Анна Евдо – Лунные Звёзды (страница 2)
Парень вновь стукнул по рулю и резко свернул через перекрёсток к клубу, где можно было и стрелку забить, и за кальяном поболтать, и просто потусить как обычный пацан. По пути у него возникла одна мыслишка. А раз возникла, надо её запускать к осуществлению.
В клубе уже было людно, хотя вечер только набирал обороты. Сергей прошёл к барной стойке и оседлал высокий покатый табурет. Кивнул на приветствие бармена и указал подбородком в сторону пива.
– Дуга, – раздалось рядом.
Он скосил глаза, не меняя позы, и лишь сильнее навалился локтями на столешницу.
– Чего хотел? – процедил сквозь зубы.
Плотно сбитый невысокий парень взобрался на соседний стул.
– Ты подумал? – ответил вопросом на вопрос тот и замер, выжидающе буравя взглядом профиль Дуги, который раздражённо скривился и всё-таки повернулся к собеседнику.
– Имя напомни, – бросил Дуга, чтобы потянуть время.
Пацан уже полгода ходил за ним хвостом. Выполнял мелкие задания и до трясучки хотел к Дуге под начало. Пусть на побегушках, но официально.
– Леонид, – кажется, придурок даже дыхание задержал.
– Восемнадцать-то тебе уже есть, Лён-чик? – Дуга любил подчёркивать своё старшинство.
– Нет ещё, в начале лета исполнилось семнадцать, но я же ни на что серьёзное не претендую. Так, быть на подхвате, где понадобится. – Даже плечи расправил, будто они его взрослее могли сделать.
– Намекаешь на проверку временем? Ко мне кто попало не проходит. – Дуга обхватил запотевший бокал с пивом, отпил сразу половину и наконец сел вполоборота. – Уверен, ты в курсе.
Лёня согласно закивал.
– Необходимо пройти испытание. – Дугу начал забавлять готовый пустить слюни пацан. – Пройдёшь – и ты в деле.
– Говори, что нужно сделать. – От нетерпения и неверия, что его шанс настал, Лёнчик суетливо заёрзал на табурете.
– Девочка нужна. Ну как девочка, – сам себя поправил Дуга, ухватившись за ту самую промелькнувшую на подъезде сюда мысль. – Женщина, в районе двадцати пяти. Никаких малолеток. Домашняя, но не божий цветочек. На мордаху симпатичная, лучше блондинка. Такая, которая поломаться может. Знаешь, взаправду так губы поджать, чтобы охотничий азарт в мужике проснулся. Вот, считай, тебе задание. Найдёшь такую – зачёт. А сделаешь так, чтобы пришла к тому, на кого укажу, – сразу будешь принят.
Лёня так разволновался от желания не упустить выпавшую ему долгожданную возможность, что на щеках выступили красные пятна.
– Просто поломаться или… – Пацан замялся, подбирая слово.
– Или, – утвердительно подсказал Дуга, довольно наблюдая за ним. – Но до
Лёня уставился на гладкую поверхность стойки и принялся постукивать по ней пальцами, явно о чём-то размышляя.
– Знаю похожую, – сказал он и замер.
Теперь ему удалось удивить Дугу по-настоящему. Он-то с ним уже мысленно распрощался и всего лишь поиздевался напоследок, а пацанчик оказался цепким. Дуга даже пиво отодвинул и сосредоточенно посмотрел на парня.
– Двадцать пять лет, в разводе. Не совсем блондинка, но светлая, волосы длинные, красивые. Худовата, но, думаю, о толстухах речи не идёт. Полгода мужика у неё точно не видел, – сбиваясь, зачастил Лёня.
– Откуда знаешь? – Дуга выгнул бровь.
– Тётка она мне, хоть и старше всего на восемь лет. – Пацан выдержал скептический взгляд Дуги и добавил: – Как с мужем рассталась, переехала к моим бабке с дедом. С неё не убудет. Пусть позабавится. Этот твой охотник из нормальных, без извращений? Всё же родня…
– Родня, говоришь, – Дуга прищурился: гадёныш оказался не так прост. – И как ты собираешься уломать её на перепих?
– Не важно. – Глаза Лёни лихорадочно заблестели. – Я справлюсь. Скажи… – он сглотнул, но взгляд не отвёл. – Пообещай, что тогда точно примешь к себе.
– По рукам. – Дуга протянул свою ладонь, не удосужившись вытереть с неё влажные потёки от стакана.
Лёня пожал его руку и нервно улыбнулся.
Глава 2
Александра возвращалась из магазина в квартиру родителей. Язык никак не поворачивался сказать «домой». Она считала, что их отношения всегда складывались хорошо. Как оказалось, лишь до поры, пока были на расстоянии, а она вела себя как примерная дочь.
