Анна Эйч – Сломай мой лед (страница 15)
– Я не буду играть, если клуб подпишет с ним контракт, – достаю свой главный аргумент, хоть сам не до конца уверен, что действительно смогу его реализовать в случае, если мой блеф не сработает.
– Не веди себя как ребенок: и ты, и я прекрасно знаем, что это глупо.
– Хочешь проверить?
– Серьёзно? Бросишь блестящую карьеру ради бессмысленной вендетты?
– Он. Не. Будет. Играть, – чеканю я каждое слово, готовый пойти на всё, чтобы предотвратить эту сделку.
– Ладно, я могу откатить этот процесс, но взамен ты выполнишь мою следующую просьбу беспрекословно.
– Какую? – спрашиваю я, готовый уже подписать очередной рекламный контракт на какую-то хрень.
– Я пока не знаю, но уверен, в скором будущем мне понадобится твоя поддержка, и ты окажешь ее без всякого сопротивления.
Я знал, что заключаю сделку с дьяволом, знал, что, скорее всего, мне эта прихоть вернётся в двукратном объеме и принесёт гораздо больше проблем, чем есть сейчас. И всё же я протягиваю руку отцу и заявляю:
– Договорились!
– Завтра наберу и скажу, чтобы сделку остановили.
Я встаю и доходу до двери, но не удержавшись, задаю еще один вопрос, ответ на который мне знать совсем необязательно.
– Какая у неё фамилия?
– У кого?
– У агента Соколова?
– Не знаю, какая-то русская. Спроси у Сэма: он точно уже разнюхал всё о ней и о новом защитнике.
***
После сытного ужина у родителей, неприятного разговора с отцом и милой беседы с мамой, которая в очередной раз пыталась выяснить, есть ли у меня постоянная девушка, я, уставший, приехал домой.
– Золотова Эльвира… – я проговариваю ее имя и понимаю, что полное ей идёт куда больше, чем милое Элли.
По дороге домой я позвонил своему менеджеру Сэму и попросил узнать всё, что он знает об агенте Соколова. Его удивило, что я спрашиваю не о самом Соколове, но дело в том, что об этом подонке я узнал всё, что мне нужно ещё год назад.
Посмотрим, кто ты такая Золотова Эльвира. Я ввожу в Google её имя и удивляюсь, сколько на неё материала. «Выдающаяся», «Главная конкурентка Мэган Паркер», «Соперничество века», «Русская трагедия» – пестрили статьи, описывающие её прошлое. Она была выдающейся фигуристкой и главной претенденткой на олимпийское золото в 2014 году. И тут у меня всё сложилось: Мэг, жена Уилсона, олимпийская чемпионка по фигурному катанию – вот откуда они знакомы. Интересно, как они после стольких лет соперничества стали подругами? Я перехожу во вкладку с видео и включаю первое попавшееся.
Юная Элли выезжает на центр льда, на ней сверкающий чёрный комбинезон с асимметричным развивающимся декором. Она спокойна и уверена, ей от силы восемнадцать, а я уже вижу эту сносящую все на своем пути силу.
– А ты почти не изменилась, Элли. – Я будто пробую её имя на вкус, и мне безумно нравится: мне, чёрт возьми, она вся очень нравится.
То есть, точнее, она мне на экране нравится. Как фигуристка! А вы что подумали?
Элли начинает с замысловатых движений, разгоняется и делает первый прыжок, затем быстро крутится вокруг свой оси, снова разгоняется, поднимает ногу на сто восемьдесят градусов и, не меняя позы, плавно переходит в новый элемент.
Я никогда не был поклонником фигурного катания, но, кажется, сейчас им стану. Смотрю на её выступление, не в силах оторвать взгляда от искрящихся глаз, гибкой фигуры, смертельных прыжков, которые даже для меня, хоккеиста, кажутся чем-то нереальным.
Она невероятно красива и абсолютно в своей стихии.
– И как же тебя занесло в агенты? – говорю себе под нос, пролистывая её фотографии.
Попытался найти больше информации, но в свободном доступе было невероятно мало. Даже о её семье ничего не известно, только то, что она из Нижнего Новгорода. Какой-то знакомый город, будто я раньше уже слышал о нём.
Продолжаю смотреть видео её спортивной карьеры: вот она выигрывает золото на Чемпионате Европы и под песню Everybody wants to rule the world будто и правда заявляет права на этот мир. Смотрю ещё пару выступлений и интервью, пока не дохожу до того самого рокового прыжка, на котором ее карьера оборвалась и, могу предположить, навсегда разбилась мечта всей жизни.
Я завожу курсор к треугольнику и включаю запись.
Elvira Zolotova, Russia…
Глава 12. Она напоминает дом
Антон.
– Стив, мне не пять лет, всё будет нормально… да, я понял! Тебя не упоминать. Всё, давай! – Я выключаю телефон и сажусь в такси из аэропорта.
