Анна Джейн – Разреши любить. Навсегда со мной, навсегда моя. Книга 1 (страница 6)
– Если бы не я, этого бы не произошло, – вдруг отпустил меня Игнат. – Сейл хотел отомстить мне. Ур-р-род. – Его глаза вспыхнули яростью, но она тотчас рассеялась. – Я виноват перед тобой. Прости.
Мне было странно слышать то, как Игнат Елецкий извиняется. А где его гордость и самолюбие? Неужели он смог побороть их? Ради меня?..
– Это не так. Ты ни в чем не виноват, – сказала я тихо. – Ты спас меня. И я благодарна тебе. Безумно благодарна. Если бы не ты… Не знаю, что бы со мной случилось. Спасибо, Игнат.
– Повтори, – вдруг попросил он, гладя меня по щеке. Его янтарные глаза блестели.
– Спасибо? – улыбнулась я, не отрывая взгляда от его лица.
Он тоже улыбнулся – уголками губ.
– Нет, глупая. Имя. Мне нравится, когда ты называешь меня по имени таким тоном.
– Каким же? – снова спросила я, тая от его прикосновений.
– Таким, словно я что-то для тебя значу.
Я закинула руки ему на плечи, обтянутые тонким свитером, и произнесла его имя – несколько раз, и каждый раз все тише и тише, потому что он постепенно склонялся ко мне, словно желая поцеловать.
– Игнат. –
В четвертый раз я произнести не успела – его губы накрыли мои губы так мягко и нежно, что мои глаза сами собой закрылись, и я инстинктивно потянулась ему навстречу, желая углубить этот поцелуй так сильно, насколько только возможно.
Целовались мы самозабвенно и чувственно до прихода доктора, который сделал вид, что ничего не заметил. Он дал несколько наставлений и отпустил меня домой. Я вышла на улицу, слегка покачиваясь от слабости, и Игнат, поняв это, придерживал меня за плечо. Он открыл передо мной дверь своей машины, дождался, когда я сяду, и только тогда опустился рядом на водительское кресло. Мы поехали домой, и по дороге он сказал мне, что я могу не волноваться – родители ни о чем не знают.
– Если хочешь, можем пойти к ментам, – с сомнением в голосе произнес Игнат.
– Нет, – покачала я головой. – Я думала об этом, но нет… С одной стороны, этих мразей нужно наказать, чтобы они больше ничем таким не занимались. А с другой… Ничего не доказать. Они ведь не успели ничего сделать. И мне… стыдно. Очень. Как будто я сама какая-то грязная, совратила их.
– Это не твоя вина, сказал же, что моя.
Игнат почему-то крепче вцепился в руль, и костяшки его пальцев выступили сильнее. А я только сейчас заметила, что на правой руке они сбиты.
– Это потому что ты дрался, да? – тихо спросила я.
– Дрался? – усмехнулся он. – Драться – это когда на равных. Я просто бил. Если бы не твоя подруга, ему бы плохо пришлось. Она меня остановила.
– Стеша? – удивленно переспросила я.
– Да. Твоя Стеша заботится о тебе. Пошла вместе со мной в квартиру к этим уродам, – вдруг сказал Игнат. – Смелая, хотя по ней и не скажешь. Хороших друзей надо беречь. Их мало.
Я улыбнулась. Стеша действительно была смелой девочкой. Сильной и смелой, хотя сама этого не осознавала.
– А насчет наказания ты не беспокойся, – продолжал Игнат. – Раньше они делали интересные видео и продавали их или шантажировали жертв. А теперь сами стали актерами. Главными.
На его лице появилась ухмылка.
– Что ты хочешь сказать? – удивилась я.
– Ты же поняла. Но это было добровольно. Они согласились в обмен на то, что их простят, – расплывчато ответил Игнат, и его глаза снова нехорошо сверкнули.
– Они что, переспали на камеру?! – воскликнула я, а Игнат весело захохотал.
– Нет же, Яся! Они дали признание на камеру, а Серж все снял. Но мне нравится твоя идея! Ты кровожадная.
– Вот оно что… Стоп, как ты меня назвал? – удивилась я.
На пару секунд в салоне повисла тишина – был слышен только двигатель.
– Яся, – наконец, повторил Игнат.
– Яся? – переспросила я удивленно.
– Мне кажется, тебе идет. Звучит мило, – ответил он, глядя на дорогу, но мне показалось, что он смущен. – Ладно, не буду тебя так называть. Забей.
