Анна Джейн – Кошмарных снов, любимая (страница 33)

Джесс увидела на ее глазах слезы и поняла, что мать старше, чем кажется.

– Мама, – жалобно сказала Джесс и положила голову ей не плечо. Слезы резали глаза, как лезвия.

Они долго просидели так в полной тишине.

Миссис Мэлоун ушла спустя несколько часов, пообещав, что вернется завтра.

– Я хочу домой, – сказала, как маленькая, Джесс.

– Скоро тебя отпустят, дорогая, – сказала мать и погладила ее по волосам. – Ты помнишь о своем обещании?

– Помню, – сказала Джесс.

В палате она оставалась одна недолго. Вскоре с обходом пришел доктор Ричард Синглтон – привлекательный мужчина средних лет с английским акцентом. Они долго разговаривали, и в числе прочих вопросов он неожиданно задал следующий:

– После сотрясения, до того как попасть к нам, вы принимали лекарства. Мисс Мэлоун, кто вам их назначил?

– Доктор Хендерс, – пожала плечами Джесс.

– Стюарт Хендерс? – уточнил мужчина.

Его лицо вытянулось.

– Да. Он работает в вашей клинике. А что?

Доктор Синглтон откашлялся.

– Вместо седативных средств он назначил вам аналептики. Если говорить простыми словами, вместо того, чтобы принимать средства, успокаивающие вашу центральную нервную систему, вы принимали средства с возбуждающим действием.

– Зачем? – только и спросила Джесс.

– У меня нет идей на этот счет, мисс Мэлоун. К сожалению, доктор Хендерс больше не работает у нас, – крайне осторожно сказал доктор Синглтон, помня наказ администрации. – Поэтому задать вопрос по назначению препаратов мы не сможем. Однако могу обещать, что комиссия по этике будет разбираться с этим случаем. Халатность доктора Хендерса будет наказана, можете не волноваться.

Он что-то не оговаривал.

– Мне все равно, – устало сказала Джесс и вдруг призналась, пристально глядя в глаза доктора:

– Я видела галлюцинации.

От ее немигающего взгляда он вздрогнул.

Джессика Мэлоун пугала, несмотря на свою внешнюю болезненную красоту. Доктор Синглтон придерживался определенной этики в отношениях с пациентами, однако Джессика чем-то неуловимо манила его. Хрупкая, бледная, беззащитная, с большими всегда настороженными глазами – было в ней что-то темное, почти декадентское, но притягательное.

– Ожившее огородное пугало больше шести футов в росте, – продолжала девушка. – С алыми глазами, головой сшитой из мешка. И безумной улыбкой.

– Вот как.

– Оно хотело меня убить, – прошептала Джесс.

Доктор Синглтон почувствовал странный порыв – обнять пациентку, попытаться успокоить, однако воздержался от столь необдуманных действий и сухо сказал, что это были побочные эффекты психотропного вещества. И добавил еще раз, что с некомпетентными действиями доктора Хендерс будет разбираться не только комиссия по этике.

Джесс смотрела на него насмешливо.

«Я видела галлюцинации до того, как стала принимать препараты доктора, мать его, Хендерса, придурок», – раздраженно подумала она. Но вслух лишь поблагодарила его.

Не успел доктор в сопровождении медсестры выйти из палаты, как в нее ворвались полицейские: знакомый капитан и два детектива, одного из которых Джесс не знала.

– Мэлоун! – заорал капитан так, что девушка испугалась. – Вы держите меня за идиота?!

Джесс сглотнула.

– Не повышайте голос на мою пациентку, – сдвинул брови к переносице доктор Синглтон. – Вы кто?

Вместо ответа капитан сунул ему в лицо полицейский значок. И, тяжело дыша, приблизился к кровати Джесс.

– Потрудитесь объяснить.

– Что именно? – спросил она.

Капитан сел на стул, широко расставив ноги и уперев ладони в колени.

– Хороший вопрос, – сказал он, зло усмехнувшись, и заорал:

– Я же просил ничего не скрывать, мать вашу! Вы до сих пор не поняли? В вашей прекрасной головке так и не уложилась мысль, что происходят гребаные убийства?!

Джесс молчала. Она не понимала, что ему от нее надо.

– Что вы… – попытался было остановить его доктор Синглтон.

– Выйдите! – гаркнул капитан. – Оставьте нас с Мэлоун!

Доктору и медсестре пришлось подчиниться требованиям полицейских.

– Я буду неподалеку, – только и смог предупредить доктор и вышел за дверь.

Джесс осталась наедине с капитаном и двумя детективами, смотря на них испуганно и зло. Она вновь ничего не понимала.

– Объяснитесь, – твердо сказала Джесс.

– Комната Роберта Уолша, – кинул прямо на кровать фотографии капитан, внимательно наблюдая за реакцией девушки.

Она осторожно взяла снимки в руки.

На них было изображено странное узкое помещение, полностью занавешенное фотокарточками. На изображениях крупным планом Джесс обнаружила снимки со своими портретами.

Ее снимали, когда она не видела этого. А после украсили фотографиями грязную крохотную комнату.

– Что это? – почти с отчаянием спросила она, чувствуя себя оскверненной.

Ей казалось, что на нее вылили ведро свиной крови. А на волосы посыпали землю.

Следующей на кровать Джесс полетела фотография, на которой был изображен смутно знакомый мужчина с залысинами. Он улыбался, держа бокал пива и глядя в камеру.

Обычный молодой еще мужчина с веснушками и грубыми, некрасивыми чертами лица.

– Хозяин комнаты – Роберт Уолш. Тридцать четыре года, продавец телефонов в компании «Гуд Старк», не женат, не имеет детей, снимает квартиру в районе Восточного Мэдфорда. Вредных привычек не имеет. Не привлекался.

– Я видела его по новостям, – сказала растерянно Джесс. – Не понимаю…

– Что вы не понимаете, мисс Мэлоун? – сощурился капитан. – Уолш переехал сюда восемь лет назад. Через пару лет после вашего переезда. До этого он, как и вы, жил в Краунфорде. Работал в кафе неподалеку от Хэмптонской старшей школы, в которой вы учились. Интересное совпадение, не правда ли?

Джесс потрясенно молчала.

– Он соорудил для вас настоящий алтарь. Интересно, Уолш убивал, потому что видел вас в других девушках? А я ведь спрашивал, были ли у вас настойчивые поклонники. И вы молчали. Вы кокетничали. А мы могли бы спасти жизнь по крайней мере одному человеку, мисс Мэлоун! И еще кое-что. Ваша подруга, Дайана Мортон, попыталась покончить жизнь самоубийством. Наглоталась таблеток, однако ей вовремя была оказана помощь.

Глаза Джесс расширились.

– На это никто не обратил бы особого внимания, – продолжал капитан, – если бы не записка, которая должна была стать предсмертной. В ней говорилось, что Дайана досрочно отправляет себя к праотцам из-за вас.

– Что? – прошептала она. – Вы серьезно? Дайана?..

– Нет, черт подери, я шучу!

– Позвольте, процитирую, – вмешался один из детективов, доставая телефон и читая с него: «Вынуждена уйти вслед за своей прекрасной подругой Вивьен. В моей смерти прошу винить Джессику Мэлоун и человека, скрывающегося под псевдонимом Убийственный Холод. Дайана Мортон».

– Что вас связывает? – поднял на Джесс тяжелый взгляд капитан.

Джесс молчала.