не отличаются от домашних. Разве что попытки погладить дикого кота не доставят удовольствия ни вам, ни ему.
Гулять самой по себе у F. silvestris lybica не получилось – пришли лысые приматы и утащили ее с собой, а при последующих миграциях вместе с техниками земледелия они распространяли по миру и особые отношения с кошкой. При этом, как мы знаем, земледелие возникло независимо в нескольких частях света, но не везде его спутником сразу становились эти мелкие хищники. Наверняка и другие подвиды со временем могли бы быть одомашнены, если бы люди не брали котят и кошек Lybica с собой в Африку или Азию. Судя по всему, популяция первых чисто домашних кошек в Древнем Египте имеет ближневосточное происхождение.
Затем кошка быстро распространилась дальше по Малой Азии и Южному Кавказу – так, на памятнике Ехегис-1 (Армения), где люди жили около 6000 лет назад, среди многочисленных останков около поселения нашли в том числе кошачьи кости [3]. Пока ученые не уточнили, была ли это прибившаяся к людям дикая кошка или уже домашняя, однако она держалась рядом с древними земледельцами в армянских горах в начале медного века.
За Кавказом кошки обосновались уже в V тысячелетии до н. э. в районе Нальчика. Среди костей животных в поселениях этих, видимо, уже переходящих к оседлому образу жизни людей найдены и зерна пшеницы, и единичные кости кошек [99]. Все улики налицо, кошки покорили Кавказ с обеих сторон.
Кошка и ее конкуренты
Все домашние кошки (Felis catus) – потомки одного подвида дикой кошки, которая в современной таксономии называется Felis silvestris lybica, африканская, или степная дикая кошка. Они до сих пор обитают на севере Африки и Ближнем Востоке. Если бы история пошла немного по другому пути, возможно, мы жили бы с другими мышеловами. Некоторых можно встретить в качестве домашних животных – это ласки (Mustela nivalis). У других история жизни рядом с человеком закончилась быстро – это обыкновенные генеты (Genetta genetta).
Эти животные из семейства виверровых похожи на кошек и весят около 2 кг. Родственниками кошачьих они не являются, и их история – это ранний Древний Египет. К Новому царству котики победили. При этом останков кошек в Древнем Египте за последние двести лет найдены миллионы, а генет – одна челюсть в пещере Нимир. И та плохо датируется – между 8880 и 3650 годами в помете леопарда [10]. То есть живущий в Древнем Египте леопард полакомился генетой и был счастлив.
Мумий генет не найдено [10], что не удивительно – у этого животного не было связи с определенным божеством. Более того, мы не знаем, как древние египтяне называли этих животных. Это интересно, так как генета легко приручается и сейчас может содержаться как экзотическое домашнее животное. Впрочем, в Поздний период известно несколько генет-амулетов, но их точное значение неизвестно.
Все живописные генеты встречаются только в одном типе сцен – «болотном», где животное находится в зарослях папируса и помогает охотиться на птиц. Помимо них, там можно встретить кошек и мангустов.
Возможно, генеты также служили добрым предзнаменованием для охоты. В эпоху Древнего царства изображений генет больше – в некрополе Мемфиса мы можем видеть 23 таких фрески, на которых зверьки преследуют птиц или их птенцов или нападают на добычу (со времен V династии, примерно в 2504–2347 годах до н. э.) [10].
Мы знаем только два необычных изображения. Первое было найдено в гробнице номарха Хнумхотепа III и представляет собой сцену охоты в пустыне. Он жил в эпоху Среднего царства и был похоронен в Бени-Хасане. Второе можно найти в гробнице чиновника Тутмоса III Рехмира (ее сокращенно обозначают как ТТ100[3]). Это уже эпоха Нового царства, а захоронение находится в Фивах, на западном берегу Нила, в Долине знати. Это довольно известный памятник, где изображены подношения от разных народов и основные занятия египтян того времени.
