Анна Георгиева – Вы никуда не поедете! (страница 8)
− Ты видишь кровавые слёзы на моём лице? Собери их! И отнеси в пруд! Больше ни о чём тебя не прошу. Если ты нашёл меня и увидел, значит надо мной смилостивился Господь!
Порывшись в карманах, я нашёл пузырёк с остатками таблеток валерианки, которые принимал иногда от нервов. Остатки медикаментов я ссыпал в карман, а пузырёк протянул архитектору. Запнувшись о корень, которыми были обмотаны его ноги, я неловко опёрся на стену и порезался об кирпич…
− Вот и всё. Иди, – печально произнёс Архитектор.
Из ладони моей сочилась кровь. Я взял пузырёк и уже не мог понять, моя ли кровь накапала туда или же это кровавые слёзы Архитектора? Да, и была ли эта встреча? Может, морок от метана или радона? Что там скапливается в пещерах? Углекислый газ?
Выйдя на знакомую тропинку, я продышался, вытер руку. Кровь никак не останавливалась. Пришлось оторвать низ рубашки и перевязать руку…
Пруд я нашёл без труда. Присел на берегу. Я ощущал себя обессиленным и опустошённым. (Не забыть обработать рану, чтобы не было заражения). Не заметил, как задремал. Когда очнулся, уже вечерело… Рядом со мной сидела девушка с васильковыми печальными глазами и бледным лицом, поверх её головы и плеч – прозрачная воздушная накидка. Она не двигалась и не отводила от меня свои волшебные глаза… И я утонул в этих глазах!
Механически протянул измазанный кровью пузырёк из-под валерианки: «Это Вам!»
Дурак! Девушкам цветы дарят, а не пузырьки с кровью! Но она не смутилась, не рассердилась, не усмехнулась, лишь продолжала неподвижно сидеть и смотреть мне в самую душу. В глубине васильковых глаз плескалась неизбывная печаль… Догадка осенила меня! Это девушка с картины «Портрет неизвестной. Автор неизвестен», это дочь Архитектора!
Я готов был сидеть так бесконечно. Лёгкий туман опустился на пруд, девушка казалась сотканной из этого тумана… Я вздрогнул! Неожиданный хруст веток нарушил очарование тишины, из зарослей вывалился охранник:
− Нарушаете! Мы уже два часа, как закрыты! Посетителя не досчитались, меня послали по кустам везде лазить! А он тут у прудика дремлет! Пьяный что ли? Или плохо тебе? Олух царя небесного!
− Ах, оставьте! Я не пьян и не болен. Я ещё чуть-чуть здесь посижу, позвольте?
− Ну, точно олух очарованный! Завтра придёшь заседать. А сейчас изволь – на выход! – сурово приказал охранник.
− Я только попрощаюсь…
− С кем? Со мной? Так я уж тебя до ворот доведу. Поднимайся!
Я обернулся. Девушки, конечно, уже не было. Размахнувшись, я ловко закинул пузырёк подальше в пруд. Охранник грозно заворчал, и я поплёлся за ним.
Я безумно влюблён! В дочь Архитектора! Эти записки я оставлю, как доказательство подлинности произошедшего. Как раньше, я уже жить не смогу. Утром я снова пойду в усадьбу, к пруду, к ней! У неё не только моя кровь, но и моя душа! Я иду к тебе навсегда, дочь Архитектора!»
***
Я потрясён информацией, которую мне удалось расшифровать. Конечно, как следователь я не должен верить всему. Но как же правдиво и волнительно писал студент! Завтра я иду в катакомбы под усадьбой и обязательно – к пруду. На службе доложу потом, пойду один. Не хочу никого пока посвящать в это. А вдруг и я увижу васильковые глаза дочери Архитектора!»
***
На этом обрывается и записка моего пропавшего сослуживца… А ведь он прав! Что интересного, просто принести и сдать эти вещдоки… Решено! Завтра я один отправляюсь в усадьбу. Я чувствую, что обязательно расследую истинную причину этих исчезновений».
О, Екатеринбург, чудо земли Российской! Как необыкновенно было стоять босиком одной ногой в Европе, другой – в Азии, а потом вышагивать для фото по узенькой полоске границы целого континента. Там же встретили много атмосферных местечек и памятников, символизирующих дружбу между народами.
