Анна Гребенникова – Котики в мировой культуре (страница 20)
С изобретением фото и видео люди моментально приспособили это под кошек. В 70-е и 80-е годы XIX века делали фотографии с котами, которые сидят в корзинке, носят смешные шляпы и катаются на велосипедах. Они становятся символом женщины-хозяйки, чувствительного человека, милого ребенка, любящего шалости и игры.
Очаровательный кот-трикстер был создан Льюисом Кэрроллом в его «Алисе в стране чудес» (1865), а улыбка Чеширского кота вошла в лексикон, отделившись, как и в книге, от своего владельца. Надо сказать, что выражение появилось раньше персонажа и как раз означало эту загадочную улыбку, и точной версии его происхождения нет [47]. Скорее всего, Кэрролл использовал несколько источников, в том числе знаменитые чеширские молочные продукты и историю о коте-призраке, который сотни лет появлялся и растворялся около одной церкви. Не забывайте и очаровательную кошку Дину, которая живет с Алисой!
В живописи то же самое сделал Льюис Уэйн, изображавший антропоморфных котиков в повседневных ситуациях. Его можно считать одним из главных авторов вечных котят из детских книг и открыток, а вся опасность и грациозность кошачьего образа из его картин ушла. Эти милые котики не были похожи на лондонских уличных бродяг. Сам он, впрочем, кошек обожал и ставил одной из целей популяризовать это животное у себя в Британии [56]. Что он и сделал!
Фольклорных котиков, перекочевавших в русскую литературу, тоже можно найти. Например, знаменитый ученый кот А. С. Пушкина, взятый напрямую из сказок. Басня И. А. Крылова, где кот Васька слушает да ест, напротив, ушла в фольклор. В сказе П. П. Бажова «Серебряное копытце» (1938), созданном на основе уральского фольклора и вошедшего в сборник «Малахитовая шкатулка», есть такой персонаж, как Муренка, кошка-хранительница домашнего очага, которая явно связана с потусторонним миром – не просто так она исчезает после встречи Даренки с Серебряным копытцем [110].
В XIX веке черные кошки проникают в готические романы и триллеры. Достаточно вспомнить рассказ «Черный кот» Эдгара Аллана По, опубликованный в 1843 году. Главный герой, человек с алкогольной зависимостью, калечит своего любимого кота, запуская цепь трагических событий, а после пытается убить его. Кот Плутон выживает, приобретая белое пятно на груди и сводя этим своего хозяина с ума. Когда тот пытается убить кота в очередной раз, под топор попадает его жена. В развязке именно Плутон приводит к ее телу полицейских [47]. Настоящий фольклорный черный кот, мстящий своему обидчику!
Стереотипу, что кошки – сильные и независимые существа, мы во многом обязаны Редьярду Киплингу с его рассказом 1902 года «Кошка, которая гуляла сама по себе». В отличие от других животных, она остается независимой, заключив с человеком сделку, и приходит к нему только тогда, когда хочет.
Мир довольно поздно увидел созданного в 30-е годы XX века кота Бегемота из «Мастера и Маргариты», но его имя оказалось настолько удачным, что он подарил не только кличку сотням черных кошек, но и крылатые фразы, которые мы используем и сейчас. Отчасти образ кота-оборотня списан с кота Мурра, которого мы упоминали выше. У самого М. Булгакова, к слову, тоже была кошка – ее звали Мука.
Кошки проникают и в детский фольклор, как в виде считалок, так и в виде характерных для более старшего возраста жестоких стихов. Возможно, это отголоски столетий мучений кошек на праздниках. Кошки становятся антропоморфными, у них появляются отношения «мать – ребенок», котята шкодят и получаю дидактическую мораль. В начале XX века они становятся героями многочисленных рассказов и произведений, от «Сказки о котенке Томе» Беатрикс Поттер (1907) до «Томасины» (1957) Пола Гэллико и «Петсона и Финдуса» (1984) Свена Нурдквиста. Образ кота как проводника между мирами используется в книгах Ллойда Александра и Дианы Уинн Джонс. «Кот времени» (1963) Александра основан на представлении о девяти жизнях кота. Черный кот Гарет берет с собой мальчика Джейсона в девять исторических периодов. По сути, это история кошек для детей [47].
То, как «взрослеет» детская литература, можно видеть и по этим книгам, которые постепенно переходят от дидактических историй к сложным вопросам о дружбе, смерти и прощении, а серия о котах-воителях Эрин У. Хантер заменила «Игру престолов» уже не одному поколению детей. Без кошек не обошлись и популярные франшизы вроде Гарри Поттера, где у зловредного Филча, несмотря на отсутствие у него способностей к магии, есть кошка-фамильяр миссис Норрис, у Гермионы также фамильяром стал рыжий кот, а Минерва Макгонагалл, как положено настоящей ведьме, превращается в кошку.
