Анна Гращенко – НИИ ядерной магии. Том 3 (страница 40)

– И всё же, – она замялась, понимая, что так-то оно так, но сцена с оберегом всё равно показалась ей чересчур грубой.

– Ох, кошка-кошка, – кузнец шумно вздохнул и посмотрел на неё устало.

Фима вдруг поняла, что кузнец был довольно вымотан. В то время как Красибор выглядел бодрым и свежим. Она и не думала, что у Бати Каракулина уйдёт так много сил для этого противостояния, ведь человека сильнее него не встречала в принципе. Всегда казалось, что ему всё ни по чём.

– Так надо? – спросила она печально.

– Да.

Они молчали, и лишь борода кузнеца то поправляла солонку с перечницей, то перемешивала еду в тарелке. Наконец, кузнец сказал:

– Когда он научится контролировать своего магического зверя безукоризненно и строго, я первый поклонюсь ему в ноги, покуда не мне тягаться с ним в силе, которую он и на десятую часть не раскрыл ещё.

Фима поперхнулась от услышанного:

– Десятую часть?!

Батя Каракулин кивнул и продолжил, глядя на неё сурово:

– Как истинный сын магии, он имеет безграничный потенциал. И только исключительное и сильное самообладание поможет ему не натворить дел, кошка. Возможно, есть способы лучше и люди для этого более подходящие. Но вы, дети, свалили его на мою седую голову. Так что не вздумай ныть.

Он презрительно наморщил нос и фыркнул, но смягчился, когда Фима накрыла его сухую морщинистую руку своей.

– Спасибо вам, Батенька Каракулин, – сказала она и ободряюще улыбнулась.

Кузнец ничего не ответил, но повторил её жест и свободной рукой на несколько секунд сжал её запястье. После этого через край тарелки закинул в рот оставшиеся пельмени и, пережёвывая их, будто огромных хомяк, пошёл вон из кухни.

– Ох, Батя Каракулин, а можно взять у вас немного мелиссы?

Старик обернулся в дверях:

– Время?

– Угу.

– В серванте возьми, там же пестик с чашей. Не переусердствуй только, духи этого не любят.

Сказав это, он покинул комнату, и Фима осталась одна.

Девушка действительно обнаружила на полке ароматный пучок мелиссы и, взяв всё необходимое, вернулась за стол. Закинув в рот пельмешек, она принялась её растирать в пыль. Вскоре воздух вокруг неё стал более густым, и она физически ощутила, что время замедлило свой ход. Фима взглянула на часы: без трёх минут полночь.

«Что ж, с мелиссой минут десять», – прикинула она и раскрыла блокнот на чистом развороте. Замедлить время ещё больше она не смогла бы – воздух и так стал таким вязким, что дышать было сложно. Ещё немного – и она просто не сможет дышать.

Она знала, что и без этой хитрости у неё была бы фора по времени. Обычно люди уходили на свой Ритуал не прямо в полночь, а в течение ночи. Но ей всё равно было спокойней от того, что она успевала закончить всё до того, как один день сменит другой.

Фима сосредоточилась на том, что писала. На её глазах разрозненные слова соединялись воедино, цепляясь друг за друга будто детали пазла или вагоны очень длинного старого поезда. Когда место на левой странице закончилось, а вместе с ним и текст, который она хотела запечатлеть, девушка взглянула на вторую страницу. В тёплом электрическом свете ей показалось, что под определённым углом можно было разглядеть рисунок, которого на самом деле там ещё не было. Она имела в голове представление о том, какие знаки, символы и конструкции понадобятся для её колдовства. Но полагаться на память, к сожалению, больше не могла. Потому она методично переносила схемы на бумагу, стараясь отразить даже самые мелкие и незначительные детали.

Завершив рисунок, она ещё раз взглянула на него критическим взглядом – вроде бы всё было в порядке. Тогда девушка вновь открыла фотографию от Милицы и ещё раз пробежалась глазами по несуразному, болезненному тексту. Сравнила с тем, что выписала, и удовлетворённо кивнула самой себе.

В мгновение, когда она захлопнула блокнот, в темноте ночи вспыхнул яркий луч света. Фима вздрогнула и выглянула из окна: прямо из лесной чащи в небо тянулся чертовски высокий столб огня. Он жадно облизывал небосвод, будто в поисках лазейки, через которую сможет проникнуть в космос и спалить всю вселенную разом. Сработал будильник на телефоне: наступила полночь.

– Пора, – выдохнула Фима и встала из-за стола.

Глава 16

Александр балансировал на метле, которая хоть и трещала от порывов ветра, но всё же стойко ему противостояла. Он отчётливо видел в небе три огонька: голубой, фиолетовый и ярко-рыжий. Два последних находились совсем близко, и Александр предположил, что Роман с Жанной находятся вместе. Почему они были, судя по всему, посреди леса на острове Русский – уже другой вопрос. В любом случае он решил начать с Ольги – до неё было меньше двадцати минут лёту. Не самых лёгких.

