Анна Гращенко – НИИ ядерной магии. Том 3 (страница 96)

– Тогда её чуть позже. Аметиста Аметистовича тоже надо бы перевести в безопасное место…

– Так Аметист же силён как бык, – возразила Тётушка Негомила, но потом взглянула на мужчину и покачала головой: – Ладно, сейчас это не про него, ты прав, мой милый.

Фима тронула Тётушку за локоть:

– Всё так, но мы никого из них так просто сейчас отсюда не утащим, включая Бажена. Так что уведи пока тех, кого можно.

Тётушка обняла её и заверила, что всё сделает как договорились. Однако задача оказалась сложнее – Роман отказался наотрез, сказав, что должен быть здесь, иначе «всем каюк, как вы не понимаете?». Тётушка фыркнула, сказала ему пару жёстких слов и направилась к Ольге, но и та идти к переходу не захотела. Только вот она не противилась, не возмущалась. Когда Тётушке Негомиле надоело, что девушка никак не реагирует на её слова, она взяла ту за предплечье и хотела потянуть в нужном направлении, но Ольга покачнулась и запалилась на бок.

Глава 31

Первым на помощь подоспел Роман, он опустился рядом с подругой на колени и проверил её пульс и дыхание. Всё будто бы было в норме, но он не мог сказать об этом с уверенностью.

– Аметистыч! – окликнул он. – Тут нужна твоя помощь!

Аметист Аметистович отреагировал не сразу, Роману пришлось звать его ещё дважды. Было видно, с каким трудом он встал на ноги и заставил себя отойти от близких.

– Что произошло? – спросил он хрипло, задержав руку на шее Ольги. – Пульс очень слабый.

Тётушка Негомила быстро обрисовала случившееся, и это никак не прояснило картину для Аметиста Аметистовича.

– Зрачки на свет не реагируют, – констатировал он, проведя простой тест со слабым огоньком, который загорелся на кончике его пальца. – Её нужно увозить отсюда немедленно.

Тётушка Негомила произнесла заклинание – и Ольгу так же как и чету Каракулиных подхватила дымка, которая неспешно понесла девушку в сторону прохода. Это привлекло внимание Красибора. Он крикнул, не отходя от брата и родителей:

– Что случилось?!

Все, кто был рядом с Ольгой, либо пожали плечами, либо помотали головами, давая понять, что ответа у них нет. Красибор, покачиваясь, направился к ним. Каждый шаг давался с трудом, сердце глухо билось о грудную клетку, будто хотело вырваться и вернуться туда, где он должен был быть – к семье. Но Ольга с Романом за столько лет тоже стали частью его семьи, и потому игнорировать происходящее он не мог. Заклинание перемещало её медленно, так что Красибор успел поравняться с ней и взять за руку.

– На ней нет никаких травм, – сказал он через пару секунд. – Я проверил.

– Мы все тоже проверили, зятёк, – ответила Тётушка Негомила, почти скрыв сарказм в голосе. – Ясно только что ей на этой вашей вакханалии делать нечего.

Вмешалась Фима:

– Почему не срабатывает амулет?

Жанна и Аметист Аметистович переглянулись, лица обоих выражали крайнее изумление.

– И правда, – сказала девушка. – Фима, твой браслет практически вытащил Ромчика с того света! Разве у Оли не такой же?

– Такой, – подтвердила Фима. – Все обереги почти одинаковые. Твой же сработал? – она обратилась к Роману. – Что случилось?

– Я упал, очнулся, гипс. То есть, очнулся – браслет сломался.

– Всё верно, – задумчиво отозвалась Фима. – Обереги должны срабатывать, когда что-то угрожает жизни, на мелкие неурядицы не реагировать. Может, она переутомилась?

Роман ответил резко:

– Фима, вот ты иногда умная, а иногда ощущение, что в НИИ по блату пробралась.

– Спасибо хоть не через постель, – огрызнулась та.

– Не сочти за оскорбление, что про постель не подумал. Подумай сама: разве похоже, что Оля просто переутомилась, бесы тебя дери?

Будто какой-то внутренний барьер дал трещину, и Фима с Романом продолжили препираться, отбиваясь от попыток окружающих примирить их, как от назойливой мошкары. За шумом перебранки и по-прежнему бушующей магии, никто не услышал тихие слова Милицы.

– Нет, – проговорила она, с ужасом глядя на Ольгу, которая уже практически добралась до перехода. – Не может быть… Тварь! – завопила в полный голос, глядя на Фиму. – Обманула!

Ругань между Фимой и Романом вмиг прекратилась, оба они в растерянности посмотрели на ведьму.

– Ты обманула меня! – вопила Милица, прижимая к груди сына. Океан, казалось, задремал на её руках и даже не дёрнулся. – Иначе не сработало бы заклинание!

Роман, первым поняв что к чему, грозно шагнул навстречу:

– Так это ты?..

– Жизнь за жизнь, – выплюнула ведьма. – Я предупреждала. Обманешь – будешь платить.

