Анна Джейн – Нежеланная невеста. Наследница Черного дракона. Книга 1 (страница 3)
Глава 2
Гвардейцев и магов, сопровождающих принца, выпроводили. Ректор, утирающий со лба пот секретарь, магистресса Вайрис и седой маг из Высшего магического совета заняли роскошные диваны. Я так и осталась стоять у окна. А принц уселся в огромное кресло, которое явно обычно занимал глава академии. За его спиной, будто каменные истуканы, застыли двое телохранителей — тот самый длинноволосый с кинжалом и симпатичный платиновый блондин, который на первый взгляд казался хрупким: среднего роста, стройный, с миловидным одухотворенным лицом, бронзовой кожей и лиловыми глазами. Но эта хрупкость была обманчива: второй телохранитель Даррела — серый дроу. Так называли детей, рожденных в союзах дроу, то есть темных эльфов из Запретного леса на северо-западе империи, и обычных людей. О ловкости, силе и жестокости дроу ходили легенды, однако они были верными до последней капли крови и имели свой кодекс благородства.
Наверное, телохранители сопровождают принца круглосуточно. Вот, значит, от кого он сбежал в тот раз…
— Итак, я хочу знать, почему вы решили, что это… эта адептка — моя невеста, — потребовал Даррел, закинув ногу на ногу. Голос его был спокойным, но в нем слышалась властность.
Ректор кинул на меня быстрый взгляд и ответил:
— По особому распоряжению его величества сегодня в полночь я должен был познакомить вас с будущей невестой, ваше высочество. Мне дали четкое указание, что невеста — госпожа Изабелль Бертейл.
Принц прикрыл глаза, а я, напротив, широко их распахнула. Все происходящее казалось сном. Диким, нереальным сном! Я действительно невеста принца? Светлая Тэйла, спаси меня!
— Далее, — велел принц.
— Однако произошла какая-то накладка, ваше высочество. Мы пришли, и вы сами все видите… Почему госпожа Бертейл в таком виде, Брэнкс?! — рявкнул ректор дрожащему как лист секретарю.
— Вы мне сказали привести адептку Бертейл в ваш кабинет как можно скорее, не медля ни секунды. Я и привел. Какой была, такой и привел, — запинаясь, ответил секретарь. — Я с ней ничего не делал, клянусь! Госпожа Бертейл, подтвердите!
— Ничего не делал, — повторила я растерянно. — Утащил меня из комнаты и велел идти за ним. А зачем — не сказал.
— Всемилостивые светлые боги, что с вами произошло, госпожа Бертейл? — изумился ректор. В его голосе было столько заботы, словно он мне родным дядюшкой приходился. Ишь как перед принцем себя ведет!
Что ж, хотите правды — будет правда.
— На меня напали, — честно ответила я, решив, что скрывать нечего. Да и никто не поверит, что я споткнулась и упала. — Четыре старшекурсницы со стихийного факультета.
И для декана нашего факультета, и для ректора эта информация оказалась неприятной и неожиданной. Первая сощурилась. Второй закашлялся — словно крошкой хлеба подавился.
— Назовите их имена, — велела магистресса Вайрис.
— Кэрилл Баллард, Диала Форст, Мэридит Лайс, Ада Мервик, — послушно перечислила я.
Четыре старшекурсницы-подружки, магини со средним уровнем силы, из богатых семей. Красивые, популярные, успешные. Высокомерные до ужаса. И не ставящие таких, как я, ни во что.
— С какой целью они напали на вас? — сухо спросил ректор.
— Один высокопоставленный адепт-старшекурсник затаил на меня обиду из-за того, что я отказала ему. Не провела с ним ночь, — тихо произнесла я, глядя на принца, который от моих слов сжал руку в кулак. — Теперь я стала его мишенью. Он натравливает на меня других…
— Что творится на вашем факультете, магистресса Вайрис? Вы можете объяснить? — поинтересовался ректор, и я знала, что он сдерживается от криков только из-за присутствия принца.
— Пока что нет. Но я обязательно во всем разберусь, будьте уверены, — твердо пообещала декан. Хоть она и сохраняла спокойный вид — по той же причине, что и ректор, — но была в ярости. Уж я-то знала!
— Стихийный факультет много лет славился товарищеским духом и благородством! А теперь я слышу о травле! Это недопустимо, чтобы какой-то адепт разрушил годами создаваемую атмосферу! Разберитесь со своими учениками, магистресса Вайрис! — И ректор грохнул кулаком по столу.
Мужчиной, надо сказать, он был немаленьким — боевой маг как-никак, который раньше и деканом боевиков был. Потому стук получился громкий. Бедный секретарь аж подскочил, а его высочество поморщился.
— Этот адепт не со стихийного факультета, а с боевого, — вздохнула я. Даррел-то оттуда, хотя тоже владеет стихийной магией. Он кинул на меня еще один недобрый взгляд. Я же старалась выглядеть достойно, несмотря на внешний вид, но сердце билось испуганно и часто.
