Анна Эйч – Запах дома (страница 12)

Фигура в мантии ответила:

— Позвольте взглянуть на вашу дочь, мэм.

— Конечно, Мессир Аптекарь! Заходите!

Дверь закрылась. Шаги женщины были громче шагов эльфа. Послышались шепотки, но разобрать слов не удалось.

Чжао повернулся к окну и заглянул в прозрачное стекло. Он пытался скрываться за прикрытыми шторками, как за кустами.

В комнате горел приглушённый свет от пары восковых свечей. Возле двери на кровати лежала молодая измученная болезнью девушка, закутанная в толстые одеяла. Под глазами залегли тёмные глубокие овраги, а в уголках губ собралась высохшая кровь. Она тяжело дышала через рот, что провоцировало приступы кашля с кровью. На полу стоял медный таз со струйками густой тёмной крови.

Оборотню стало жаль девушку. Она страдала от болезни, которая мучительно забирала её жизнь. Это напомнило историю Риши: гномы гнили заживо и об этом никто не знал. Из окна проскальзывали запахи знакомых лекарств, металлической крови и желчи желудка. Оборотня самого затошнило от всего этого, но он смог подавить в себе этот позыв.

Фаша о чём-то попросил женщину, и она с нервозностью пошла к окну. Чжао тут же пригнулся, вжимаясь как можно сильнее в стену. Что-то скрипнуло и шторы закрылись. Шаркающие шаги отдалились от окна. Оборотень вновь прильнул к окну и смог найти небольшую щель между тканями, через которую хорошо было видно сидящего на кровати Фашу рядом с больной девушкой.

Чжао услышал странный шёпот эльфа. Он говорил чуть громче, но закрытое окно не давало разобрать слова. Его ладони и пальцы окутались голубыми светящимися нитями. Женские руки быстро стянули с девушки одеяло, оголяя её болезненно исхудавшее тело. Во впалом животе зияли чёрные кровавые язвы. Фаша выставил ладони вперёд, плотно прижимая их к животу девушки. Нити плавно извивались от бледных рук аптекаря, впитываясь в тело девушки. Болезненная бледность постепенно уходила с женского тела. Язвы невероятным образом затянулись, не оставив даже шрамов.

Голубоватое свечение постепенно пропало. Комнату снова тускло осветили свечи.

Фаша убрал руки от девушки и какое-то время ещё сидел на кровати, будто переводил дыхание. Послышался глухой удар. Женщина упала на колени перед кроватью, судорожно трогая свою дочь, словно не верила своим глазам. Девушка тоже была изумлена, из её глаз текли слёзы. Женщина очень громко благодарила эльфа за спасение её единственной дочери.

Эльф поднялся с кровати, что-то принял от женщины и пропал из зазора в шторах.

Оборотень аккуратно выглянул из-за стены, ожидая появления эльфа. Дверь тихо заскрипела. По лестнице спустился эльф. Послышался вновь шёпот женщины:

— Мои уста закрыты, Мессир Аптекарь. Спасибо вам! — после чего дверь закрылась.

Мысли путались от увиденного. Девушка была на грани смерти, а Фаша словно выгнал болезнь своими нитями из её тела. Может, он не выгонял болезнь, а забирал себе? Поэтому и задержался на кровати, переводя дыхание? Чжао ничего подобного никогда не видел.

Эльф быстрым шагом направился дальше по каменистой тропе. От него намного сильнее пахло мокрым мхом и смолой. Чжао всё время казалось, что от Фаши пахнет привычным лесом. Но этот запах был глубже. От эльфа пахло жизнью.

Следующим был каменный дом, откуда слабо исходил запах гнилой плоти. Эльфу открыл дверь совсем молодой и обеспокоенный парень. Глаза парня нервно бегали по улице. Они без слов скрылись за дверью.

В доме слышались едва различимые шуршания, шаги и шёпот. Снова отчётливое шептание Фаши. Дом погрузился в тишину на некоторое время.

Позже дверь приоткрылась. Эльф снова показался на глазах оборотня. Молодой парень вложил в бледную ладонь эльфа мешочек, внутри которого что-то звякнуло, и тихо произнёс:

— Наши уста закрыты, Фаша, — с этими словами дверь закрылась.

В небе раздался тонкий носовой крик орла. Крупная птица парила над тропами среди домов и во что-то хищно всматривалась. Эльф с некоторым беспокойством взглянул в небо, глубже натягивая капюшон мантии на голову. Фаша резко ускорил шаг. Он петлял между домами. Чжао практически наступал ему на пятки, чтобы не потерять из виду.

Эльф зашёл в тупик между каменистыми домами и остановился возле странной двери, встроенной прямо в каменную дорогу. Бледные руки крепко ухватились за тонкий прут и потянули металлическую дверь на себя. Она с трудом поддавалась невысокому эльфу. Но Фаша всё же смог её открыть. Он переводил дыхание, опираясь о каменистую стену. В последний раз взглянув в ночное небо, аптекарь скрылся под землёй и закрыл за собой круглую дверь.