Сложностей было сразу несколько: ледяной ветер пробирал до костей, левая рука ощутимо болела после недавнего укуса Лиса, и на излечение магии, к сожалению, не хватило; эта же рука держала свёртки, что отдала ему Фима, а потому балансировать на метле нужно было, держась лишь одной рукой. Учитывая погоду, это было сложно, но вполне выполнимо. А вишенкой на торте была головная боль. Она началась ещё несколько дней назад, но была несильной и то пропадала, то разгоралась вновь. За последний час же она набрала такие обороты, что игнорировать более не получалось, и даже лекарство, которое Александр для себя заранее сделал, уже не справлялось.

Он вгляделся в землю под ним, надеясь заметить Лиса. Но сопки и редкие строения на них были тихими и тёмными, без какого-либо признака магического зверя. Александр разочарованно поджал губы и наморщил лоб, когда новый импульс боли прошиб его мозг насквозь, с силой ударившись в черепную коробку. Он инстинктивно схватился правой рукой за голову и чуть не потерял равновесие. Благо, метла знала его чуть ли не лучше его самого, и в момент, когда он перестал держаться за древко, самостоятельно замедлила ход.

– Совсем тебе худо, хе-хе?

Александр вздрогнул и, опомнившись, ухватился за древко. К его неожиданности, Лиса высматривать нужно было не на земле, а на небе – зверь преспокойно парил среди воздушных потоков рядом с ним.

– Ты и летать умеешь, рыжий?

– А то ж, отчего бы не полетать, вот летаю, хе-хе.

Лис демонстративно перевернулся на спину и, вильнув хвостом, вальяжно проскользил по небу, будто на самом деле плавал сейчас на водном матрасе посреди спокойного моря. Хотелось дорисовать ему коктейль с зонтиком в одну лапу и мисочку с печёночным печеньем – в другую.

– Должен был догадаться, – хмыкнул Александр и снова зажмурился от приступа головной боли.

– Ну ладно, хватит лирики, давай уже излечу тебя своим волшебным кусем, хе-хе.

Лис широко раскрыл пасть, демонстрируя острые зубы, и примерился к правому плечу Александра, Тот в последний момент успел вильнуть в сторону, и челюсти хищника щёлкнули, не добравшись до добычи.

– Ты что, я же с метлы упаду, – Александр посмотрел на него со скепсисом.

– Какой ты всё же неженка, – фыркнул Лис. – Ну давай, открываю стол заказов, куда тебя укусить? С булками разобрались – ты против. Шею? Пятку?

– Да, давай ногу, пониже колена.

Он зажмурился в момент, когда тонкие зубы пронзили кожу и плоть. Дёрнулся всем телом от боли, но равновесие удержал. Через пару секунд боль отступила, бессильная перед блаженным ощущением бегущей по венам магии. Даже без всяких заклинаний Александр начал чувствовать себя лучше – боль казалась не такой острой, усталость не такой сильной, а в голове прояснилось. Лис провисел на его ноге несколько секунд, чтобы убедиться, что передал другу достаточно сил. Они договорились ограничиваться небольшими порциями, пока не станет понятно, как именно такое накачивание магией влияет на тело Александра. К тому же, условия его Ритуала должны будут быть выполненными с минуты на минуту, и вполне возможно, что кусаться вообще больше не будет нужды. Лиса это, конечно, расстраивало, ведь кусаться он очень любил.

– Дублия животь, – выдохнул Александр, коротко касаясь ран.

Теперь, поддерживаемый магией, он без труда держался на метле без рук и, казалось, мог бы дёрнуть древко метлы вниз под нужным углом, сделать сальто назад и приземлиться ровнёхонько на метлу. Проверять он этого не стал – годы не те. Но ощущение было пьяняще великолепным. Оба укуса подзатянулись, однако, подтвердилась неприятная деталь их с Лисом сотрудничества.

– Не заживает, – констатировал Александр.

Он плотно сжал губы и, держа свёртки под мышкой, рассматривал следы зубов на левом запястье.

– Что ж, надо быть аккуратнее, хе-хе. Слышал анекдот про нюанс?

– Слышал, Василий Иванович. Ты же мне его и рассказывал сто раз.

– Так вот есть нюанс, хе-хе. А я уж усы навострил, думал, магичить нам неперемагичить!

– Думаю, со временем всё заживёт, но само по себе, без магии. Видимо, это цена в обмен на силу. Что ж, – он вздохнул и вновь затянул руку уже не особо свежим бинтом, – я готов её платить.

– Ну ты и маньяк, – ухмыльнулся Лис. – Всегда мне нравился, хе-хе!

Александр ответил ему смешком. Они переглянулись, как два заговорщика, и Лис с нежностью ткнулся другу в плечо.

– Кстати, о нюансах, – Александр закрыл глаза, вспоминая детали заклинания и, когда решил, что готов, сделал несколько пасов здоровой рукой и произнёс, коснувшись родинки на скуле: – Овый.