— С боевого? — переспросил ректор.
Мои слова, кажется, ранили его в самое сердце — вид у главы академии стал растерянным. Еще бы, факультет боевой магии был его гордостью, его любимцами! А тут такое!
— Надо же, адепт-боевик заставляет моих стихийников нарушать правила академии, ужасно, — нараспев сказала магистресса Вайрис.
— Это недопустимо в академии Эверлейн! — повысил голос ректор. — Я лично во всем разберусь. Тот, кто посмел устроить травлю, будет исключен. Несмотря на то, с какого он факультета.
Ха-ха, посмотрю, как они принца исключают! Его потом император с должности ректора исключит.
— Боюсь, что это невозможно, — тихо сказала я. — Это сын
— Назовите имя, госпожа Бертейл, — потребовал ректор. — Уж поверьте, кто бы он ни был, этот адепт понесет заслуженное наказание. У нас перед законом равны все.
Ага, только кто-то равнее прочих. Кто-то с короной на голове — в прямом и переносном смысле. «Думаешь, я скажу им,
— Он запретил мне говорить его имя, — напустила я слез в голос.
— Говорите, милая, — ласково сказал ректор. — Ничего не бойтесь. Думаю, его высочество накажет того, кто посмел так грязно вести себя с его невестой. Да, ваше высочество?
У принца сделался такой вид, будто пролетавшая над ним чайка случайно оставила след на безупречном костюме.
— Разумеется, магистр Эстерр, — тихо сказал он.
Накажет самого себя? Ой не могу, умора! Встанет перед зеркалом и начнет бить себя по щекам? Или попросит телохранителей отвесить пару пинков под зад?
— Отправим засранца в каземат Шарранской тюрьмы! — заявил ректор, всеми силами желая завоевать расположение его высочества и не зная, что говорит о нем же. — После всеобщего порицания в академии. Жаль, что порку отменили. Так бы я его лично высек кнутами. А после еще и его высокопоставленному папаше достанется за то, что сыночка воспитать не мог. Негодяй!
Знал бы ректор, что говорит об императоре… Ему бы плохо стало на месте. Он бы потом себя сам высек, бедный.
— А может быть, вы лжете? — вдруг ровным тоном спросил принц. — Может быть, пытаетесь что-то скрыть? Не делали ли вы чего-нибудь отвратительного этому адепту?
— Нет, что вы, ваше высочество, я действительно стала жертвой этого ужасного человека, который решил со мной поиграть, — ответила я смиренно. Пусть радуется, что не назвала его имени! Хотя, даже если бы и назвала, ничего не изменилось бы. Кто я — и кто он? Звезда и пыль. В роли звезды, разумеется, его козлиное высочество.
Даррел попытался прожечь меня насквозь ледяным взглядом, и я, не удержавшись, показала ему кончик языка — кроме принца, этого никто не видел. Он вспыхнул. А нет, видел. Вернее, видела — магистресса Вайрис. Она погрозила мне кулаком, и я опустила взгляд. Вот же неудача. Очередная. Это все Даррел виноват. Он несет за собой неудачу, как ведьма-чернословница.
Пока ректор распинался, что во всем разберется и накажет виновных, Даррел, изловчившись, провел большим пальцем по шее и нагло ухмыльнулся. Мол, хана тебе, крошка. Скоро отправят тебя на рудники, только подожди немного. Уж я-то позабочусь.
Не ответить я не могла. С моих пальцев соскользнула струйка дыма и сама собой сложилась в полупрозрачные буквы: «Дурак». Я знала, что мне конец. Явно произошла какая-то грандиозная, нелепая ошибка — быть невестой принца я никак не могла. Меня точно ждут лишение магии и рудники, так что еще одно оскорбление его высочества уже не сыграет никакой роли. Одним преступлением больше, одним меньше. Какая разница. Зато на душе чуть-чуть, но легче.
Даррел прочитал мое послание, которое почти сразу растворилось в воздухе. И улыбнулся — широко и недобро. А после щелкнул пальцами, и ко мне помчалась тонкая ледяная стрела. Да только попала она прямо в лоб секретарю, который зачем-то привстал. Крайне не вовремя, надо сказать. Стрела зашипела и растаяла, оставив на лбу обалдевшего секретаря влажный след.
Я нервно захихикала. Магистресса Вайрис, которая опять все видела, удивленно приподняла бровь и снова погрозила мне кулаком. Она явно не понимала, почему наследный принц Вечной империи и простая адептка ведут себя так… странно. Длинноволосый телохранитель принца тоже это заметил и изумленно приподнял и без того изогнутую бровь, однако его лицо тотчас снова стало каменным.
— Ваше высочество, прошу вас, проявите милосердие! — заорал побледневший секретарь, склонившись в три погибели. Наверное, решил, что Даррел решил его прикончить.
— Ваше высочество, прошу вас, давайте отложим наказание до завтра! — взмолился ректор, у которого, видимо, тоже были такие мысли. — Мой секретарь поступил непристойно и ответит за все!