***

Чжао вышел из-за угла стены и проследовал за запахом смолы. Металлическая дверь выглядела странно и слегка пугала. Блеклая луна пробиралась в отверстия двери, освещая серый пол под землёй. Оттуда тошнотворно пахло, словно вот уже несколько дней там разлагались мясо и овощи. Очень хотелось развернуться и уйти обратно в аптеку. Отмыть руки и лицо мылом. Но интерес горел в груди сильнее.

С отвращением на лице оборотень тоже взялся за тонкий металлический прут и без лишних усилий открыл круглую дверь в земле. Чжао теперь понимал, почему Риша так рьяно ворчит на своего товарища-аптекаря.

Вниз вела старая прямая лестница. Чжао неспешно начал спускаться и с каждым шагом всё сильнее подступала тошнота. Гнилистый запах усиливался. Деревянная лестница оказалась отвратительно влажной и липкой. Повторяя движения эльфа, оборотень также подтянул на себя круглую дверь, тихо прикрывая её за собой.

Босые ноги встали на холодный и вязкий пол. От всего этого Чжао сгибало пополам. Он зажал рот ладонями и зажмурился, подавляя подступающую рвоту. Глубокий вдох. Нос снова уловил яркий запах мокрого мха. Немного успокоившись, он выпрямился и неспешно пошёл по запаху Фаши.

Под ступнями ощущались неровные поверхности. Порой ноги неприятно скользили, как по илу на дне воды. Чжао мысленно выругался: «Сейчас бы обувь, чтобы не чувствовать эту липкую грязь». Время от времени вонь неприятно била в нос. По углам шуршали и бегали толстые крысы и тараканы. Чжао пытался не обращать на это внимания, следуя только за запахом смолы. Чем-то это напоминало медвежью пещеру, но у неё не было конца. Вдоль дороги булькали зловонные воды, а по серым стенам расползлась зелёная и чёрная плесень. Луна блекло освещала подземную пещеру через круглые двери на потолке. Чжао хорошо видел в темноте, и это одна из сильных сторон волков.

Чжао пытался идти тихо, но липкая поверхность пола выдавала его. Он несколько раз сворачивал по вонючей пещере, пока на одном из поворотов не увидел знакомую фигуру в мантии. Фаша шёл гораздо медленнее, чем в городе. Оборотень пытался ступать ещё тише, делая каждый шаг не на пятку, а на носок. Под землёй спрятаться некуда. Тут нет кустов или запутанных троп, как между домами. Если его заметят — бежать будет некуда.

Какое-то время он тихо следовал за Фашей. Но эльф остановился и обернулся в его сторону.

— Будешь так идти за мной до самого дома? — прозвучал мягкий голос.

Чжао остановился. Сердце гулко застучало в страхе. Он мог бы прыгнуть в вонючую воду и скрыться под ней. Но лучше по-хорошему сдаться эльфу. Виновато опустив голову, Чжао неспешно подошёл к Фаше. В его лице не было зла. Серо-голубые глаза аптекаря с интересом наблюдали за ним.

Слова застряли в горле. Оборотень ощутил укол стыда в груди за свою слежку. Он уже принят в стаю и мог бы напрямую спросить о том, что аптекарь делает ночью. Сделав глубокий вдох, Чжао сказал:

— Мне было интересно, куда ты уходишь ночью.

— Что ты увидел? — спрашивал эльф, сцепляя свои тонкие пальцы перед собой.

— Как твои руки светились. И ты забрал болезнь у девушки, — Чжао заговорил шёпотом, словно увидел то, чего видеть не должен был.

В воздухе повисло молчание. Чжао вспомнил легенду о Богине Тай-Я, рассказанную наставником, — большой белой волчице, которая пришла на землю с Полярной Звезды. Поэтому волчица светится звёздной пылью и всё вокруг неё замолкает. Взглянув на руки эльфа, оборотень вспомнил их свечение в полумраке. Как после шёпота Фаши дом погрузился в тишину.

Брови Чжао поползли вверх. Он заглянул в лицо эльфа и ещё более тихим шёпотом спросил:

— Ты... Бог?

На уставшем лице эльфа дрогнула едва заметная улыбка.

— Нет, Чжао, я не Бог, — ответил эльф.

Неспешно развернувшись, эльф пошёл дальше по зловонной пещере. Чжао, уже не обращая внимания на запахи и липкий пол, шёл рядом с Фашей.

Чжао то и дело отрывал взгляд от пола и вглядывался в низкорослого аптекаря. Кто он, если не Бог? Его руки тоже светились! На глазах оборотня девушка неожиданно перестала болеть.

Оборотень вспомнил, как перед ним села небольшая фигура. Как её руки остановили кровь и затянули раны на его едва живом теле. Именно своими светящимися нитями Фаша исцелил оборотня.

Они постоянно сворачивали по зловонной пещере. Дорога под землёй оказалась более запутанной, чем между жилыми домами в городе. Чжао уже не понимал, где именно они находятся. Но Фаша шёл уверенно, словно давно знал эти пути.

Тонкая рука коснулась локтя Чжао, отчего он слегка вздрогнул.

— То, что ты увидел, должно остаться в тайне, Чжао, — звучал голос эльфа. — Я маг, а на землях Ормангарта пользоваться магией запрещено.

— Запрещено? Ты же помог больным существам, зачем это запрещать? — Чжао очень удивился.