Анна Джейн – #НенавистьЛюбовь. Книга вторая (страница 77)

Наконец я вспомнил Савицкого. Понял, почему его морда казалась мне такой знакомой. Потому что я видел его пару раз в инстаграме Каролины. Влад Савицкий был ее бывшим. Они не просто знали друг друга. Они общались, встречались, спали. И делали вид, что незнакомы.

Наверное, я должен был злиться, кричать, бить кулаком по стене, но я просто пошел на балкон, достал новую сигарету и закурил, глядя в серое, изодранное в клочья небо и выпуская дым, мгновенно растворяющийся в холодном стеклянном воздухе. В груди бился живой огонь, который не мог ни потухнуть, ни вырваться, чтобы спалить все дотла. Это спокойствие пугало меня самого.

Неестественное спокойствие. Как затишье перед грозой – грозой, которую сложно будет пережить. Я затянулся во второй раз, а на третий почему-то вспомнил, как однажды гулял с Дашкой и сказал, что могу закурить, когда на пределе. «Не кури, Дань, – сказала она мне тогда, – вредно же. Обещай, что больше не будешь?» – «Обещаю», – ответил я, любуясь ее улыбкой – ну ладно, ладно – ножками. А теперь нарушил обещание. Четвертый раз я не стал затягиваться – затушил сигарету и выбросил. Несколько долгих безмолвных минут я смотрел в небо, собираясь с мыслями и пытаясь восстановить картину того, что произошло вчера. А потом набрал номер Каролины.

Глава 18

Будь счастливой

Она не сразу ответила, раздалось почти десять долгих гудков. Почему-то я был уверен, что Каролина слышит, что я звоню, но не берет трубку: не знает, что сказать после того, что произошло ночью. Я думал, что она так и не ответит, но Каролина все-таки решилась.

– Привет, Дан, – услышал я ее тихий голос. Болезненный. Надломленный.

– Привет, – я говорил как обычно.

– Я… Послушай… Дан… – Каролина явно не знала, что сказать. – Я не хотела, чтобы ночью… Чтобы ночью так вышло. Я была пьяна. Не понимала, что делаю. Это ужасно. Это ужасно, правда? – с какой-то неестественной надеждой спросила она меня. – Мне безумно стыдно за все это.

Каролина говорила что-то еще – про то, что не ожидала сама от себя такого поведения. Что сама себе противна. Что не знает, как теперь смотреть мне в глаза. Что проплакала весь день. Что ей ужасно плохо. Странно, но ее слова оставляли меня равнодушным. Я просто слушал ее, разглядывая лохмотья неприветливых туч, идущих на город с востока.

– У меня вопрос, Каролина, – сказал я, когда она, выговорившись, замолчала.

– Какой? – прошептала она.

– Он твой бывший парень? – прямо спросил я, решив, что не имеет смысла лукавить и юлить.

– Что?

– Влад Савицкий – твой бывший?

Каролина замолчала. Она явно не ждала, что я буду говорить об этом. В ее молчании была паника. В моем – усталость.

– Ты меня слышала? – почти четверть минуты спустя повторил я.

– Почему ты так решил?

– Просто ответь.

– Я хочу знать, почему ты так решил! – повысила голос Каролина.

– Хочешь поиграть в «Докажи мою вину»? – усмехнулся я. – Не выйдет, детка. Если ты хотела скрыть этот прелестный факт, надо было удалить совместные фото не только у себя, но и у своих подружек. Но уже можешь не просить их – я нашел все, что хотел.

– Господи, Дан… Я не знаю, как так вышло. Это нелепое стечение обстоятельств! Как же объяснить, боже…

– Не надо ничего объяснять. Просто скажи – зачем?

Она снова замолчала. Я слышал лишь ее дыхание.

– Зачем понадобилось лгать, играть со мной? – спрашивал я. – Это было весело? Или бывший заставил тебя это сделать? А может, он и не бывший вовсе?

– Я не знаю, как объяснить, Дан, – всхлипнула Каролина. – Я… я не хотела обидеть тебя. Не собиралась играть! Я просто… просто хотела помочь. Понимаешь?

– Нет, – честно ответил я.

– Да, Влад – мой бывший. Ты прав. Мы нехорошо расстались. Очень нехорошо. Он полнейший отморозок! И он все еще влюблен в меня, понимаешь? Я думаю, Влад сблизился с Дашей, чтобы отомстить тебе. Он всегда ревновал меня к тебе. После того как Влад наглотался наркоты и попал в аварию, едва не убив человека, отец временно выслал его в ваш город, к тетке. Влад, наверное, решил, что это его шанс отомстить тебе. И мне, потому что ты действительно мне дорог, – призналась Каролина. – Мне плохо, когда плохо тебе. Я… я чувствую твою боль, как свою.

– Как он захотел отомстить мне? Уведя Дашку? – все так же спокойно поинтересовался я, чувствуя жжение в груди.