Я хотела ответить ему, но Игнат включил музыку – тихо, словно понимая, что громкая музыка разорвет мою голову на части. И всю оставшуюся дорогу мы молчали, думая каждый о своем. Странно, но находится в салоне его машины и видеть, как он ведет ее, мне нравилось – это странным образом успокаивало. А еще казалось, что мы оба сейчас растеряны и не понимаем, что происходит.
– А почему ты поехал за мной в клуб? – собравшись, все же невинным тоном спросила я.
– Захотел и поехал, – ответил Игнат.
– Ты волновался обо мне?
В моем голосе появилось женственное лукавство, которое я сама от себя не ожидала. Рядом с ним мне хотелось быть девочкой. Игнат повернулся ко мне. Его взгляд был испытывающим.
– С такими подружками было бы странно отпускать тебя в клуб, – вдруг сказал он.
– Что ты имеешь в виду? – нахмурилась я, готовая защищать девчонок до последнего.
– Я не про твою Стешу. Про двух других. Без понятия, как их зовут. Ты ведь понимаешь, что они специально позвали тебя в этот клуб? – спросил Игнат с отвращением. – Когда они были у нас, я услышал их разговор. Случайно.
– И что они говорили? – похолодевшими губами спросила я, понимая, что сейчас узнаю что-то плохое.
– Что сегодня хороший шанс затащить тебя в клуб. А потом что-то про бабки – я не расслышал. Но заподозрил неладное. Сначала не хотел ехать, а потом все-таки сорвался. Только все равно не смог вовремя тебя защитить. – Теперь в его голосе слышалась боль. – Пока искал, тебя уже опоили и утащили. У них была отработанная схема. Все вокруг просто считали, что девушка пьяна, и эти твари утаскивали ее.
– Может быть… Тебе просто показалось? – едва выговорила я.
– Нет. Потом Сейл признался, что заплатил твоим подружкам. Чтобы они притащили тебя в этот клуб. Решил, что день рождения – отличный повод. И у него выгорело. Твои подружки продали тебя дешево. Могли бы поторговаться.
От этих слов мне стало плохо. Меня предали те, кому я верила. Мои друзья.
– Перестань, – погасшим голосом попросила я. – Не будь таким жестоким.
– Я просто говорю о том, что было. Они недостойны быть твоими подругами. Завтра устрою им веселую жизнь, – вырвалось у Игната.
– Не надо, – попросила я. – Сама с ними разберусь.
– Ты уверена?
– Да, уверена. Сама.
– Как хочешь.
Машина заехала на территорию поселка – охрана легко пропустила нас, и уже вскоре мы подходили к дому. Когда нам оставалось несколько метров до крыльца, я несмело тронула Игната за руку. Едва заметно вздрогнув, он обернулся.
– Что?
– Я так и не поблагодарила тебя. Спасибо, что спас, – тихо сказала я. Со всей признательностью, на которую была способна.
Игнат улыбнулся – устало, но искренне, словно почувствовав мою благодарность.
– Не за что. Обращайся.
– Если тебе понадобится моя помощь, ты тоже можешь обращаться. Я верну долг, обещаю, – твердо сказала я.
Снова улыбка, и снова ямочки на щеках, в которые по-детски захотелось ткнуть пальцем.
– Буду знать, – кивнул Игнат. – Если будут проблемы с курсовой, обращусь.
– Эй, но я же журналист! – возмутилась я. – В твоих предметах я не разбираюсь!
– Шучу, – весело рассмеялся он. – А ты не раскидывайся обещаниями направо и налево. Твоего «спасибо» было вполне достаточно. И да, еще кое-что. – Его пальцы замерли на ручки входной двери, будто бы Игнат не хотел входить в дом, пока не скажет это.
– Что?
– Вчера я не отдал тебе подарок. Но он ждет тебя в библиотеке. С днем рождения. И будь счастлива.
От этих слов я оторопела, но ничего не успела ответить – Игнат рванул за ручку и оказался внутри. Ускорил шаг и скрылся за одной из многочисленных дверей особняка, оставив меня в растерянности, впрочем, очень приятной. Я даже о головной боли и тошноте забыла – так меня заинтриговали его слова. Ничего не понимая, я направилась в библиотеку и действительно нашла подарок – большой фирменный пакет с логотипом известного бренда. В нем лежала коробка с ленточками, а уже в ней находилась небольшая красивая сумка из темной кожи какого-то совершенно невероятного качества. Со стильным съемным ремнем, идеальными строчками и серийником, который подтверждал, что передо мной оригинальная вещь. Я сразу поняла, что сумка дорогая, но когда нашла ее в официальном интернет-магазине французского дома моды, мне стало плохо. Я все еще не привыкла к деньгам, которые были у Елецких.