Анна Филиппова – ЗАПАДНЯ (страница 10)

– Ну-ну, не все так плохо. Убивать тебя сейчас никто не будет. Хотя если ты эту фразу про город в виде подарка от богатых родителей скажешь впрямую Ван Ифэну и еще перед подчиненными, поверь тебя убьют и даже не сразу, сначала замучают, и никто не сможет защитить, это оскорбление чести и достоинства хозяина его рабом, один из самых тяжелых проступков. На самом деле здесь многие понимают, как тебе тяжело, но командору не легче. Ладно открою тебе еще один секрет, ты для него тоже свалилась как снег на голову, и он тоже старается тебя не сильно прижимать, хотя тебе этого пока не понять. Просто старайся, как это говорят у вашей молодежи, не отсвечивать пока. Приказал исполняй, поняла. И не забывай этикет в обращениях. С этим строго. Время у нас с тобой вышло. Еще потом наговоримся, я официально курирую тебя как иностранку и помогаю адаптироваться к жизни здесь. Гордись, целый генерал-майор тобой занимается, такого здесь точно никогда еще не было, – усмехнулся Андреев, но тут же стал очень серьезным.

– И еще, это конечно для тебя интимный вопрос, но здесь это в порядке вещей. Если хозяин решит с тобой переспать, ты заткнешь свою гордость далеко-далеко и не будешь сопротивляться. Отказ от исполнения любых обязанностей рабом влечет за собой наказание. Не принесла полотенце – наказание, не легла в кровать с хозяином – суровое наказание. Здесь если хозяин разрешил рабыне возлечь с ним считается подарком и признаком высшего доверия.

Если дед хотел меня добить, он это сделал. Я просто кивнула головой и по моему виду мне кажется он понял, что ни с кем я ложиться добровольно не собираюсь. Умру, наверное, но не позволю себе принять этот шикарный подарок от хозяина. Мне с этим Ван Ифэном в одном помещении то находится страшно, а спать с ним – это запредельно.

Вошла медсестра и дала мне таблетку. Я быстро ее проглотила и запила водой. Девушка подхватила стакан и тут же испарилась.

Между тем Вячеслав Анатольевич продолжал.

– С другими о хозяине разговаривать нельзя, только со мной. Я составлю твое расписание, согласую его с Ифэном, а потом принесу тебе, и мы еще поговорим. А сейчас извини, наше время вышло, мы итак задержались. Твой конвой ждет тебя в фойе. Иди и не наделай глупостей. Постарайся хорошо выспаться, завтра будет очень тяжелый день. Думаю, не только для тебя, но и твоих друзей. Сразу прошу, держись. И постарайся выжить Ника. Нет ничего ценнее жизни, остальное все тлен, – закончил дед и поднялся с кровати.

Я тоже встала, мы вместе вышли из зала, из палаты сказать язык не поворачивается, именно из огромного вип зала. Ко мне тут же подскочила медсестра и повела меня к лифтам.

В холле медицинского центра меня действительно ждали «Максимка» и «Егорка». В руках Максимка держал мою камуфлированную рубашку и куртку. Я быстро оделась, и мы прошествовали на выход.

Ну улице уже было достаточно темно, горели фонари, но как- то тускло. В окнах тоже где-то горел свет, но какой-то неяркий. Странно. А вот небо меня привело в замешательство, на нем совсем не было звезд, то есть абсолютно. Складывалось впечатление что купол закрыт. Воздух был очень свежий и на улице сильно похолодало, так что я застегнула куртку. К нам подъехала все та же военная машина. Максимка открыл мне дверь, мы сели и поехали куда сама не знаю, наверное, кушать. Со своим конвоем мне разговаривать не хотелось. Неприятны те люди, которые видели твое унижение. А в самолете были и Максимка, и Егорка, когда я падала на колени и ботинки их начальника целовала. Нет, налаживать с ними отношения не хочу. Да и ошейник – предатель с сюрпризом. Поэтому я опять же сидела с лицом дорамской принцессы и с прямой как палка спиной. Буду считать себя принцессой, которой до челяди нет дела, хотя бы рядом с ними. Так легче.

Ехали мы не долго, я все время смотрела в окно, на улице было много прохожих, кто-то спешил на автобус, да здесь они тоже были, только выглядели как военные внедорожники, с большими с крупным протектором колесами. Единственное я совсем не видела привычных надписей кафе, гастрономов. Не было никаких киосков. Правда были надписи типа столовая номер двести тридцать шесть на английском и китайском языках. И вообще здесь все надписи дублировались на этих языках. Никаких логотипов и рекламных счетов, везде только эмблема Земли под куполом виденная мной ранее.