– О чём вы? – нахмурилась Фима. – Наш уговор был в том, что я постараюсь сделать что смогу. Я не обещала вам ничего конкретного.

– А ты сделала всё, что могла? – губы женщины растянулись в кривом оскале.

Фима дрогнула. Она с надеждой посмотрела на Красибора, но тот не нашёлся что сказать. Он очень хотел защитить её перед матерью, сказать, что Фима сделала всё правильно, но не мог заставить себя, потому что сам в эти слова не верил. Он посмотрел на неё с нескрываемой болью и спросил:

– Ты действительно не можешь помочь? Уверена?

– Крас, так нельзя…

– Прекрасно знаешь, что можно. Иначе тебя бы здесь не было.

Внезапно перед лицом девушки выросла широкая спина Александра:

– Следи за тем, что говоришь, – потребовал он. – Уверен, ты отдаёшь себе отчёт в том, что она права. Мы все здесь кого-то теряли.

– И ты не хотел бы это изменить, если бы мог?

– Конечно хотел бы, но не той ценой, что последует. Вам и так дали больше, чем кому-либо другому – вы можете попрощаться с ним по-настоящему, но ты стоишь тут и требуешь невозможного вместо того, чтобы использовать самую, бесы тебя дери, потрясающую возможность!

Фима буквально физически чувствовала, как разбивается сердце Красибора. Она понимала, что отнимать брата у него во второй раз будет бесчеловечно, но и не сделать этого не могла. Вышла из-за спины Александра и, глубоко вздохнув, сказала:

– Крас, я не могу, извини.

Она не стала уходить в объяснения и перечислять миллион причин, почему это опасно, нечестно и несправедливо. Это всё сожрало бы драгоценное время и не принесло бы никакого облегчения. Потому она лишь добавила:

– Совсем скоро заря, у вас ещё несколько минут. Попробуй узнать у мамы, что за заклинание она наложила на Олю. Я надеюсь, что мой оберег сдержит его, но не думаю, что спасёт.

Красибор кивнул, но подошёл не к семье, а к Фиме. Девушка сжала предплечье Александра в успокаивающем жесте и сделала шаг в сторону, чтобы они с Красибором оказались друг напротив друга, без практически непреодолимой преграды в виде рослого блондина. Пересиливая мелкую дрожь, которая нанизывала на себя звуки из его рта как бусины на леску, Красибор сказал:

– Но он же здесь, Фима. Я обнимал его, трогал вот этими руками! – он выставил перед собой заходящиеся в тряске ладони. – Он настоящий, дышит, у него бьётся сердце! Я чувствовал это! Проверил его пульс!

– Это иллюзия, – Фима едва сдерживала слёзы. – И она угасает. Посмотри сам.

Красибор резко обернулся, и колени подвели его: ноги окунулись в такую слабость, что он едва не рухнул наземь. Фима с Александром успели его подхватить, что дало Красибору несколько секунд, чтобы восстановить равновесие. Но сам он ничего из этого не замечал, всё его внимание сконцентрировалось на маленьком мальчике, который мирно спал в объятиях матери, а на руках его уже начали проявляться ожоги. Пока совсем слабые и почти незаметные, но постепенно они наливались и набирали цвет. Отсчёт пошёл, и Красибор наконец-то понял это.

– Мне жаль, – просипела Фима и всхлипнула. – Мне правда очень жаль.

Красибор не ответил. Он не верил в её слова, и чертовски хотел схватить её за шкирку и заставить сделать всё как надо. Вынудить вернуть брата насовсем, а не на глупые несколько минут. Он хотел этого так сильно, что семиглавая гидра ощетинилась, подняв гребни, и была готова атаковать.

Но разум в этот раз победил. Он твердил, что если Красибор потратит последние минуты воссоединения таким образом, то не простит себе упущенной возможности. Зная Фиму достаточно хорошо, нетрудно было догадаться, что она не сломается так скоро, раз не сломалась до сих пор. Чувствуя настроение магии и ожидавшей за границей купола Хытр, он не сомневался, что никто из них его не поддержит. И, наконец, он знал, что если бы был шанс поменяться с младшим братом местами, он точно не хотел бы, чтобы ценой его возвращения были жизни близких людей. Иллюзий о том, какой именно была бы плата за такое колдовство, он не питал. А потому на негнущихся ногах двинулся к родителям и снова уходившему от них брату.

– Мама, – глухо сказал он, опустившись рядом с ними на колени и погладив брата по мягким волосам, – какое заклинание ты наложила?

– Не сниму, – прошипела она в ответ.

– Расскажи, пожалуйста.

– Жизнь за жизнь, обман за обман!

Милица принялась покачиваться взад и вперёд, вжимая мальчика в себя, глаза её лихорадочно заблестели, но Красибор продолжал говорить с ней мягко.

– Мама, Оля ни в чём не виновата. Хочешь мести – наказывай меня.

Милица вдруг замерла и перевела на Красибора безумный взгляд.

– Нет. Ты не виноват.

– И Оля тоже.