Анна Гор – Подземные воды (страница 3)

Его взгляд стал отстранённым, как будто он снова переживал тот момент.

– Я бросился домой в безумии, выжимая педаль газа до отказа. Последнее, что она произнесла, умирая у меня на руках: “Спаси меня, я не хочу с тобой расставаться”.

Алексей замолчал, его голос дрогнул.

– Я рыдал, кидался на стены, но разве это хоть как-то помогало? Это не могло облегчить боль. Вечное горе превратило моё сердце в гранитный камень, такую себе надгробную плиту скорби.

Он глубоко вздохнул, сжимая руки, словно пытаясь удержать себя в настоящем.

– Шли годы. Я находил утешение только в работе. Внешне я выглядел вполне даже нечего, и нравился женщинам. У меня были непродолжительные связи, но ни одна из них так и не смогла меня тронуть.

Алексей нахмурился, делая небольшой глоток коньяка.

– Командировки за границу обязывали меня иметь статус женатого человека, и в сорок я женился на спокойной и покладистой женщине. У нас родилась дочь.

Он усмехнулся, но в его улыбке читалась горечь.

– И вот итог. В одиночестве я чувствую себя менее одиноким.

Алексей провёл рукой по подлокотнику кресла, словно это помогало ему сосредоточиться.

– В какой-то момент я устал изображать не принадлежащую мне роль и перебрался в это скромное жилище. Я посвятил себя исследованиям, фанатичной, многочасовой работе. Только это помогало мне чувствовать хоть какой-то смысл жизни.

Он замолчал, оставив слова висеть в воздухе, пропитанные болью и горечью, которые не могли ускользнуть от Арины.

– Когда сегодня ты стояла там у камина, мне показалось, что я, в конечном счёте, сошёл с ума, – сказал Алексей, его голос звучал тихо, но проникновенно.

Он раскрыл перед Ариной альбом и перевернул несколько страниц, пока не остановился на фотографии.

– Между тобой и Мариной есть сходство, – продолжил он, не поднимая взгляда. – Ты меня извини, возможно, тебе это не приятно.

Он вздохнул, его руки чуть дрогнули, пока он держал альбом.

– Просто за очень долгое время я вдруг почувствовал, что снова дышу, увидев черты, которые так близки моему сердцу. Впервые за сорок три года я произнёс её имя вслух…

Он закрыл альбом и посмотрел на неё с благодарностью.

– Спасибо, что дала возможность выговориться. Ты навещай меня, если это не будет тебе в тягость. Мне будет очень приятно, – сказал он, его голос снова стал более ровным.

Алексей допил остаток коньяка и аккуратно поставил рюмку на стол.

– Единственное… прошу, сохрани моё откровение в тайне. Об этом незачем никому знать.

Он чуть улыбнулся, но в глазах всё ещё была печаль.

– А сейчас иди. Никита, наверное, уже заждался.

Арина встала с кресла:

–Что же, спокойной вам ночи.

Алексей слегка качнул головой, с лёгкой усмешкой ответив:

– Я ночи провожу в лаборатории, чтобы не мучаться бессонницей. Безжалостная шутка природы – это запрограммированная в нас старость. Я каждый раз вступаю с ней в схватку, работая над мотивационной сферой. Когда желания иссякнут, наступит окончательный распад.

– Вы в вашем возрасте достаточно крепкий, так что хочу отметить: вы умеете неплохо бороться.

–А когда ты поняла, что любишь Никиту? – неожиданно спросил Алексей, видя, как Арина направилась к двери. – В первые минуты встречи? В момент интимной близости? Или после первой ссоры?

Арина резко обернулась.

– Да что это с вами? – произнесла она, слегка повышая голос. – Вы задаёте такие личные вопросы… Или, поделившись своей сокровенной историей, вы решили, что имеете полное право на встречную исповедь?

В его глаза мелькнула ирония.

– Да ладно… Что я такого личного спросил? Может, на самом деле тебе просто нечего рассказать.

Её глаза сверкнули, но нет от тепла.

– Не думала, что мнение о человеке может поменяться так быстро!

– Тут я с тобой согласен. Тебе не хватает артистизма.

Последние слова уже были брошены ей вслед, когда она резко захлопнула дверь. Вслед за этим раздался отчётливый звук её быстро исчезающих шагов на улице, растворяющийся в холодной ночной тишине.