Саша росла спокойным ребёнком, послушной девочкой. Хорошо училась, не доставляла хлопот старшему брату. Долго дружила с одним мальчиком, за которого и вышла замуж сразу после школы, как только ей исполнилось восемнадцать. Она могла легко поступить в университет, но выбрала переезд с мужем, с которым же «душа в душу», в соседний городок, потому что понадобилось ухаживать за сломавшей ногу свекровью. Саша обустраивала быт, хотела родить малыша, регулярно созванивалась с мамой. И никогда не жаловалась.
Ни в детстве, когда брат частенько оставлял её одну, занимаясь подростковыми шалостями, а позже просил прикрыть всякие-разные проступки. Ни в юности, когда хотелось сходить на поздний вечерний сеанс в кино и потанцевать в клубе не потому, что это запретно и неприлично, а просто на самом деле интересно. Ни после свадьбы, когда могла пойти учиться на ветеринара сразу, пусть и на заочное отделение, а не через год, когда муж ни с того ни с сего начал попрекать её необразованностью и просиживанием дома. Что вообще замужество обернулось ошибкой, потому что нельзя жениться из-за привычки к человеку. Что вместо поддержки супруг прикрывался работой и свесил на неё все заботы о собственной матери, оскорблял её за первый выкидыш и поднял руку за второй, обвинял в женской несостоятельности и категорически отказывался пройти обследование сам, ведь «дело всегда в дырявой бабе». Что по сей день вздрагивала от резких окриков, даже просто услышав их на улице и совсем не в свой адрес.
Полгода назад, в марте, Саша сбежала от мужа с тем, что было на счёте, и парой сумок одежды. Она не предъявила претензий на раздел имущества, поскольку видеть и хоть как-то общаться с бывшим не было ни малейшего желания, а услуги юриста стоили денег, которых попросту не было.
Слишком долго стеснять подругу детства, которая её не гнала и во всём помогла, стало неудобно. Снимать отдельное жильё банально не хватало средств, и она вернулась к родителям. Надеялась тихо восстановиться душевно и получить наконец диплом. Бросать из-за затяжной апатии последний семестр не стоило. Достаточно, что уже была потеряна пара лет: год после школы и ещё один перед четвёртым курсом, когда она брала академический отпуск после первой неудачной попытки выносить малыша. Семья её тогда не поняла, посчитав такой перерыв непозволительной блажью.
По возвращении в родительский дом мать приняла её как блудную дочь, опозорившую семью разводом с «таким хорошим супругом». Получалось, что она могла бы перетерпеть непонимание, плюнуть на учёбу и посвятить всё время дому и семье, не прыгать по чужим домам с кошечками и собачками, а заняться собой, витамины попить и родить дитё.
Саша молча выслушивала хвалебные речи своему теперь уже не мужу, который поджав хвост быстренько подмахнул документы о разводе и больше не показывался на глаза. Мыслей возражать или оправдываться перед мамой не возникало. Саша и раньше ничего ей не рассказывала, так нечего было и начинать.
Она набирала клиентуру, бегая по городу, чтобы поставить уколы, промыть глаза, определить, не лишай ли завёлся на любимом питомце. Параллельно заканчивала институт и потихоньку откладывала деньги за частные вызовы. Напоминала себе, что скоро станет дипломированным фельдшером – для Саши это было по-настоящему огромным достижением, с её-то пропусками и учёбой урывками. В будущем она обязательно доучится на ветеринарного врача. Эта цель согревала изнутри и давала силы двигаться дальше.
О покупке собственного жилья Саша пока даже не мечтала. Но перспектива снять комнату на три месяца, пусть и жить вместе с хозяйкой или делить квартиру с посторонним человеком, вырисовывалась всё чётче. А дальше она заработает на помесячную оплату.
Саша сама себе установила испытательный срок до конца сентября, хотя в начале июля её приняли практически сразу на постоянное место в небольшую ветеринарную клинику. К тому же она продолжала помогать в уходе и лечении частным клиентам. Однако сначала ей хотелось почувствовать твёрдую почву под ногами, чтобы с октября внести оплату до Нового года за комнату в доме недалеко от работы.
Старший брат получил в апреле долгожданное предложение о повышении, но с условием переезда в другой город. Сноха помчалась за ним. Зато сына, который заканчивал десятый класс, они оставили на попечение бабушки с дедом и тётушки Саши. Таким образом ей выпал шанс перестать «маяться от дури и безделья» и образумиться, оказывая помощь семье. О постоянной работе речи на тот момент не шло, хотя Саша продолжала просматривать вакансии. Следить за квартирой и мальчишкой-переростком негласно стало её главной обязанностью. Готовить, стирать, прибираться и получать попрёки в качестве оплаты, если вдруг потёк кран или племянник прогулял уроки.
Александра переложила тяжёлые пакеты с продуктами, поменяв их местами в руках. Один из них оказался неудобным и ручками передавливал пальцы. Дурацкая привычка набрать больше, чем в состоянии унести за один раз, давно въелась под кожу. Девушка постояла немного, подставив лицо осеннему, но такому ещё тёплому сентябрьскому солнцу.