Район Екатеринбурга Уктус – место силы! Мы бродили по горам, по уснувшей на лето канатной дороге для горнолыжников. Нашли капище с загадочными резными тотемными столбами. Задумались о вечном…
А перед тем мы бродили по Нижне-Исетскому кладбищу в поисках могилы нашего деда (моего отца). Нашли. Помянули. В нескольких метрах обнаружилось скромное место упокоения Бориса Рыжего – знаменитого поэта, последнего классика 20 века, добровольно ушедшего из жизни в 26 лет в мае 2000 года. Состояние светлой грусти сопровождало нас…
Прогулки по погостам всегда являются частью наших путешествий. Строки Сергея Есенина сопровождали этот путь: «Гори, звезда моя, не падай. Роняй холодные лучи. Ведь за кладбищенской оградой Живое сердце не стучит». Разглядывали памятники, мысленно проводя нехитрую кладбищенскую арифметику. На Нижне-Исетском кладбище необычны монументальные захоронения цыган и братков, тех о которых писал Борис Рыжий, погибших в разборках лихих 90-х: «Они запнулись с медью в черепах, как первые солдаты перестройки». Порой встречались целые особняки-склепы…
Михайловское кладбище расположено совсем в другом районе огромного мегаполиса, но там побывать было просто необходимо. Там ждала нас могила группы Дятлова. Эту трагическую историю за долгие годы мы изучили основательно, потому обязаны были почтить их память, найдя могилу… Эта трагедия произошла в феврале 1959 года, когда группа студентов УПИ погибла на Северном Урале в окрестностях горы Холатчахль. Теорий и версий гибели много, однозначная так и не найдена; официально их погубило «воздействие непреодолимой силы». И мы искали могилу, чтобы ощутить энергетику их последнего пристанища. Одинокий голубь присел на памятник студентам и наблюдал за нами долгим внимательным взглядом …
Места силы этого края неисчерпаемы! Мы предприняли ещё несколько подобных путешествий. Одно − к «Шарташским каменным палаткам». Это гранитные скалы-останцы вблизи озера Шарташ, им более трёхсот лет, это геологический и археологический памятник. Второе – к озеру Тальков камень. Это затопленный карьер, образовавший озеро, расположен в Сысертском округе. Тальков камень входит в состав природного парка «Бажовские места», максимальная глубина этого озера 32 метра. Есть легенда, что на дне спрятаны несметные сокровища… Долго шли мы по таинственному лесу, петляли, слушали таинственный шёпот вековых деревьев и жужжание комаров. Тальков камень – озеро небольшое, но энергетика от него, действительно, мощная. А в центре озера, над самой глубиной плавала бабушка, на глазах превращающаяся в молодушку. На недоступной человеку высоте в скале была вырублена ниша, там когда-то прятались революционеры. Как они туда попадали? Наверно, их вел революционный дух.
Добраться до этого чудного места проблематично, точек питания там, конечно, нет. Ближайший город – Сысерть, там мы и поужинали незамысловатой пищей в простеньком кафе.
− О гастрономических изысках обязательно! – по традиции напомнил сын.
Безусловно! Это Екатеринбургское кафе «Подкова» на Плотинке (так принято называть площадь 1905-го года в центре города с бесподобными поющими фонтанами). Это устрицы, изящно выпитые на каком-то гастрономическом празднике, это сырное и винное мороженое и вновь вареники с посинунчиками. Наверно, такой гастрохаос и придавал поездке ощущение праздника!
Прекрасный, противоречивый Екатеринбург, ежевечерне проходили мы мимо Уральского университета и памятника с приподнятой рукою.
− Кто это? – поинтересовался младший сын.
− Основатель города, -автоматически ответила я, родившаяся в Свердловске.
− Вот ты какая, Екатерина, − изрёк сын.
И было непонятно, серьезен он или шутит, потому что в тот день веселые студенты нарядили памятник Якову Свердлову в мантию и кафедралку. Конечно, я была неправа, назвав его основателем города, он – «родитель» революционного движения. В беспокойном порыве он летит рядом с УРГУ.
Со времени нашего отъезда Екатеринбург оброс чудесами. Например, небоскрёб бизнес-центр «Высоцкий» − это более 50 этажей с открытым бассейном на безумной высоте. Мы неслись на смотровую площадку, стараясь успеть к закату. Перемещаясь в скоростном лифте, помолилась всем богам одновременно. Наш забег того стоил! Вид, открывшийся с небоскрёба, впечатлял. Внизу змеилась Исеть, аккуратные коробки домов составляли строгие кварталы, под закатными лучами блистали купола, благословляя теряющиеся вдали могучие уральские заводы, а за ними – древние горы. На нижних этажах небоскрёба расположился музей Владимира Высоцкого. Он бывал там на гастролях и, как оказалось, жил в 464 номере той гостиницы, где останавливались и мы – «Большой Урал», в 405 номере. Старинная, с лепниной и крутыми лестницами, ретро-номер без телевизора… Это просто необходимо повторить!
Мы не прощаемся, Екатеринбург. Пока-пока, до скорой встречи!
Нижняя Тура. Лесной
Здравствуй, Лесной – город детства, который нас не пустил в свои негостеприимные недра. Писать о тебе смысла нет, потому что нет туда входа. Но как много произведений родилось при мыслях о тебе. «Пентамерон Коттаччо» (победитель одного из конкурсов ЛитРес), рассказы, которые входят в сборники различных издательств. Некоторые будут приложены и к этой «Книге путешествий».
Я горжусь, что родилась в скромном городке, у которого и названия-то не было, только номер. Однако этот город – ядерный щит России. Затеянный в горах Урала, красивый и недоступный, как жемчужина. Помнится, когда в начале 90-х выбирали всем городом ему имя, как только не изощрялись в остроумии. Тогда такие города получили красивейшие названия: Снежинск, Озерск, Трехгорный, Новоуральск, а нам досталось – Лесной. Одним из вариантов был Притурск, т.е. при Туре, горожане хихикали, переделывая на «придурск», соответственно назывались бы и жители. Одноименная река – Тура даёт имя небольшому городку, что скромно соседствует с Ядерным щитом, – Нижняя Тура. Раньше бы я сказала, что достопримечательностей там нет, но после 14 лет разлуки увидела главное его чудо – гору Шайтан, узнала её необыкновенную историю.