Анна Джейн – Разреши любить. Навсегда со мной, навсегда моя. Книга 1 (страница 11)

– Садись, сладкий, – сказал он. – Как доберешься, напиши папочке, чтобы я не беспокоился.

– Напишу, – пообещал Серж, закрыл дверь, и машина плавно тронулась с места. Иронично, но за рулем сидела девушка – Серж видел на руле ее короткие пальцы с длинными ногтями самого проигрышного и пошлого красного оттенка, украшенные крупными стразами. Впрочем, и макияж у нее был довольно неряшливый и вульгарный – Серж видел это в зеркало заднего вида.

– С другом гуляли? – кокетливо спросила девушка.

Она то и дело пыталась заигрывать с Сержем, а ему почему-то казалось, что они знакомы, но вспомнить ее не мог.

– Да, – коротко ответил Серж

– Ваши девушки отпускают вас так поздно?

– Простите?

– Говорю – ваши девушки вам разрешают так долго гулять с друзьями? Я вот своему не позволяю. В одиннадцать как штык должен быть дома, – заявила девушка.

– А сами ночами не появляетесь, – с полуулыбкой заметил Серж.

– Так я ж работаю, пока этот олень чилит дома, – возмутилась девушка. – Не может нормальную работу найти. А я вот таксую. Между прочим, можно нормально так зарабатывать, если каждый день кататься. А что? Удобно. Гоняешь по городу, клиентов развозишь, но и на себя всегда время есть. Учусь на заочке, когда нужно, иду на сессию. Начальника нет. Делаю, что хочу. Бабки получаю каждый день.

– Здорово, – равнодушно ответил Серж, мысленно возвращаясь к их с Игнатом разговору в баре.

Только вот девушка за рулем его равнодушия не поняла и продолжала:

– Я, конечно, нормально получаю, не жалуюсь и все такое, но где взять нормального мужика?

– Нормального? – рассеянно спросил Серж.

– Ну, при бабле. Чтобы он работал и тебя содержал, а не ты его, – усмехнулась девушка. – Мне мой капец как надоел. Целый день пиво пьет и в дотку гоняет с пацанами. Я уже устала тащить эти отношения, если честно, – призналась она, тормозя на светофоре.

– Тогда бросайте его, – сказал Серж все так же равнодушно. Перед глазами был образ Ярославы в объятиях Игната.

– Ну как без мужика? – вздохнула девушка и повернулась к нему. – А у вас подруга-то вообще есть или вы одинокий?

Градус кокетства в ее голосе явно зашкаливал. Серж поднял на нее взгляд и вдруг понял, почему она показалась ему знакомой. Это была та самая девчонка, в которую он когда-то давно влюбился и осмелился признаться. А она показала его валентинку остальным. «Смотрите, что этот жирный урод написал, мне так стремно», – зазвучали в его голове язвительные слова из прошлого. А следом – громовой смех одноклассников.

Получается, психотерапевту он солгал. Увидел – и вспомнил. Только она так изменилась. В худшую сторону, к сожалению. Надо же, он думал, что девушка за рулем лет на семь старше него, а они ровесники.

– Так у вас подруга жизни есть? – повторила она.

– Нет, – ответил Серж, и девушка оживилась, стала кокетничать еще больше, ничуть не смущаясь, что клиент не реагирует на ее слова.

В пол-уха слушая ее, Серж думал – знала бы она, кого отшила много лет назад. Он ведь мог дать ей все. И ей бы не пришлось работать за двоих, содержа парня-бездельника. Он был бы преданным до конца. Преданность – это все, что он умеет. Но… Возможно, без боли прошлого не было бы его настоящего. И он бы не стал тем, кем является сейчас. Забавно.

Высунувшись из окна машины и глядя на звездное небо, Серж вдруг подумал – он все-таки выбрал себя. Потому что считал правильным уступить лучшему другу. И потому что не хотел его терять. Пусть Игнат с Ярой будут счастливы. А эта ноющая боль в груди когда-нибудь пройдет. Не может ведь она быть вечной. Возможно, психотерапевт права, и он действительно может любить только через боль.

Часть вторая. Чувства

Глава 6. День, когда пошел первый снег

После дня рождения прошла неделя, и я почти оправилась от произошедшего, по крайней мере старалась так думать, хотя время от времени в людных местах на меня накатывал жуткий страх. Вдруг меня снова попытаются похитить? И сделать что-то ужасное? В такие мгновения я начинала беспомощно оглядываться по сторонам, пытаясь унять дрожь в пальцах. Если рядом была Стеша, она брала меня за руку и успокаивала, понимая, что со мной происходит. С ее помощью я быстро справлялась со страхом, но до конца изгнать его из себя не могла.

Сейл в университете больше не появлялся. Стеша принесла новость, что он под арестом вместе со своим дружком, с которым издевался над беззащитными девушками, – об этом говорил весь факультет международных отношений. С Окс и Ритой мы больше не общались. Я позвала их на разговор в понедельник перед парами, как только пришла в университет. Мы вчетвером пошли на четвертый этаж, в укромный уголок рядом с закрытым женским туалетом. Сначала девочки строили из себя дурочек.

– Зачем вы это сделали, девочки? – прямо спросила я, внутренне понимая, что это конец. Конец нашей трехлетней дружбы.

