Анна Дубчак – Забытый дом (страница 29)

Пока говорил, испытывал сильное желание спрятаться, как нашкодивший мальчишка, куда-нибудь под стол, чтобы Ребров не видел его красного лица и глупых глаз. Это же надо было такому случиться, чтобы его задержали и привели к кому, к его же другу, Валерию Реброву, в отдел! Хотя, может, и не стоит ему уже так стыдиться своего поступка. Ведь его целью было на самом деле проследить за Ред, а то, что он наплел соседке, какое сейчас это имеет значение?

— Валера, я вот сейчас подумал и решил, что действовал правильно. Жалею только о том, что не нашел в себе храбрости подкатить к самой Ред, познакомиться с ней. По ее поведению я многое бы понял. Если бы она не поверила мне, расхохоталась мне в лицо или пригрозила вызвать полицию, то я понял бы, что у Блу никого не было. Но если бы затащила меня к себе домой и начала бы выпытывать про свою подругу, я мог бы предположить, что Блу не все рассказывала Ред и что у нее вполне мог бы случиться роман. И если бы ее не смутило, что я намного старше Блу, то допускался бы и такой вариант. Но я все испортил.

— Так, говорите, Ред просто отправилась в магазин? И все? И как долго она там пробыла?

— Недолго. В точности столько, сколько может понадобиться для того, чтобы купить самые необходимые продукты. Плюс кофе для обнаглевшей соседки.

Петр собрался пересказать в подробностях свой разговор с Надеждой Сергеевной, как в дверь кабинета постучали — пришли Женя с Журавлевым.

Ребров вопросительно взглянул на Петра, как бы спрашивая, может ли он рассказать о случившемся. Петр лишь развел руками — разумеется, как иначе?

— Петр Михайлович, да вы просто герой! — выслушав его рассказ, искренне, как показалось Петру, воскликнула Женя. — Мне ли не знать, как сложно знакомиться с людьми и вызывать их на откровенный разговор. Вы так много узнали! Жаль, конечно, что не нашли в себе силы пройти за Ред в магазин. Она могла назначить кому-нибудь встречу в магазине.

— Да с кем ей было там встречаться?! — спросил Ребров. — Вы что-то узнали? Не просто же так пришли.

Женя рассказала о том, что им с Павлом удалось узнать у классной руководительницы подруг и у Веры Авдеевой, близкой подруги убитой Карины Гуляевой.

— Мы же все голову сломали, откуда у девчонок так много денег, теперь же, после разговора с Авдеевой, как бы все складывается — они ограбили соседку, — сказал Павел.

— Да, Вера так и назвала их — бандитки! Сказала еще, что у них глаза нехорошие.

— И что Карину убили вместо Ред.

— Ничего себе! — Ребров покачал головой. — Вот это новости! Значит, надо срочно искать родственника соседки. У него-то, во всяком случае, был мотив. Другое дело, непонятно, как он мог спутать Ред с Кариной. Я понимаю, если бы она приехала в Чернеть во всем красном, во что не верится, да это вообще чушь! Да, я же забыл вам сказать, что наши эксперты выяснили — вся одежда, в которой нашли ее тело, была совершенно новая, дешевая, купленная явно на рынке… И что надевали ее уже на мертвую девушку.

— А это как могли определить? — спросила Женя.

— Я тоже задал этот же вопрос нашему эксперту. Он сказал, что юбка была на пару размеров больше, что уже говорит о том, что вряд ли жертва надела ее при жизни, что приехала в ней. А свитер (красный, разумеется) был вообще надет задом наперед. Видимо, убийца спешил, нервничал…

— И одежду эту красную тоже покупала не Карина, а кто-то другой… Убийца!

— Так, может, Ред и покупала. К примеру, она знала, что за ней охотится племянник убитой соседки, и под известным вам уже предлогом заманила Карину в Чернеть и там затеяла с ней какую-то игру в переодевание… Знаете, вот говорю вам всю эту хрень, даже самому стыдно… Я вот лично не представляю, что можно такого придумать, чтобы меня, скажем, заставить надеть костюм с бабочкой… Разве что для маскарада… Да и то, мне нужно хорошенько выпить, чтобы решиться на это.

— Я уже, кажется, говорила, что Ред (если это была, конечно, она) могла затеять с Кариной какую-то психологическую игру, мол, давай я буду Ред, а ты посмотришь на себя со стороны, — предположила Женя, в сущности, повторяя предположение Реброва, отчего на ее лице появилась кислая мина.

— Бред собачий! Я тоже не могу ничего придумать.

— Знаешь, почему ты не можешь? — поделился своим мнением Журавлев. — Потому что ты — не Ред. А она придумала. Заманила Карину, заставила ее под каким-то своим, оригинальным, предлогом переодеться во все красное, да и оставила там одну, зная, что туда придет убийца. И спустя какое-то небольшое время в дом зашел следивший за ней племянник убитой соседки и задушил ее, думая, что убивает вторую девушку из банды, то есть Ред.