Не обошел стороной кошек даже Джеймс Джойс, автор «Улисса». В 1936 году он написал единственную детскую книгу «Кот и дьявол», которая переворачивает миф о Фаусте так же, как его «Улисс» играет с «Одиссеей». Дьявол пытается забрать душу первого, кто пересечет мост, и этим первым оказывается кошка, у которой нет души. Так дьявол оказывается обманутым. Для взрослых Джойс опубликовал уже «Копенгагенских котов» (1936).
Во второй половине XIX – начале XX века рассказы о животных стали трогательными. Чего стоит «Ю-ю» (1927) А. Куприна, где не только описаны мельчайшие подробности повседневной жизни кошки, но и нет трагических событий. Эрнест Сетон-Томпсон, напротив, брал читателя за сердце в «Трущобной кошке» (1905), где несчастная кошка без имени терпит все ужасы уличной жизни, и как только она обретает хоть какую-то надежду на будущее, читатель начинает тревожиться и ерзать на стуле.
Кошки в конце XX – начале XXI века фигурировали и в произведениях о Второй мировой войне и Холокосте. Выходивший с 1972 года графический роман «Маус» Арта Шпигельмана, который получил в 1992 году Пулитцеровскую премию и, вместе с работами Алана Мура, перевернул наше представление о комиксах, выводит евреев в облике мышей, а нацистов – в виде кошек, метафорично изображая их существами, облеченными властью, как на средневековых иллюстрациях, где мышь оказывается жертвой огромного страшного кота. Напротив, в «Последнем черном коте» (2001) Юджина Тривизаса уже кошек истребляют из-за их цвета. Сначала черных, потом серых и так далее…
Это только несколько тенденций, которые можно было видеть в литературе. Кошки стали героинями реалистичных и тяжелых произведений, прочно поселились в детской литературе, приобрели новые и сохранили старые символические смыслы и остались нашими любимыми трикстерами. Если вы знаете какие-то еще упоминания кошек в искусстве (а вы точно знаете!), не забудьте написать об этом автору книги.
XX век – время бума кошачьих пород. Сейчас их число перевалило за 40. Да, кажется, что это немного, и внешне породы кошек не различаются между собой так же сильно, как собаки. В XX веке появлялись и кошки-звезды – как корабельные коты, пережившие Первую и Вторую мировую войны, коты-спасители городов. Один из самых известных эпизодов – кошки, которых завезли в освобожденный от блокады Ленинград.
Первое видео с котиками датируется аж 1894 годом – это «Боксирующие коты». Да, видео сразу же было использовано по прямому назначению – показывать смешные ролики с пушистиками. Можете посмотреть – оно выложено в открытый доступ.
Сложные отношения кошек и церкви, которые сильно испортили муркам репутацию, тоже постепенно начали меняться – совсем недавно, в 1980-х годах, у кошек появилась своя святая покровительница. Гертруда Нивельская, жившая в VII веке, почитается как в католичестве, так и в православии, и с XV века она стала защитницей людей от крыс и мышей. Тогда, конечно, никто бы не назначил ее патроном дьявольского животного и, как мы видим, «реабилитация» кошек сильно затянулась. Ряд крупных музеев, в первую очередь Метрополитен-музей, с 1980-х годов упоминает ее как святую, связанную с кошками [117].
Книги, фотографии, а затем и кино сделали кошек стереотипными жителями обеспеченного дома. Кроме того, борьба за гуманное отношение к животным развернулась в том числе вокруг кошек и собак, благодаря чему мы сейчас с трепетом смотрим на них.
Переломный момент в популярности котов, настоящее их торжество – это распространение интернета. Без него они не захватили бы весь мир, так что можно без преувеличения сказать, что «интернет – это коты». Мы научились читать язык тела кошек, стали к ним более внимательными, привязались к ним и внезапно обнаружили, что кошки могут делать то же самое в ответ.
Может быть, вам не хватило историй о котах и кошках в живописи и о XX веке. Здесь две проблемы (вступает голос автора). Во-первых, я не искусствовед, поэтому на будущее найду такого же сумасшедшего кошатника в этой области, и вместе мы напишем большую книгу о кошках в искусстве.
В интернете иногда вирусятся самые неожиданные кошки, не только LolCat, Nyan-cat, Grumpy Cat и современная звезда, кот Степан. Можно вспомнить тренд 2015 года о том, что кошки жутко боятся огурцов[9], или «фотожабы» с котами на известных картинах или в кадрах фильмов и сериалов. Для пользователей интернета кошки сочетают в себе несочетаемое, они те, о ком мы можем сказать – «ну, это я», но в то же время они достаточно от нас отличаются.
Благодаря своей спутнице неожиданно прославился ученый Юрий Кнорозов, расшифровавший письменность майя. Фотография, где он держит кошку Аспид, распространилась по русскоязычному интернету. Пока создавалась эта книга, тот же сегмент внимательно следил за судьбой кота Крошика, который худел с 17 кг[10].