Анна Евдо – Лунные Звёзды (страница 8)

Андрей вдруг разозлился. С этой непохожей на других Александрой легко купиться на ненаигранность. Не просто легко, а хочется так сделать. Отключиться, отбросить подозрения и ожидание подвоха. По-доброму шутить про еду. Дразнить друг друга, смеяться. Сгрести в обе ладони её беззащитную руку и попросить рассказать, откуда взялись длинные кривые царапины. Вспомнить, что такое смятение… Размякнуть, а затем получить ненавязчивое напоминание от неё о том, что время вышло, шоу окончено, продолжение по оговорённому тарифу. Он сжал челюсти до боли в висках. По артистическому таланту она даст фору любой отшлифованной эскортнице. Что ж, подходящий вариант для того, чтобы отпустить раздражение этого дня и проверить, какие прелести скрывает оставляющее место воображению платье и избежали ли они участи переделки так же, как её лицо.

– Тогда можем ехать, – отрывисто бросил Андрей, положил чаевые возле блюдца и встал.

– Куда? – Саша прочистила горло, которое сковал болезненный спазм. – К Лёне?

Чужое мужское имя отчего-то подействовало на Андрея как мельтешащая красная тряпка на быка. Спектакль спектаклем, но она забывается. Не ей выбирать место и уж тем более упоминать посторонних мужчин.

– Может быть, ещё к отцу твоему заскочим, чтобы благословения попросить? – с расстановкой проговорил Андрей, нависая над Александрой, спаявшейся с сиденьем кресла, и пугающе ухмыльнулся новому предположению: – Ты же вроде как скромная девушка. Никаких третьих.

От мужчины, который буквально несколько минут назад непринуждённо смеялся над её вкусовыми пристрастиями, исходила незаметная с виду, но настолько ощутимая кожей ярость, прицельно направленная на неё, что Сашу мгновенно сковал ужас. Страшно было слушать Лёньку. Боязно было идти сюда. Но то являлось всего лишь волнением перед неопределённостью и неизвестностью. Теперь же она действительно испугалась до какого-то жуткого онемения, когда исчезает голос, леденеют руки, пропадает чувствительность тела и абсолютно ускользает смысл сказанного.

Андрей вдруг осознал, что склонился к девушке слишком близко, подавляя её неоправданным вторжением в личное пространство, и распрямился.

– Саш, не усложняй, – с досадой на себя самого сухо произнёс он. – Давай без перебора. Ты сама пришла. Если передумала, уходи. – Он указал в сторону лестницы. – Если нет, невинность строить из себя не нужно. Едем ко мне. Получаем каждый своё, и ты отправляешься дальше к Лёне. И кому ты там ещё требуешься.

Не дожидаясь реакции Александры, Андрей пересёк зал и начал спускаться на первый этаж.

Она тяжело поднялась. В плотном дурмане на негнущихся ногах проследовала за мужчиной на стоянку. Хостес что-то прощебетала на прощание, но её приветливое лицо промелькнуло перед глазами расплывчатым пятном и сменилось на не менее размазанные уличные фонари и их блики на глянцевых капотах дорогих автомобилей.

Андрей пиликнул сигнализацией, и большой чёрный джип ярко подмигнул ему в ответ. Он открыл водительскую дверцу. Задержался, сжимая ручку, словно раздумывал: сесть в салон или немного подышать свежим вечерним воздухом. Наконец оглянулся.

Что именно он хотел увидеть? Убедиться, что Саша пошла за ним? Или что осталась в ресторане? Какой вариант стал бы для него предпочтительнее? Почему его вообще это волнует?!

Девушка приближалась к автомобилю. Вечер выдался безветренным, и лишь её собственные движения при ходьбе сминали ткань, намекая на плавную линию груди и абрис бедра. Её волосы в рассеянном свете фонарей напоминали лунное сияние, которое окружает сам далёкий шар в ясном ночном небе. Стройная, даже скорее худенькая, она будто специально надела немного великоватое ей платье, чтобы спрятаться в нём до поры до времени и подразнить догадками. Продумано до мелочей. Необъяснимое раздражение вспыхнуло в Андрее с новой силой. Он шире распахнул дверцу, буравя взглядом женскую фигуру.

Саша остановилась перед капотом и нервно стиснула ремешок сумки. Андрей занёс ногу, намереваясь сесть за руль. Шумно выдохнул и резко обогнул машину, вынудив девушку отступить назад. Слова деда прочно засели в его голове: «Кроха перед тобой, баба или старуха, они все женщины. В первую очередь не перед ними, перед собой всегда будь мужиком». Он далеко не галантно дёрнул переднюю пассажирскую дверь, чувствуя затылком, что Александра смотрит на него. «Если ждёт дополнительного приглашения, то вот оно. – Он замер, не шевелясь. — Прости, дед, но распинаться перед ней я не собираюсь. Хотя чёрт знает зачем, но сам же её не отпускаю. Раз не срастается, вызвать ей такси и вся недолга. Пусть зачтёт оплату за обозначенные часы – Дуга не обеднеет».

