Анна Гаврилова – Золотой ключик для Насти. Книга 2 (страница 4)

– Добро пожаловать в Фаргос, – выдержав ещё одну паузу, сказал Эрик. А я, наконец, смогла его разглядеть.

В целом – ничего особенного. Принц как принц. Высокий, широкоплечий, красивый. Одет в бриджи тёмно-красного оттенка, другие элементы одежды отсутствуют. Волосы не длинные, примерно до подбородка, пребывают в дичайшем беспорядке и единственное, что по-настоящему удивляет – их цвет. Они гранатовые. При этом корни волос, а так же брови и бакенбарды имеют другой оттенок, куда более странный – сперва кажется, что это каштан, но если приглядеться – больше напоминает цвет запёкшейся крови.

– Извини за такой приём, – продолжал Эрик, – я даже предположить не мог, что в эту дверь войдёт колдунья.

– Почему?

На самом деле, на языке вертелся совершенно другой вопрос – что есть Фаргос? Но выдавать своё невежество не хотелось.

– Появление колдуньи или колдуна – величайшая редкость, – ответил принц. Радужки его глаз начали меняться. Спустя пару секунд от алого и следа не осталось, глаза обрели тот же странный цвет, что и брови с бакенбардами.

И когда я решила, что Эрика действительно стоит «извинить», он добавил досадливо:

– Если бы ты не экранировала мысли, мы бы разобрались гораздо быстрей.

Я? Экранировала мысли?!

Взгляд невольно метнулся к волшебному кольцу и застыл, потому что кольца-то и не было. К горлу вновь подкатил тугой комок страха. Варианта два: либо кольцо исчезло по желанию Вереза – он уже проделывал такой фокус, либо его украли.

Как? В мире магии подобный вопрос смешон.

– Настя? – подал голос блондин.

Я тряхнула головой и запретила себе паниковать – вот когда снова по ту сторону двери окажусь, тогда хоть полномасштабную истерику с боем посуды! А сейчас философия Карлсона: «спокойствие, только спокойствие».

– Всегда удивляюсь, почему вы зовёте нас колдунами, – невпопад ответила я. – В нашем мире колдунов, ведьм и магов вообще не разделяют.

– Просто в вашем мире нет магии, – откликнулся Эрик.

– Да? А может всё-таки особенности перевода?

Ведь действительно странно: я называюсь колдуньей лишь потому, что могу ходить через портал, созданный чужими руками. И ни к кому другому этот термин неприменим. Остальные – маги, но никак не колдуны.

– Прекрати экранировать мысли! – не выдержал принц.

Я благоразумно смолчала.

– Эрик, похоже у неё иммунитет.

Принц вздрогнул. Бросил настороженный взгляд на товарища, после внимательно уставился на меня. Спальня опять погрузилось в молчание. Чёрт, как это мерзко!

– Вам не кажется, что шептаться в моём присутствии – невежливо? – я очень старалась, чтобы голос прозвучал равнодушно. Кажется, получилось.

– Извини? – переспросил блондин.

– Ваш телепатический разговор, – со вздохом пояснила я.

– Ты его слышишь?

– Нет, к сожалению. Если б слышала, не стала бы напоминать о приличиях.

Мои новые знакомые переглянулись. Надеюсь, они ценят честность?

Кстати, это любимая фишка Ахмеда. Правда он умудряется раскрыв все карты тут же «насобирать» новых, я же пока только учусь блефовать.

– У неё иммунитет к ментальной магии, – повторил блондин. – Явление редкое, но вполне возможное.

– Насчёт иммунитета не уверен, но в том, что она не экранируется согласен. В ней самой магии нет, в её мире магии нет, ей попросту нечего противопоставить подобному вмешательству. Разве что амулет.

Говорить о присутствующей девушке в третьем лице тоже хамство, но указывать на это не стала. Чёрт с ними, зато хоть какой-то шанс прояснить ситуацию.

– Я не вижу амулетов, – сказал блондин. – Никаких.

– Я тоже, – принц кивнул. – Обыщем ещё раз?

После этих слов я растеряла остатки страха, а вспомнив руки Эрика на своей груди – вспыхнула до корней волос.

– Ну знаете! Это уже беспредел!

– Да мы быстро, – блондин подмигнул.

Резко повернулась к Эрику, протянула ладонь и потребовала с уверенностью Терминатора:

– Ключи!

– Мы быстро, – убеждённо повторил принц и сделал шаг ко мне.

По законам логики, да и ситуации в целом, я должна была попятиться, но я осталась на месте. Только руку опустила. Дальнейшая реакция стала полной неожиданностью не столько для иномирных вельмож, сколько для меня.

Я вздёрнула подбородок, впилась взглядом в кровавые глаза Эрика и процедила:

– Один раз я спустила Вам хамство. Второго не будет.

Он хмыкнул, растянул губы в улыбке и… отступил.

– Проблемы с чувством юмора? – спросил принц.

Держался при этом блестяще. Будто не было словесной пощечины и искорки страха, которая за ней последовала. Такому самообладанию даже Ахмед позавидовал бы.

– Да, – отчеканила я. – У Вас.

Поведение Эрика осталось столь же безупречным и естественным. Он заломил бровь – вроде бы прореагировал, и в то же время отстранился от ситуации. И ответную оплеуху подарил – напомнил о неприятном. Причём сделал это осознанно – запомнил мою реакцию на подобный жест.

– Ключи, – я снова протянула ладонь.

Связку вернули без колебаний и кокетства, а мне стоило гигантских усилий не сорваться на бег. Ещё трудней сделать вид, что ключи – мелочь, побрякушка, которая важна, но не критична.

– Спасибо за гостеприимство, – сказала холодно, совсем как Эрик. Развернулась и пошла к двери в гардеробную.

– Ты куда? – настороженно спросил блондин.

– Вернусь, когда научитесь нормально шутить, – не оборачиваясь бросила я.

А в следующий миг поняла, что ненавижу магов куда сильней, чем раньше…

Маги – мерзавцы, твари, нелюди! Сколько крови мне попортили в прошлый раз? Сколько горя принесли?

– Убери! – прорычала я, чувствуя, что уже не просто злюсь, а зверею.

На моём пути выросла то ли прозрачная стена, то ли какая-то другая гадость. Она не позволяла пройти дальше, вынуждая встать в каком-то метре от двери.

– Настя, не кипятись, – сказал Эрик. – Ну… согласен. Шутка неудачная. Но это не повод для побега.

– Побег? – ради такого дела даже развернулась. – Думаешь, я бегу?

– А разве нет?

Да! Но в этом я даже под пытками не признаюсь.

Я сделала демонстративный глубокий вдох и сказала:

– Меня оскорбили и унизили. И очень сильно разозлили. Я не готова разговаривать с вами. Я должна успокоиться для начала!

Кажется, уровень моей невменяемости поняли, потому что голос Эрика прозвучал очень миролюбиво.

– С тобой хочет говорить король.

– Ваш отец? – не столько уточнение, сколько напоминание.