Мой новый временный агент, некая Элли, уже в Торонто согласовывала последние нюансы сделки, пока я закрывал дела в Нью-Йорке и отыгрывал последние обязательные игры сезона.
Голова раскалывается: всё, чего хочется – это завалиться в отель и выспаться, но я пообещал явиться на встречу в клуб – всё-таки решают вопрос о моём переводе – это мне нужно не меньше моих агентов и самому клубу, с позором вылетевшему из плей-оффа из-за дырявой защиты.
– Понабирают по объявлению, – ругаюсь я по-русски.
– Вообще-то у меня стаж 20 лет за рулём, – отвечает мне таксист на идеальном русском.
– Простите, я не вам. – Я улыбаюсь: всегда радует, когда слышу русскую речь, напоминает мне дом, где я не был уже десять чёртовых лет. – Вы из России?
– Ереван – уточняет таксист.
– Армения. – Я киваю – Давно здесь?
– Уже около пятнадцати лет, – улыбается он. – Я вас знаю, вы хоккеист, да?
– Да, Антон, очень приятно.
– Нарек, – представляется таксист. – Вы сюда отдохнуть или по делу?
– Планирую переехать. Расскажите, как у вас здесь?
– Мне очень нравится, будете играть за Торонто?
– Хотелось бы, болеете за них?
– Честно сказать, я смотрю русский хоккей, но за играми кленовых листов всё-таки иногда поглядываю: не жить хоккеем просто невозможно, когда ты живешь в Канаде.
– Вы правы. – Я улыбаюсь и уже в который раз ловлю себя на мысли, что именно такие простые разговоры со случайными людьми делают мой день в сто раз лучше, чем забитая шайба и море оваций после выигранного матча.
Через час мы подъехали к ледовому дворцу.
– Нарек, а не дадите ваш номер телефона? Мне может понадобится такси с проверенным человеком?
– Конечно, Антон. – Он протягивает мне визитку, которую я фотографирую, и, оставив ему щедрые чаевые, выхожу из машины.
***
– Антон, добрый день! Я Джон, директор клуба. – Мужчина в костюме встречает меня в коридоре офиса и пожимает руку. – Проходи в кабинет, твой агент уже там. Я вместе с представителем совета директоров подойдём через 5 минут.
– Приятно познакомиться! Спасибо!
Я открываю дверь офиса, и мой взгляд сразу сталкивается с роскошной женской фигурой, обрамлённой шёлковой рубашкой жемчужного цвета. Талия подчёркнута стильным ремнем, вставленным в широкие чёрные брюки, и, несмотря на то, что они расширяются сразу от бедра, всё равно прорисовывается округлённая накачанная задница. Ничего себе, Стив забыл упомянуть, что мой новый агент «ходячий секс»? Я не вижу лица, так как девушка стоит спиной и наблюдает за тренировкой команды через панорамные окно. Она держит руки в карманах и даже не оборачивается на звук открывающейся двери, оставляя мне возможность как следует рассмотреть ее.
– Приветствую, Элли! Ну, вот мы с вами и встретились. – Я вальяжно приземляюсь за длинный стол переговоров и жду, пока девушка повернётся и покажет своё лицо.
– Ты прав, Соколов, десять лет понадобилось, чтобы наконец-то встретиться, – отвечает она по-русски голосом той, которую я думал, уже больше никогда не увижу.
Эля? Моя Эля! Моя принцесса! Первая и, наверное, последняя, в кого я отчаянно влюбился. Ведь после неё я больше ни к кому ничего подобного не чувствовал. В одну секунду из комнаты будто выкачали весь воздух: всё перед глазами размылось, кроме её совершенного силуэта. Она другая: взрослая, уверенная, раньше у нее была миловидная красота, а сейчас она агрессивно красивая. Спортивному стилю Принцесса теперь предпочитает строгие брюки, дорогие блузы и каблуки. Одно не меняется – плотно собранные волосы, как вечное обещание держать всё под контролем. Она теперь девушка из высшего общества: идеальная причёска, макияж, а губы… Я помню их вечно обветренными и покусанными, ведь всё своё время она проводила на льду, но сейчас они будто бархатные, покрыты глубоким бордовым оттенком с безупречным контуром. Сегодня её стихия – вот такие офисы с кожаными креслами, дорогой кофе и большие деньги.
Что же с тобой сделала эта жизнь, Эля? Я усмехаюсь сам себе, потому что меня жизнь превратила вне менее стереотипного подонка, которому сначала вскружила голову слава и деньги, а потом он банально не смог справиться с депрессией.
– Эля? – я тихо проговариваю её имя, всё ещё не веря своим глазам – Ты изменилась.
– Да, годы нас не щадят, – усмехается она и начинает открывать свою папку – Итак, здесь коротко наши ключевые требования, пройдись ещё раз своим взглядом: всё ли тебя устраивает, и я думаю, уже сегодня всё подпишем.
– Ты как здесь? Ты теперь работаешь в Канаде? – Я даже не взглянул на документы, всё ушло на второй план.
– Соколов, не отвлекайся, у нас мало времени.