Анна Гале – Жены проклятого рыцаря. Наложница верховного рыцаря (страница 62)

Альбинос смерил меня задумчивым взглядом.

— Ты-то что делаешь в этой компании? Ты ведь не из Грарга.

— Прекрасный вопрос, Мартин, — холодно процедила Лиля. — Только задавать его следует не Татьяне. Поинтересуйся этим у Вильгельма и всех чашепоклонников, включая себя самого. Вы бросили девчонку, как говорится, на милость победителя, а Герберт неожиданно для вас решил эту милость проявить. Ты в курсе, что Татьяну не пытались отбить, а, Мартин? Даже если бы она могла уйти от нас, куда ей было идти? Из-за короткого безумного брака с таким же святошей-фанатиком, как ты, девочка оказалась бы на улице.

Все трое выглядели растерянными. Конечно, они знали нашу историю. Значит, Вильгельм в скором времени услышит обо мне последние новости. Как бы я хотела, чтобы ему ничего не рассказали, не причинили новой боли.

— Сейчас же сядь в машину!

Викуся силой впихнула меня на водительское место и снова нырнула в салон, на этот раз на переднее сиденье.

— Это дело рыцаря Вильгельма, — с сомнением произнёс альбинос. Похоже, именно он у них главный. — А мы вернёмся к нашим делам.

Я медленно выжала сцепление, недрогнувшей рукой потянулась к ключу в замке зажигания. Если будет нужно — направлю машину на друзей Вильгельма. Я не могу бросить Лили, особенно когда она ни в чём не виновата. Судья Грарга просто подъехала к кладбищу, чтобы отвезти нас домой.

Всё изменилось в секунду. Три рыцаря застыли, как восковые фигуры.

— Мы действительно ошиблись, — проговорил альбинос.

— Что? — недоверчиво переспросила Лили.

— Мы ошиблись, — повторил он. — Мне нужно поговорить с Татьяной.

— Зачем? — поинтересовалась судья.

Альбинос не ответил. Он подошёл к машине и спросил:

— Татьяна, ты в самом начале осталась с ними добровольно?

— Какая разница? — мой голос прозвучал резко, напряжённо. — Сейчас это мои друзья, все трое — Вика, Герберт и Лилиана.

— То есть, в начале было не так, — задумчиво сказал альбинос.

— Теперь это неважно, — ответила я.

Лили обошла его и села на заднее сиденье.

— Когда Вильгельм подходит к святому Граалю — свет от священной Чаши тускнеет, — после паузы сказал альбинос. — Может быть, так происходит потому, что рыцарь виноват перед тобой?

— Нет.

Лиля за моей спиной раздражённо вздохнула и с издёвкой заговорила:

— Ну давай, расскажи, как он не виноват. Как ты под действием моих благовоний переспала с Гербертом в ночь совета, как потом легла под Анорма, чтобы спасти своего ревнивого идиота. Как ты просила то меня, то Герберта тебя убить, как плакала по ночам, как кричала, что ты нас ненавидишь. Как могла попасть в наложницы к Анорму из-за того, что твой бывший оставил ордену Грарга все права на тебя. Расскажи, как до сих пор исполняется право победителя. Как тебя в Грарге называют младшей женой сэра Герберта, потому что он ни с кем тобой не делится.

— Лили, перестань, пожалуйста, — попросила я. — Я действительно тогда дважды за ночь изменила мужу и сейчас продолжаю изменять. Он ни в чём не виноват.

— Нашла кого оправдывать, — вмешалась Вика. — Танюш, даже если бы вы с Гербертом спали вместе не из-за права победителя, это никого, кроме нас троих, не касается. А уж твоего бывшего и его друзей — тем более. Не помнишь, как Вильгельм тебя оттолкнул, как ты перед ним при судьях на коленях ползала и просила тебя не бросать? После этого ты можешь послать его и остальных святош ко всем чертям и делать всё, что хочешь. Да, её бывший муж виноват, — яростно бросила она Мартину. — И это ещё очень мягко сказано.

— Странно, что ваш свет тускнеет, а не гаснет, — холодно добавила Лили. — Меня трудно удивить, но Вильгельму это удалось. Он оставил чистую душу в Грарге и фактически отдал свою жену Королю. Герберт потом неделю решал проблему с Анормом. Хранитель, ты всерьёз спрашиваешь, виноват ли Вильгельм? — она зло рассмеялась. — Не слушай хорошую девочку, она слишком многое прощает. Мы с Викой тебе говорим: виноват!

Я прикрыла глаза. Заткнуть Лили и Вику, когда они так завелись, невозможно.

— Татьяна, ты хочешь уйти с нами? — хмуро спросил альбинос. Его брови сошлись на переносице, лицо помрачнело.

— Нет.

