Анна Дубчак – Первый выстрел (страница 40)
И добавила, чтобы я больше никогда ее не спрашивал о нем, и она постарается забыть об этой встрече.
Потом она ловко, как только она умела делать, отвлекла меня разговором об официанте, который нас обслуживал. Сказала, что всегда уважала официантов и что сама лично хочет дать ему чаевые. И действительно, пошла к бару, и там они о чем-то говорили, но недолго.
Рассказывая об этом Жене, я заметил, как она кивает головой, словно соглашаясь со мной, возможно, зная что-то большее об этой встрече.
— Официант Андрей — ее друг, — прояснила она. — Когда-то давно он помог ей, и с тех пор она поддерживала с ним отношения. Тем вечером, когда вы пришли с ней в ресторан и она встретилась с тем мужчиной, она не просто пошла к бару, чтобы дать Андрею чаевые, а чтобы попросить его сообщить ей, когда этот человек снова появится там. И вот недавно, буквально за несколько дней до ее убийства, он позвонил ей и сообщил о том, что этот человек пришел. Она моментально приехала. Выглядела она, по словам Андрея, совсем не для ресторана, словно просто поднялась с дивана, переоделась, взяла такси и примчалась, чтобы только успеть застать этого человека. Они поговорили недолго, и она ушла.
— А потом ее убили… — протянул я, почему-то уверенный в том, что этот бледнолицый и есть убийца.
— Последние слова, которые Ольга произнесла при расставании с этим человеком, были «Я не шучу!», — добавил Бронников.
— Это могло прозвучать как угроза, — сказал я. — Вам так не кажется? То есть она ему что-то сказала, что-то такое, что он мог поначалу воспринять несерьезно, словно не поверив ей или даже посмеявшись… Да, точно, она угрожала ему чем-то.
— Да, я тоже так считаю, — сказал Бронников. — Скорее всего, она шантажировала его. Как вы сказали? Она произнесла фразу «Скотина! Воскрес!»?
— Ну да.
— Значит, до этой встречи с ним она была уверена, что его уже нет в живых, — сказала Женя. — Вот чувствую, что там какая-то мутная и очень нехорошая история… Но как узнать, кто он такой и что его с ней связывало!
Я был бессилен им помочь и, даже толком не понимая, почему расследованием занимается девушка, представившаяся подругой Индигерды, и адвокат, надеялся, что им удастся пролить свет на это запутанное дело, найти убийцу. Теперь, когда я понимал, насколько глубоко они погружены в это расследование, можно было предположить, что Женя никакая не подруга Герды, что она представилась так единственно для того, чтобы расположить меня к себе, чтобы я доверился ей. Что же касается участия в этом расследовании адвоката, то можно было предположить, что задержали человека, которого он защищает. И почему-то я был уверен, что эта пара связана с Ребровым.
Промелькнула мысль (жутко неприятная, до тошноты) и о том, что, возможно, сам Бронников был когда-то знаком с Гердой, может, они были любовниками, хотя, может, она просто нанимала его когда-то в качестве адвоката.
Теперь это было не важно. Герду-то не вернешь. Поэтому какая разница, какие отношения связывали ее с Бронниковым, главное, чтобы они помогли найти убийцу.
Я спросил их, известно ли им, кто забрал тело Герды из морга. Они не знали. Признались, что сами прежде предполагали, что это сделали мы с Володей и Данилой.
— Пожалуйста, найдите того, кто убил ее… — попросил я, глотая слезы. — Если нужны деньги, какая-то помощь — я всегда готов. И еще запомните: тот, кто это сделал, никогда ее не любил. Я хочу сказать, что он не был ее любовником, там что-то другое, более серьезное и опасное. Возможно, их связывало другое преступление.
Окончательно раскиснув и заливаясь слезами, словно до меня только что в полной мере дошло осознание моей потери, я попросил их, если им станет что-то известно, сообщить мне дату и место похорон Герды.
26. Сентябрь 2025 г.
— Боря, надо действовать! И незамедлительно, я прямо сейчас звоню Реброву…
— Женя, что с тобой? Успокойся!
Они разговаривали в машине.
Встреча с Растворовым взволновала Женю.
— Послушай, мы с тобой вдвоем разговаривали с Растворовым и, получается, я ничего не понял, а ты будто бы теперь точно знаешь, что делать. Может, не стоит так спешить? Зачем тебе звонить Реброву?
— Борис, — Женя в нетерпении даже сжала кулаки, плечи ее поднялись, окаменев, она уже не владела собой. — Ты пойми, главное, что мы узнали, — это реакция Чумантьевой на появление того мужика в ресторане… Ты запомнил, что она сказала о нем Растворову?
— Конечно. Она сказала: «Скотина! Воскрес!» Я не дурак, Женечка, и понял, что она встретила человека, который считался мертвым. Но кто это? Откуда мы можем это знать?