На юге современного Египта, около Асуана, генеты живут до сих пор, а на севере, в Верхнем Египте, скорее всего, они исчезли еще в древности. Всему виной изменения климата, которые в свое время привели к осушению нескольких старых рукавов Нила – возле одного из них как раз и строили пирамиды и погребальные храмы, которые сейчас стоят недалеко от реки [21]. Вместе с уменьшением болотистых долин исчезли и генеты. Впрочем, полностью объяснить исчезновение этих животных нельзя – в Асуане они продолжают жить в довольно засушливых условиях.
Скорее всего, древние египтяне обратили внимание на небольших пятнистых существ, живущих рядом с ними, но не пытались одомашнить их в том смысле, как кошек. Так кошка довольно быстро победила, а генеты остались забыты на долгое время.
Возможно, это связано с четкой ролью, которая появилась у кошек довольно быстро – ловлей мышей, причем грызуны и птицы являются пищей как диких, так и домашних мелких кошачьих. Именно этот аспект, как считает часть египтологов, и привлек в том числе древних египтян. Они охотно изображали это противостояние – например, в гробнице чиновника Бакета III времен XI династии (в XXI веке до н. э.) из Бени-Хасана кошка охотится на крысу. Поселок строителей гробниц Нового царства Сет-Маат, который мы сейчас знаем как Дейр-эль-Медину, дал нам ценную информацию о нравах не фараонов, а обычных людей [38]. Вокруг поселка нашли огромное количество черепков-остраконов[4], в том числе с сатирическими иллюстрациями. На некоторых из них антропоморфные кошки и мыши по-разному взаимодействуют, образуя устойчивую пару персонажей.
В Европе генет тоже пытались одомашнить, но и здесь кошки снова вытеснили конкурентов [45]. Как они туда попали – тоже интересная история, ведь на пути миграции находился Гибралтарский пролив. Так что, возможно, они попали в Европу вместе с людьми – случайно или преднамеренно. Как минимум в I тысячелетии н. э. генеты жили на территории современных Испании и Португалии, а также на островах Средиземного моря, о чем упоминает, например, Плиний Старший. В городах они жили и в Средневековье. Например, в Мертоле (Португалия) в XIII веке на свалке обитали генеты – там нашли и кости, и следы их зубов на других останках. Это был мусульманский период, и поэтому у французов есть легенда, что именно арабы завезли генет в Европу, так как крестоносцы описывали меха этих животных и живых питомцев, которых они встречали в лагерях сарацинов. Если это было так, то мы можем говорить о второй волне приручения этих животных и распространении их в Европе вместе с арабскими завоеваниями. К XIV–XV веках генеты стали пушными животными, и их мех разных цветов вошел в моду, в том числе мех редкой генеты-альбиноса.
Попытки одомашнить генет, впрочем, продолжались и в позднем Средневековье. Тогда они появляются в письменных источниках, например в энциклопедии XIII века «De natura rerum» Фомы из Кантемпре. Он пишет, что генета – очень спокойное животное, но при этом дикое. Оно описывается рядом с большими кошками, медведями, рысями и змеями. Так что явно содержание генет не было массовым, тем более что в городах уже захватывали пространство кошки. А вот в каком-нибудь зверинце найти этого милого зверька было вполне реально [44].
Второй конкурент – близкий родственник F. s. lybica, камышовый кот (Felis chaus). Думаю, услышав это название, вы уже поняли, почему они не стали домашними, ведь о кровожадности камышовых кошек до сих пор ходят страшные байки. Действительно, доверять людям они совершенно не стремятся и прекрасно существуют в колючих кустарниках и болотных зарослях. Правда, в последние столетия они страдают от осушения болот и браконьеров. Для любителей экзотики в 1995 году была выведена порода хауси, полученная из скрещивания абиссинской кошки и камышовой. Эти котики общительные, но на ручках сидеть точно не будут. Египтяне, по-видимому, обучили камышовых кошек охотиться, не одомашнивая их, а также держали в зверинцах. И только среди таких охотников использовались сервалы (Leptailurus serval) и каракалы (Caracal caracal). Это был расцвет Египта – Новое царство, 3500 лет назад. В Древних Персии и Индии каракалов тоже обучали охотиться на птиц и газелей. Или для развлечения – в Индии каракала выпускали на арену с голубями и делали ставки, сколько птиц он поймает, так что фраза «поместить кошку среди голубей» родилась именно из таких развлечений [19].