Но, сказав это, теперь уже и Павел, понимая, что его предположение еще более абсурднее других, закрыл лицо руками: разве можно было поверить в такую нелепицу?!

— Слишком много вопросов, — сказал Ребров. — Информации много, и за это вам спасибо, но надо все проверять. И первым делом найти племянника этой женщины. Допросить его. Вот вы все говорите, что Ред сделала то-то и то-то, но когда? Они же вместе с Иваном вышли из дома, он поехал в Выпь, а она пошла в сторону шоссе.

— Валера! Да кто тебе сказал, что она туда дошла? Она могла тотчас же и вернуться! — возразила ему Женя. — Или же пошла к автобусной остановке, чтобы встретить там Карину. Или Карина приехала на такси, Ред могла ей оплатить дорогу наличными. Но вот как она могла так рисковать собой, зная, к примеру, что за ней следит племянник? Да, Авдеева назвала девчонок бандитками, но почему мы ухватились за эту версию? С каждой минутой мне эта история кажется выдуманной, просто Вера ненавидела девчонок, вот и все. Мы же рассказали вам, как Карине кто-то разбил нос… Почему она решила, что это сделала Ред?

— Да Карину могла убить и сама Вера Авдеева, — тихо произнесла Женя, помня о том, что зачастую убийцей оказывается человек, которого подозревают меньше всего. — Да они просто мужика не могли поделить. Но как теперь узнаешь? Разве что установить за Верой слежку и понять, с кем она встречается.

Теперь Ребров схватился за голову. За каждой версией предполагался огромный труд оперативников, экспертов, на проверку каждого предположения могли уйти долгие месяцы.

— Женя, я понял твою мысль, — сказал он, — но проверить каждое предположение — на это могут уйти годы!

— Так уж и годы… — проговорил, поджав губы, Павел. — Но, с другой стороны, я с тобой согласен. Проверять окружение Веры Авдеевой, искать ее возлюбленного, которого они не могли поделить с Кариной…

— Да я это просто так сказала, — отмахнулась от собственного предположения Женя. — Понимаю, что бред бредовый, но уж больно развязка была бы шикарной.

— А мне кажется, что там все гораздо проще, — сказал Петр. — Настолько просто, что нам это и в голову не приходит.

— Вы полагаете? — по-птичьи склонив голову, спросил Ребров, уже уставший от собственного бессилия и того количества безжизненных схем, которые обрушились на него сегодня. Он уважал и даже любил добрейшего и милейшего Петра, но в глубине души злился на него за то, что и он заразился вирусом расследования, что решил поиграть в следователя, подражая Жене, и чуть не наломал дров, выдав себя за любовника пропавшей Муштаковой. Это насколько же к нему благоволит судьба, что звонок неравнодушной соседки Ред, проскользнув по цепи звонков от дежурной части отдела полиции до следственного отдела следственного комитета, дошел до Реброва!

— Петр Михайлович, — вдруг начал он о чем-то догадываться. — Быть может, во время разговора Ред с соседкой (вы же находились рядом и все слышали) прозвучала моя фамилия?

— А то как же! — оживился Петр. — Ред считает вас зверем. И фамилию твою, Валера, назвала. И пожаловалась, что ее не накормили.

— Врет она все! Кормили ее… Другое дело, что ей не понравилась еда.

— Интересно, чем кормят задержанных?

— Консервами, кашей с мясом, например, печеньем, чай дают. Так, значит, эта Надежда Сергеевна сначала позвонила в полицию, попросила связать ее со мной, ей дали телефон нашего дежурного и вот только после этого соединили со мной. Ясно. И все-таки, Петр Михайлович, что вы имели в виду, когда сказали, что дело простое.

— Не дело, а схема. Я пока ответить не могу, но просто чувствую, что преступление это очень простое. И, возможно, без мотива.

— Ах, вот так даже…

— Я подумаю и потом тебе все расскажу.

— Петр, вы можете назвать адрес или просто показать магазин, в котором покупала продукты Ред? — спросила Женя.

— Конечно! Это как раз рядом с ее домом. Да мы можем прямо сейчас туда поехать, тем более что я оставил там машину…

— Поезжайте, — замахал руками Ребров, — давайте уже! А мне надо работать! Паша, так ты в отпуске или как?

— В отпуске, но я готов прямо сейчас поехать вместе с Женей и Петром Михайловичем, чтобы выяснить фамилию ограбленной соседки Ред, с тем чтобы потом найти ее племянника. Ты же об этом хотел меня попросить?

— Да. Поезжай! Родина тебя не забудет.

— Я вспомнил! — вскричал радостно Петр. — Соседку звали Вера Семеновна!

— Еще одна Вера… — покачал головой Ребров. — Но это уже кое-что.

— Постойте! — вдруг остановилась Женя уже в дверях. — Валера, а что там с экспертизой постельного белья, чья кровь на простыне и наволочке?