— Почему?

— Мартин, а ты сам как думаешь? — с иронией поинтересовалась Лили.

— Почему? — повторил альбинос, не сводя с меня взгляда.

— На вашей земле у меня никого нет, — резко ответила я. — Мои близкие в Грарге. Вика, Герберт и Лилиана — моя семья. А вас я в первый раз вижу.

— Последний вопрос, — сказал Мартин. — Где твоё обручальное кольцо?

— Её кольцо купается в речке, — снова вмешалась Лили. — Оставь девочку в покое, хранитель. По-моему, Татьяна ясно дала понять, что твоя помощь ей не требуется. Синичка, давай-ка потихоньку поедем.

Уже около дома я дала волю любопытству:

— Лили, почему они нас отпустили?

— Почувствовали страх невиновной и твоё желание мне помочь.

Да уж, невиновной! Я изменила мужу спустя три дня после свадьбы, живу у приспешников Грарга, даже побывала на их вечеринке. Викуся и Лили — мои близкие подруги. Я сплю с Гербертом и получаю от этого удовольствие. О какой невиновности тут можно говорить?

— Домой пойдёшь сама, — сказала Лили, когда мы заехали во двор. — У нас с Викой есть одно дело, вернёмся поздно.

Я нога за ногу побрела к подъезду. В их дела лучше не вникать, наверняка задумали очередное служение. Странно, что Лили и Викуся собираются угождать сегодня своему жуткому повелителю. В Марске ещё остаются те, кто пришёл от святого Грааля проститься с Ларисой Сергеевной и кто точно не даст им служить. Почти уверена, что альбинос — из старых рыцарей, и Лили лучше лишний раз с ним не встречаться.

Услышав хлопок двери, Герберт с мобильником в руке выглянул из спальни.

— Лили только что рассказала о встрече с Мартином, — улыбнулся он. — Пошли обедать. Вика и Лилиана явятся только ночью. Не знаю уж, куда их понесло, когда в городе полно врагов, — с неодобрением добавил рыцарь Грарга.

Глава 21

Вика Караваева

Сегодня Лиля тренировала меня за городом.

— А если опять появятся те трое? — с опаской спросила я.

— С чего вдруг? — она усмехнулась. — У них нет оснований для нападения. Мы с тобой не вселения будем практиковать, а защиту. Но если враги появятся с претензиями, я вызову на помощь всех судей Грарга.

— И что, придут? — с сомнением спросила я.

— Если нападение без оснований, то обязательно придут в течение минуты-двух, это закон.

Лиля оказалась права. Нам никто не мешал, правда, за деревьями иногда мелькала чья-то тень.

— Не обращай внимания, обычный контроль чашепоклонников, — прокомментировала Лиля, перехватив мой взгляд. — Молодой, зелёный враг, не знающий азов элементарной маскировки. Если бы от нас с тобой ожидали чего-то серьёзного, альбинос явился бы сюда сам, а не сидел бы на поминках.

Я уже немного научилась уклоняться от кинжала, но больше двух раз подряд пока не получалось.

И подземный ход Грарга ещё не открылся мне. Видимо, моя душа недостаточно для этого зачерствела.

Вернулись мы, когда уже стемнело. У подъезда встретили Адриана с бутылкой коньяка в руках.

— Пришёл извиняться за недостойное поведение, — весело объяснил он.

В квартире чёрный кольценосец долго расшаркивался, целовал нам с Лилей ручки и обвинял в безобразной сцене на вечеринке вино и неиссякший после турнира вселений азарт. Я с удовлетворением заметила на его руках несколько ожогов.

Сонная Синичка заглянула на кухню на рассвете.

— Опять кошмары мучают? — Герберт повернулся к Адриану. — Если спит одна — просыпается с криком. Пойдём-ка досыпать, малыш, — он сгрёб в охапку Танюшу и потащил в комнату. — Адриан, на всякий случай — до свидания! — крикнул из коридора мой любимый.

Хлопнула дверь.

Синичке, и правда, до сих пор снятся кошмары, и Герберт иногда садится или ложится рядом. Тогда Танюшка засыпает быстро и спокойно, прижавшись головой к его руке.

Адриан поднял бровь.

— Вика, может, ты объяснишь своему супругу, что лучшим выходом из вашей дикой ситуации было бы отдать Татьяну мне? Я, по крайней мере, живу один. А тут… — он пожал плечами. — Не понимаю, почему ты это терпишь.

— Адриан, закрыли тему, — вмешалась Лиля. — Всех всё устраивает.

Ещё немного посидев с нами, гость ушёл. Герберт не появлялся. Может, устроил служение Граргу, пока Танюшка спит?

От нечего делать мы занялись маникюром, потом педикюром, потом Лиля принялась жарить блины к завтраку.