– Ты чего такая напряжённая? – неожиданно из темноты раздался голос Никиты. Игра в лото закончилась, и он ожидал её, сидя на крыльце.

– Неудобно было перебивать рассказ пожилого человека. Так что пришлось дослушать до конца. Я смотрю, уже все разошлись. Идём и мы спать.

– И что же, он тебе такого рассказывал? – спросил Никита. – Обычно он необщителен, а в свой флигель так вообще никого не пускает.

– Я как-то не подумала, что этим мне была оказана высокая честь.

– Чего ты кипятишься?

– Никита, ну, что он мог такого рассказывать…, вспомнил какие-то истории из прошлого. А где зарыт клад, не поведал. Может, завтра расскажет.

– Какой клад? Ты сейчас о чём?

– Я пошутила! А чего ты стал таким серьёзным?

– От него всего можно ожидать. Очень даже может быть, что что-то он где-то и припрятал.

Арина удивлённо посмотрела на него, не понимая, шутит он или говорит серьёзно.

Наступивший день выдался тёплым и солнечным. После обеда Никита пообещал покатать Арину на лодке, но время, казалось, двигалось так медленно, что ей казалось этот момент не наступит никогда. Пока Никита помогал по хозяйству, размахивая молотком, Арина решила отдохнуть. Она забралась в гамак, устроенный в тенистой части сада, и, прихватив с собой книжку, улеглась поудобнее.

Задремав после первой страницы, сквозь лёгкую дремоту она вдруг почувствовала что-то, напоминающее щекотание. Улыбнувшись, не желая просыпаться, она лениво провела рукой в воздухе, словно котёнок, который играет, попыталась от чего-то отмахнуться. Её пальцы наткнулись на веточку дерева, трепещущую мелкими листочками под лёгким ветерком. Она потянулась сладко, разом размягчив всё тело, и открыла глаза.

На неё смотрело лицо в маске самурая. От неожиданности Арина вскрикнула, но, заметив старые руки, держащие маску на палке, быстро взяла себя в руки.

– Мне это неприятно, не знаю вашего отчества! Прекратите мне докучать вашим преследованиями! Иначе мне придётся сказать Никите, что у его дедушки мания.

–Ты что, подумала, что меня накрыло волной старческой влюблённости к тебе?! Нет, babe, ты ошиблась.

Он прислонил маску к дереву, как будто она могла стать свидетелем их разговора.

– Знаешь, людей в возрасте от семидесяти и выше часто спрашивают, о чём они больше всего жалеют в конце жизни. Так вот, многие сожалеют, что отдали большую часть жизни не любимой работе или не успели посмотреть мир. Но знаешь, о чём они жалеют по-настоящему? Что им не хватило смелости жить так, как им хотелось.

Я задал тебе вопрос не чтобы тебя задеть или оскорбить, а чтобы ты задумалась. С годами многое становиться яснее, увы, только через стёкла очков. Ладно, не хочу на этом сейчас заострять внимание. Я пришел поделиться радостным известием: благодаря тебе мне вчера ночью пришла в голову гениальная идея.

Хочу проверить её на практике. Можешь мне помочь в одном эксперименте? Мне нужен ассистент.

– Зачем вы пытаетесь внести зёрна сомнения в мои чувства к Никите?! Вы полагаете, что мы не подходим друг другу? Что он по знакомству устроил меня на работу? Что он ценный сотрудник центра, а я, мол, пробилась к нему под крылышко по блату, такая вот бездарность, которых много? Так вот, хочу вам сказать – вы ошибаетесь! И я докажу всем, что у меня не просто способности, а умение в руках, которое будет востребовано и оценено!

– Я в этом даже не сомневаюсь, – спокойно ответил Алексей, внимательно глядя на Арину.

– Тогда что? – настороженно спросила она.

– Ты будешь мне ассистировать?

– И в чём конкретно будет заключаться моя помощь?

– Зайди с Никитой ко мне после обеда, и я всё расскажу. Только ему заранее ничего не говори. Просто скажи: дедушка позвал, зачем для чего… прийдём – узнаем…

– Все ваши затеи вызывают у меня недоверие.

– Уверяю, тебе понравиться. Ты примешь участие в невероятном эксперименте уровня Нобелевской премии.