Машина остановилась, я уже не порывалась сама, что-либо открывать, и ждала, когда это сделает Максимка. От переживаний за целый день меня накрыла апатия, скорое всего действовали успокоительные от доктора, сил почти не было просто хотелось лечь в кровать и забыться. Если сейчас нахлынут еще какие-то впечатления, то боюсь мой организм уже не выдержит. Максимка открыл дверь и показал жестом, чтобы я вышла.

Приехали мы к очередному футуристическому зданию, оглядываться и оценивать его архитектуру сил не было, да и не хотелось честно. Максимка открыл мне дверь, и мы вошли, Егорка так же вышел из машины и следовал за мной. Я немного споткнулась о порожек в предбаннике между дверями и, если бы не Егорка который меня поддержал, приложилась бы сильно об пол. «– Соберись!», – мысленно я приказала себе. Мы вошли в просторный холл, и здесь я уже не могла удержаться от оценки окружающего меня помещения. Все окна были завешаны специальными рулонными шторами, не пропускающими видимо свет с улицы. В самом зале было очень светло и тепло. Висели очень красивые люстры, изогнутые в причудливые формы, источающие такой яркий свет, что них было больно смотреть. Стены же светились как будто были сделаны из белоснежного алебастра. Мы сдали верхнюю одежду гардеробщикам и прошли к раздаче. Нужно отметить, что в столовой стоял тихий гул общающихся между собой людей, а их было не мало. Когда мы зашли воцарилась гробовая тишина. Максимка, махнув рукой предложил мне выбирать блюда и поставил передо мной пустой металлический поднос. Пока он что-то мне показывал, брал столовые приборы на нас троих, Егорка полностью был сосредоточен на зале. Стоял и оценивал взглядом, по-моему, каждого посетителя столовой. Я сосредоточилась на выборе блюд, а выбрать было из чего, мясо, рыба, разные гарниры, салаты гамбургеры, картошка фри, разные виды роллов, и это только что я знала, остальные виды блюд мне были не известны. Я взяла маленький гамбургер и картошку с соусом и чай. Максимка в основном взял мясо с овощами на себя и на Егорку и кока-колу.

Мы сели в дальний угол помещения. Что удивило, платить никому ничего не надо было. Единственный служащий столовой, которого я видела принес и заменил закончившееся какое-то блюдо и сразу ретировался. В столовой стояла жуткая тишина. Когда я начала есть, то старалась как можно тише пережевывать пищу. Хотя Максимка с Егоркой такой ерундой не страдали и совершенно спокойно уминали свой обед или ужин. Часы у меня были в всегда телефоне, наручных я не носила, и теперь не знала точное время. Гамбургер оказался с рыбой и мне не очень понравился, зато картошку я доела всю. Запила чаем и ждала, когда наесться мой конвой.

Они тоже не заставили себя долго ждать, быстро, за минут пятнадцать, решили вопрос с едой, и мы молча встали, забрали свои вещи и вышли на улицу. Я думала мы поедем опять куда-то, но Максимка, указал мне направление, и мы зашагали по улице к соседнему зданию и оно, как оказалось и есть конечная цель нашего похода. Именно отсюда мы уезжали в департамент наказаний и именно сюда мне приказал вернуться хозяин, будь он неладен. Свежий воздух во время нашей маленькой прогулки прочистил мне мозги и опять вернулся обжигающий всепоглощающий страх. Съеденная картошка с куском гамбургера начали просится наружу. Я сглотнула, резко набрала воздух и вошла в здание.

В просторном холле, так же полностью с занавешенными окнами за стойкой ресепшн нас встретила молодая белокурая девушка со сногсшибательной фигурой. Как бы я не занималась спортом такую осиную талию и ноги от коренных зубов как у нее мне никогда не получить, пронеслось у меня в голове. Она же очень неприязненно и скептически так окинула меня взглядом, а потом ее взгляд сменился на более чем приветливый и она обратилась на английском к моему конвою. Я уже говорила, что знаю английский совсем плохо, но мне хватило знаний чтобы понять, что конвой отчитался о моей доставке.

Девушка, набрала номер, с кем-то поговорила уже на китайском, сказала, чтобы я отошла от стойки и присела на скамейку, благо их в холле было достаточно. С пониманием этого мой английский справился. Вот в принципе все тут устроено как у нормальных людей и столовая и здания с современным дизайном как снаружи, так и внутри, ну о каком рабстве может идти речь. Странно все это. И разговоры о смерти направо и налево. Не вязался этот образ города будущего у меня в голове. с пережитками средневековья.

Открылся лифт и из него вышла пожилая китаянка, она поманила меня к себе хозяйским жестом, и мы вошли в лифт и поехали на четвертый этаж. Когда открылись двери лифта было от чего впасть в ступор, что я и сделала. Весь холл четвертого этажа утопал в зелени, точнее это была огромная оранжерея с дорожками, где в центре на большой поляне росло большое дерево, листья были похожи на кленовые, но их острота говорила, что это совсем не клен.