Тихий стук каблуков дал Андрею понять, что Саша сдвинулась с места, обошла его, стараясь не коснуться, и проскользнула в салон. Андрей не успел хлопнуть дверцей, обернувшись на топот быстрых шагов и обращение к нему:

– Андрей Романович, – на ходу начал обслуживавший их недавно официант, – ваша девушка забыла верхнюю одежду. – Парень протянул ему плащ песочного цвета.

Андрей вопросительно приподнял бровь в сторону Саши. Она виновато кивнула.

– Благодарю, – он принял плащ из рук официанта и передал девушке.

Саша машинально накинула его на колени, то ли пытаясь укрыться, то ли немного согреться и прогнать озноб, разгулявшийся под кожей. Андрей закрыл дверь, занял водительское сиденье и выехал на проезжую часть.

«Если белое такси показалось фантастическим порталом в другую вселенную, – подумала Саша, утопая в широком кожаном кресле, – то чёрный внедорожник поглощает в себя, чтобы проводить в последний путь»…

Она рвано усмехнулась, вдруг чётко понимая, что находится в точке невозврата. С какой стати она возомнила, что её ждало иное будущее, где она сама будет всему хозяйкой?.. Остаётся напоследок совершить доброе дело и прекратить жалкие попытки барахтаться с целью просто жить свою жизнь. Она только убедится, что Лёньке ничего больше не угрожает, и отправится к пруду в большом лесопарке. Там всегда красиво, спокойно и хорошо. Саша моргнула, когда джип слегка качнулся на дорожном стыке на мосту, и засмотрелась на блестящую далеко внизу воду. Река течёт и может вытолкнуть. Непроточный пруд примет её в свои надёжные объятия, всё ещё тёплые в память о лете.

Глава 7

«Странная девушка», – снова подумал Андрей, повторив слово, которое характеризовало новую знакомую лучше всего. Или он настолько отвык прикладывать хотя бы минимум усилий, чтобы привлечь внимание женщины, или она выбрала до жути раздражающую, но – мужчина криво ухмыльнулся – действенную тактику поведения. Они оба знают финал их встречи, но Саша ведёт, а он ведётся. И на испуганные глаза, и на розовеющие щёки, и, что б их, на поджатые губы. Её хочется приобнять и стряхнуть напряжённую скованность, которая уже реально мешает. Забить на секс и предложить просто покататься по городу. Да элементарно остановиться на этом мосту и покидать в реку подобранные под ногами камешки, пытаясь услышать далёкий всплеск.

Девушка чему-то усмехнулась. Возможно тоже абсурдности ситуации. Она будто прилипла к боковому окну, не отрывая взгляда от стекла. Благородный порыв Андрея мгновенно испарился. Он даже пропустил дорожный стык и, не притормозив, проскочил его на полном ходу. Машину качнуло. Не критично, но досадно. Он всегда бережно относился к автомобилям, и они его никогда не подводили в ответ. А Саша и бровью не повела, ни сменив положения, ни вспомнив, что вообще-то она здесь вовсе не королева, выбирающая, кого одарить своей милостью. Сидит, как будто хочет исчезнуть. Ещё и колени скромно свела и прикрыла плащом. Зато обречённо оголённую руку выставила, положив сверху и ненавязчиво поглаживая крупную круглую пуговицу. И он снова закипает. Высший пилотаж!

Андрей сосредоточился на дороге. Его, оказывается, задела её незаинтересованность. Вроде бы сам этого и хотел – добиваться благосклонности девушки – но с ответом, а тут тебя абсолютно никак к этому не поощряют. Потормошить её что ли? Женщины умеют балансировать, то обдавая холодом, то горячо заманивая. Он всегда априори удостаивался непосредственного участия с их стороны. А тут пытка какая-то.

Андрей сжал руль обеими руками. Если совсем по-честному, Александра заставляла его испытывать некую ущербность от того, что он скатился до проплаченной порядочности, само существование которой им же самим предварительно развенчано, но надежда на которую необъяснимо продолжала тлеть внутри. Сейчас они с Сашей устраивали фарс двух взрослых людей, тоскующих по той искренности, без щитов и оглядки, которую знали, когда ещё умели доверять, увлекаться на полную катушку и верить во взаимность и настоящую отдачу без условий. По тому, что теперь низведено многими до недостатка и неудобства. То самое, что он хотел бы не покупать, а найти. То самое, что, кажется, и она могла бы не продавать, а подарить.

Он больше не смотрел на молчаливую девушку. Что-то в ней его цепляло, но разбираться, что именно, было ни к чему. Разовая встреча. Без философии и морали. Каждый волен в своём выборе, что бы к нему ни привело. Они едут к нему, а дальше станет ясно по ситуации.

Город примерил ночной наряд, переливающийся светом и тенью. Любовался на себя в зеркале реки, дерзил яркими витринами и прятался в тёмных проулках. Вразнобой болтал с прохожими на центральном проспекте и погружался в тишину среди деревьев в скверах и парках. Приглашал шумных искателей приключений в бары и соединял руки гуляющих влюблённых, которые не замечали ничего вокруг.