– Да, наверное, так. Он не мог пройти мимо того, что случилось в клубе. И решил уколоть посильнее, поставив такое условие: ты бросаешь Сергееву, а он ее защищает. – Каролина сделала паузу. – Мы встретились сегодня утром. Около университета. Я хотела, чтобы он остановился. Чтобы просто помог Даше. Чтобы не трогал тебя. Но знаешь, Дан, он только смеялся. Предложил мне переспать с ним. – Она засмеялась. – Я сказала, что согласна. А он еще больше рассвирепел. Сказал, что я тряпка. А еще говорил, что я появилась очень вовремя. Влад увидел меня рядом с тобой и чуть с ума не сошел от ревности. Поэтому решил поменять условие. Захотел, чтобы мне тоже было больно. Заставил тебя притворяться моим парнем.

Странно, но мне было плевать на то, что говорила Каролина. Я продолжал думать о Дашке и о том, что должен буду бросить ее. Совсем скоро.

– О’кей, пусть так. Почему ты сразу же не поставила меня в известность, как только увидела его?

– Он явно дал понять, что не хочет, чтобы я говорила о нашей связи. Я просто испугалась, Дан. Не за себя. За тебя. Влад… Наверное, он хороший человек, но… Но он хотел мне отомстить. Боже, это я виновата, что он поставил такое условие. Опять я. Я всегда все делаю неправильно, – выдохнула она испуганно. – Если бы я не увязалась за тобой…

Не договорив, она резко замолчала, как будто закрыла рот рукой.

– Я понял тебя, Каролина, – отстраненно ответил я. – Спасибо за информацию.

– Не говори со мной так.

– Как?

– Кричи, ругай, обзывай, но не будь таким равнодушным. Я боюсь твоего равнодушия, – призналась вдруг Каролина.

– Я тебе нравлюсь? – спросил я. Пошел редкий дождь.

– А как ты думаешь? – с несвойственной для себя горечью спросила Каролина.

Я ничего не ответил – зашел в квартиру и громко захлопнул балконную дверь. Часы на стене говорили, что мне пора ехать в университет.

– Дан, ты еще здесь?

– Здесь.

– Скажи, я должна знать. Для меня это безумно важно. Мы останемся друзьями? – задала она идиотский вопрос.

– А как ты думаешь? – поинтересовался я.

– Дан… Прости. Пожалуйста.

– И, Каролина, не предлагай себя всем. Ты ведь не такая. Раньше не была такой. – На этом я сбросил вызов.

Я ехал в университет, как на плаху. Обреченный, на четверть убитый. С каждой минутой огонь в груди становился все жарче, грозя спалить и сердце, и душу. Как назло, даже пробок толком не было и всюду горел зеленый свет. Я делал все, чтобы замедлить приближение встречи с Дашкой, но получалось плохо. Знал, что надо позвонить заранее, но не мог заставить себя сделать это – боялся, что не выдержу, расскажу ей все как есть. А это было для меня слишком большой, непозволительной роскошью. Я неустанно напоминал себе, что на кону стоит ее безопасность. Что может быть важнее?

Когда я был уже неподалеку от университета, разразилась гроза. По-осеннему хмурая, без майской удали и июньской свежести. Удушающая, зловещая. Неминуемая. На парковке я встретился с тем самым парнем, который следил за Дашкой, заплатил ему и спросил, не было ли чего странного.

– Все спокойно, чувак, – ответил он. – Вообще не понял, зачем ты просил за девочкой присматривать. Может, Алан тебя припугнул просто?

– Нет, – покачал я головой, смотря на корпус, в котором учились переводчики. Окна аудитории, в которой сейчас занималась Дашка, выходили на другую сторону.

– Ну смотри, если еще понадоблюсь – звони, – отозвался приятель и вышел из моей машины. Через пару минут я тоже покинул ее и направился к корпусу. Дождь и ветер хлестали по лицу. Будто заранее наказывали.

Дашке я позвонил сразу после того, как у нее закончилась четвертая пара: знал ее расписание наизусть. Чего мне только стоило решиться на этот звонок – сердце едва не выпрыгнуло из груди, когда я услышал ее голос – обеспокоенный и чуточку обиженный. До безумия родной.

– Я приехал. Встретимся у тебя в корпусе? – с ходу предложил я.

– Давай, – осторожно согласилась Дашка. И я готов был поклясться, что по моему голосу она уже что-то поняла.

– В холле рядом с языковым центром. Идет?

– Идет.

– Тогда через пять минут буду.

– Дань, а что случилось?.. – спросила она, но я резко отключился.

Дашка пришла быстро, а я стоял в стороне, за дверью, ведущей на лестницу, и смотрел на нее. Боялся – как последний трус. Я не хотел ее бросать. Не хотел от нее отказываться. Я не мог. И все-таки покинул свое убежище. Огонь в груди трещал и искрился.

Дашка увидела меня издалека, тотчас вскочила с диванчика и бросилась ко мне. В ее глазах было столько нежности, что я пошатнулся. А когда она меня обняла, я понял, что окончательно пропал. Мне хотелось прижать ее к себе, привычно запустить пальцы в волосы, поцеловать, но я не мог. Я не имел на это права, черт возьми!

На секунду, все же не выдержав, я обнял Дашку в ответ – осторожно, словно она была чужой. А потом отстранился, удерживая за плечо, чтобы сохранить между нами дистанцию.

– Дань, что такое? – испуганно спросила Дашка.

– Нам нужно поговорить. Садись, – сказал я. Сам не знаю, откуда во мне появилось столько обреченного спокойствия.