— Может, ты и не знаешь, мы же раньше не так подробно говорили об этом деле… Но я тебе сейчас расскажу. По соседству от комнаты, где проживала Чумантьева, комнаты, которую она выкупила, когда ей еще не исполнилось и восемнадцати, проживала супружеская пара. Вспоминаешь? Думаю, что я тебе все же рассказывала… Это супруги Еремеевы. Сначала пропала жена, потом муж, короче, оказалось, что их убили. Труп жены нашли в лесу, а труп мужа — в подвале дачи неподалеку от того леса, где была убита жена…
— И что? С чего ты решила, что человек из ресторана и есть тот самый Еремеев? Ты думаешь, за всю жизнь у Чумантьевой была только одна подобная история? И что рядом с ней никто не умирал и никого не убивали?
— Но проверить-то нужно! И знаешь еще почему? Соседка ее рассказывала, что Оля долгое время спать не могла, что ее замучили призраки этих людей… Но если так, то какой напрашивается вывод?
— Ну впечатлительная она была, какой еще вывод?
— А я думаю иначе. Вполне возможно, что Чумантьева как-то замешана в этом убийстве.
— Женя!
— А что, если это она убила жену Еремеева? Может, помогла мужу избавиться от жены или убила случайно. Но они как-то точно связаны, я чувствую это! Они расстались с этим Еремеевым полюбовно, я хочу сказать, кто-то кому-то заплатил за молчание, и он должен был как бы умереть, исчезнуть. И вдруг появился, чем разозлил ее страшно! Воскрес, скотина! То есть она не обрадовалась его воскрешению, а наоборот. И потом еще одна встреча, когда она в том же ресторане, после разговора с ним бросила напоследок, мол, я не шучу… Видимо, она собиралась его отдать на съедение органам. Она могла знать, что он убийца, и шантажировать его, понимаешь?! Она угрожала ему там, в ресторане, где появилась вся такая неприбранная, растрепанная. И он, Еремеев, понял, что она не шутит, что она может рассказать в полиции о том, что это он убил свою жену. Да, это точно сделал он. И труп, который приняли за его труп, на самом деле принадлежал кому-то другому. Боря, мы должны уговорить Реброва узнать адрес того места, где нашли труп Еремеевой, а потом и труп ее мужа. Убийство произошло в 2007 году. Валера поможет, он все выяснит. Отправим туда Сергея, нашего садовника, с фотографией мужчины из ресторана, он справится. Я же не могу разорваться. А потом пусть он поедет в дом, где проживала Чумантьева в Тушино, я скажу ему, в какой квартире живет соседка, с которой я разговаривала и которая больше других знает об Ольге, пусть он и ей покажет фотографию. И я, Боря, больше чем уверена, что все эти люди, с кем Сергей будет разговаривать и показывать фотографию, узнают Еремеева. Вот точно это он! Соседка его сразу узнает, стопроцентно. Возможно, узнают и в дачном поселке, где он мог проживать, снимая дачу и наблюдая за лесом, где зарыл свою жену и где убил мужчину, вложив в его одежду свой паспорт… Мне лично эта история видится именно так.
— Ты все-таки допускаешь, что Чумантьева связана с этим убийством?
— Возможно, они оба убивали его жену. И хотя соседка говорит, что брать у супругов было нечего, они только переехали, даже вроде бы чемоданы не распаковали и пили, но жена-то пропала… А потом нашли два трупа…
— Ты так убедительно говоришь… — Борис задумался. — А что, если Чумантьева никакого отношения к убийству жены не имеет, а если и имеет, то косвенное…
— Не поняла.
— Раз они жили по соседству, то она, Чумантьева, могла оказаться свидетелем убийства. Она могла просто увидеть, как Еремеев убивает свою жену.
— Боря… — Женя закрыла глаза и глубоко вздохнула, как бы готовясь сказать что-то важное. — Боря, ну вспомни про маму! Ей по ошибке вручили кучу денег и перстень!
— Пока не понял…
— Боря, да напряги уже свои извилины! — разозлилась Женя, раздражаясь из-за того, что умный Борис никак не поймает ее мысль. — Вполне возможно, что Чумантьева ничего и не видела, понимаешь?! Она могла просто находиться, к примеру, где-то рядом, может, на балконе или еще где, и ничего не видела и не знает, но Еремеев, уверенный в том, что она — свидетельница, идет к ней и всучивает ей пакет с деньгами, таким образом покупая ее молчание. После этого исчезает и инсценирует свою смерть. А Чумантьева на эти деньги выкупает комнату. То есть она все же как-то причастна к этому убийству, она знает, что Еремеев убил свою жену. Вот почему к ней являются призраки… И вот почему она, в конечном итоге, продает комнату и просто прогуливает эти деньги… К тому же вспомни, я рассказывала тебе про Лилю, женщину, которую подстрелили тогда на пустыре…
— А это-то при чем?
— Да при том, что Чумантьева, которая была ее подругой, можно так сказать, однажды рассказала ей, как с ней произошло настоящее чудо. Что, когда она снимала квартиру в Москве где-то в Тушино, однажды к ней пришел человек и молча всучил ей пакет с деньгами. Там было три миллиона рублей! Скорее всего, рассказывала она, ее с кем-то спутали. Но деньги она приняла. Только это было не в 2005 году, эта Лиля спутала, а позже…