Анна Гавальда – Просто вместе (страница 25)
Очки упали ему на колени, он начал заикаться, как безумный:
– Я… я… Ну да… я… Очень цццеломудренно, кля… клянусь вам… сссна… чала… я… я… нак… на… накрыл вас простыней, я…
Она протянула ему очки.
– Эй, не сходите с ума! Я просто спросила… Э-э-э… Он тоже участвовал в процедуре – тот, другой?
– К… Кто т… тот?
– Повар?
– Нет. Конечно, нет, о чем вы говорите…
– И то слава богу… Оооо… Как болит голова…
– Я сбегаю в аптеку… Вам нужно что-нибудь еще?
– Нет. Спасибо.
– Очень хорошо. Да, вот еще что… У нас нет телефона… Но, если вы хотите кого-нибудь предупредить, у Франка есть сотовый и…
– Спасибо, не беспокойтесь. У меня тоже есть сотовый… Только нужно забрать зарядное устройство из моей комнаты…
– Я схожу, если хотите…
– Нет-нет, мне не к спеху…
– Хорошо.
– Филибер…
– Да?
– Спасибо.
– Ну что вы…
Он стоял перед ней – длиннорукий, в слишком коротких брюках и слишком узком пиджаке.
– Впервые за долгое время обо мне так заботятся…
– Перестаньте…
– Но это правда… Я имела в виду… заботятся, ничего не ожидая взамен… Потому что вы… Вы ведь ничего не ждете, я не ошиблась?
– Нет, да что вы… что вы сссе… себе вообразили?! – вознегодовал Филибер.
Но она уже закрыла глаза.
– Ничего я не вообразила. Просто констатирую факт: мне нечего вам предложить.
Она потеряла счет времени. Какой сегодня день? Суббота? Воскресенье? Так крепко и так сладко она не спала очень много лет.
Филибер пришел предложить ей супу.
– Я встану. Пойду с вами на кухню…
– Уверены?!
– Ну конечно! Я же не сахарная!
– Ладно. Но в кухне слишком холодно, подождите меня в маленькой голубой гостиной…
– Где…
– Ах да, конечно… Какой же я глупец! Сегодня она пуста, и ее трудно назвать голубой… Это та комната, что смотрит на входную дверь…
– Та, где стоит диванчик?
– Ну, диванчик – это громко сказано… Франк нашел его однажды вечером на тротуаре и затащил наверх с помощью приятеля… Он ужасно уродливый, зато очень удобный, не могу не признать…
– Скажите, Филибер, что это за квартира? Кто здесь хозяин? И почему вы живете словно сквоттер[13]?
– Простите, но я не понял…
– Такое впечатление, что вы разбили походный лагерь.
– А, это мерзкая история с наследством… Такие случаются сплошь и рядом… Даже в лучших семьях, знаете ли…
Он выглядел искренне огорченным и раздосадованным.
– Это квартира моей бабушки по материнской линии, она умерла в прошлом году, и отец попросил меня поселиться здесь, пока не улажены формальности с наследством, чтобы эти, как вы их там назвали, не заняли ее самовольно.
– Сквоттеры?
– Вот-вот – сквоттеры! Это не какие-нибудь парни-наркоманы с булавкой в ноздре, а люди, которые одеты куда лучше, зато ведут себя не слишком элегантно… Я говорю о моих кузенах…
– Они претендуют на эту квартиру?
– Думаю, бедолаги даже успели потратить деньги, которые собирались выручить за нее! Итак, у нотариуса собрался семейный совет. В результате меня назначили консьержем, сторожем и ночным портье. Ну, вначале они, конечно, предприняли несколько попыток устрашения… Много мебели испарилось, я не раз общался с судебными исполнителями, но теперь все как будто наладилось. Теперь делом занимаются семейный поверенный и адвокаты…
– И надолго вы здесь?
– Не знаю.
– И ваши родители не возражают против того, что вы пускаете сюда незнакомых людей – вроде повара и меня?
– Думаю, о вас им знать не обязательно… Что до Франка, они были даже рады… Им известно, какой я недотепа… И потом, они вряд ли ясно представляют себе, кто он такой… К счастью! Полагают, что я встретил его в приходской церкви!
Он засмеялся.
– Вы им солгали?
– Скажем так: я был… по меньшей мере уклончив…
Она так исхудала, что могла бы заправить рубашку в джинсы не расстегивая их.
Она стала похожа на призрак и состроила себе рожу в зеркале, чтобы убедиться в обратном, обмотала вокруг шеи шелковый шарф, надела куртку и отправилась в путешествие по немыслимому османновскому лабиринту.
В конце концов она отыскала жуткий продавленный диванчик и, обойдя комнату по кругу, увидела в окно заиндевевшие деревья на Марсовом поле.
А когда она обернулась, спокойно, с еще затуманенной головой, держа руки в карманах, то вздрогнула и невольно по-идиотски вскрикнула.
Прямо за ее спиной стоял одетый с ног до головы в черное верзила в сапогах и мотоциклетном шлеме.
– Э-э-э, здравствуйте… – проблеяла она.
Он не ответил, повернулся и вышел в коридор.
В коридоре он снял шлем и вошел в кухню, приглаживая волосы.
– Эй, Филу, это что еще за тетка в гостиной? Один из твоих дружков-бойскаутов или как?
– О ком ты?
– О педике, который прячется за моим диваном…
Филибер, который и так уже был на нервах из-за своего полного кулинарного бессилия, разом утратил аристократическую невозмутимость.