Они переглянулись.

– Ты о чем? – удивилась Рита.

– О том, что произошло в клубе, – сквозь зубы процедила я, с отвращением вспоминая момент, когда меня нес на руках какой-то незнакомец, а я даже слова сказать не могла, чтобы попросить помощи.

– А что там произошло? – сделала большие глаза Рита.

Стеша, стоявшая за моей спиной, шумно выдохнула – она злилась.

– Вы серьезно? – нахмурилась я, чувствуя не только злость, но еще и отвращение. – Подставили меня и делаете вид, что все хорошо?

– Я-а-ар, не понимаю, ты про что? – похлопала ресницами Окс. – Вы с Раевской куда-то пропали из клуба, на звонки не отвечали. Я думала, вы свалили вдвоем куда-то, а нас кинули.

– Вот-вот, – подхватила Рита. – Я на вас, между прочим, обиделась! Подруги, называется! Бросили нас и свинтили. Мы вам надоели? Или решила провести время в более дорогом месте, а нас брать не захотела?

– Это было максимально неприятно, – вставила Оксана, надув губы.

– Да что вы? – прищурилась я, поражаясь такому нахальству. – Переживали, наверное, бедные? – Девочки переглянулись. А я продолжала: – Поставлю вопрос иначе – сколько?

– Что – сколько? – осторожно спросила Рита.

– Сколько вам заплатили за предательство? – задала я вопрос, от которого стало противно. Три года дружбы ушли в никуда.

– Какое еще предательство? – спросила Рита высокомерно. – Что ты несешь, Черникова?

Однако Окс, в отличие от нее, вдруг перестала строить из себя идиотку, и неожиданно зло сказала:

– Достаточно, чтобы купить путевку в Турцию нам обеим.

Я хотела ударить подругу – бывшую подругу – по лицу. Но не стала, сдержала себя.

– Продешевили, девочки, – сказала я тихо. – Надо было просить дороже.

– Обидно, что так мало стоишь? – прищурилась Окс, у которой покраснели щеки и шея. – Ну, детка, извини, сколько получилось взять, столько получилось.

– Эй, ну ты чего, – попыталась вмешаться Рита, которая явно почувствовала себя некомфортно. – Яра, ты просто не так все поняла…

– Нет, ты так все поняла! – прошипела Окс, и я не узнавала ее: перекошенный от ярости рот, ненависть в глазах, которые раньше казались улыбчивыми. – Сейл предложил нам бабки за то, чтобы мы привезли тебя в клуб. Мы два раза пытались, и во второй раз ты соизволила поехать, аллилуйя! Извини, Ярочка, у нас, в отличие от тебя, нет такого обеспеченного папочки! Хотя и до него ты с матерью жила небедно! А у нас с Риткой родители простые, столько бабла не имеют.

– Да хватит, ты чего, – попыталась успокоить ее Рита, белая, как мел, но Окс было не унять.

– А что? Пусть знает! Ты зажралась, Черникова! У тебя теперь есть все, что хочешь! А у нас? Ни фига. Ни айфонов, ни брендовых шмоток! На учебу ездим на автобусе и метро! А ты с личным водителем рассекаешь! Нам с Риткой даже степуху не платят, а тебе повышенную дают! – Она едва ли не брызгала слюной от ненависти, которая была такой сильной, что мне стало не по себе.

– Яра, в отличие от вас, отлично учится! – встряла Стеша, которая до этого молчала. – А вы задницы в универе протираете! Нужны деньги – идите работать, идиотки! Только что-то я не припомню, чтобы вы работали хоть где-то!

– Да захлопнись ты, – попыталась заткнуть ее Окс, но Стешу было не унять. Ее плечи расправились, глаза горели огнем, а каждое слово было громким и четким – она будто гвозди забивала словами.

– Все, что вы делаете, так это ходите по тусовкам, бухаете и клеите парней, а потом ноете, что они вас кинули! Ах, да, забыла о вашей супер-способности— предавать друзей! Офигенно устроились, девочки, так держать! В жизни многого добьетесь! Ведь впереди еще так много людей, которых можно кинуть. Глядишь, не только в Турцию съездите, а и куда подальше! Вы знаете, что эта тварь хотела сделать с Ярой? Нет? Усыпить, а потом изнасиловать, еще и на камеру снять. Классно, да? – тяжело дыша от ярости, спросила Стеша, прожигая взглядом бывших подруг. – Слава Богу, Елецкий помог, и ничего не случилось. А если бы его не оказалось рядом? Вы бы нормально жили, зная, что из-за вас у человека сломалась жизнь?

– Мы же не знали! – закричала Рита, с каким-то отчаянием глядя на меня. – Думали, он влюбился в Яру или что-то еще! Окс, ну скажи, что не знали! Окс!

Та лишь грязно выругалась, и Рита поняла, что Оксана все знала.

– Ты же мне говорила, что он нормальный… – прошептала Рита, бледнея еще больше, – у нее даже губы посерели.

– А ты типа сама не понимала? – усмехнулась Окс. – Не ломай комедию, подруга. Все ты прекрасно понимала. Да плевать, поедем в Турцию, оттянемся в пятизвездочном отеле, потусим на побережье, найдем себе турков.