Анна Дубчак – Первый выстрел (страница 24)

— И тогда меня берут за белы рученьки и тащат на допрос. Может, мне рассказать еще о ее попытке шантажа?

— Брось, сейчас не до шуток! — нахмурился Леонид. — Но мне этот сценарий совсем не нравится. Я бы предпочел, оставив труп на траве, просто сбежать куда подальше, но как это сделать, чтобы нас не заметили? Мы что, все втроем должны тащить ее туда?

— Для начала надо выяснить, что с камерами, — рассуждал Валентин. — А потом подъехать на машине к подъезду, достать из багажника тело…

— Нет, это может прокатить только в кино. Реально же все будет слишком громко, соседи с первого этажа могут услышать, как хлопаем дверцами, багажником, и увидеть, как мы достаем из багажника труп.

Маковский вдруг резко сорвался с места и выбежал из квартиры.

— Сбежал? — И Леня Осин, который курил ну очень редко, достал из кармана пачку сигарет и закурил.

— Думаю, он пошел проверять камеры… — предположил Сергей.

Валентин вернулся довольно быстро. Рассказал, что камеры оказались разбитыми, причем самым жестоким образом. Орудовали молотком или даже топором.

— Все равно я не уверен, что нас никто не заметит. — Валентин принялся нервно чесать голову, словно ему в волосы запустили целую пригоршню проворных вшей. — Тогда сделаем так. Вы, друзья мои, сейчас выходите из моего подъезда и идете не налево, как обычно, а направо, обойдете дом, там по диагонали двора будет дорожка, дойдете до конца, свернете влево и там на первом этаже соседнего дома увидите бар. Ждите меня там.

— Что ты придумал?

— Она же легкая… Возьму ее на руки и пронесу вдоль стены дома до нужного мне места и положу на траву. Если прижаться к дому, вы понимаете, да, то меня точно никто не увидит из окон. На улице стемнело, меня не увидят и из дома напротив. Оставлю ее, бедолажку, на траве и присоединюсь к вам. Алиби на момент убийства у меня есть — я был в ателье, это я сумею доказать. Да даже если предположить, что меня кто и заметил в то время, как я нес ее, и даже если поймают, честно скажу, что обнаружил труп девушки в квартире, испугался и поспешил от него избавиться. Вот и все. Это не преступление. Главное — я не убивал!

— Возьми миллион, — взмолился Леня и снова достал конверт с деньгами, протянул Валентину. — Ты пойми, в реальности все будет выглядеть на самом деле очень плохо: ты не сможешь доказать свое алиби и станешь главным подозреваемым. И вот тогда, когда ты останешься наедине со следователем, и передашь ему конверт.

Маковский взял конверт, сунул в карман, чтобы только отвязаться от Леонида. Затем принес простынку и, завернув в нее тело Бэллы, чтобы не перепачкаться кровью, поднял с пола и прижал к себе. Заплакал, целуя ее мертвое лицо.

— Скажите, что это сон! Как так? Господи, ну сделай уже так, чтобы она открыла глаза!

Но девушка была мертва.

— Уж лучше бы ты улетела… — вырвалось у него.

Он тяжело вздохнул и уверенно, ловко лавируя в узком коридоре, чтобы голова и ноги девушки не касались ни острых углов тумбочки, ни груды вещей на перегруженной вешалке, зашагал к двери.

— Выходите следом, захлопните дверь, — бросил он, не поворачивая головы, и идите в бар. Если я присоединюсь к вам, значит, все нормально. Если же меня долго не будет — сами решайте, что делать дальше.

…Он появился в баре через сорок минут.

— Где простынка? — спросил Сергей.

— Здесь, — Валентин похлопал себя по выпуклости в области груди, там, под свитером, вероятно, он и спрятал окровавленную улику.

— На полу кровь осталась… — сказал, поморщившись, Осин, опрокидывая в себя очередную порцию водки.

— Не осталась. Я же вернулся и протер там все с «Доместосом».

— Вернулся в квартиру?

— Ну да. Быстро все сделал. По пути никого не встретил. Оставил ее, мою Бэллочку, на траве…

— Постойте! — вдруг сказал Сергей. — А нож? Где нож? Ты оставил его там же?

— Сережа, ты за кого меня принимаешь? Полы, значит, вымыл, а нож оставил? Я так тебе скажу: Беллу убили другим ножом. Сами же понимаете, что убийство планировалось. И Бэллу убили сразу, как только убийца вошел в квартиру. То есть у него при себе был нож. А когда она уже была на полу, мертвая, убийца пошел на кухню, взял первый попавшийся нож, мой нож, перепачкал его кровью… А может даже, и всадил его в тело, чтобы разрез совпал с размерами лезвия, понимаете? Теперь только эксперты могут ответить на вопрос, один ли был нож, или два.

— Так где твой нож-то?

— Здесь же, — Маковский похлопал себя по свитеру, под ним захрустел пакет. — В простынку завернул. Сейчас выйду из бара через служебный вход, там в проулке стоят мусорные контейнеры, вот и брошу туда все это… Там такое глухое место, уверен, что камер нет.

— Я бы на твоем месте… — начал Сергей, но фразу так и не закончил. — Честно говоря, не так-то все это и просто — найти место, где можно легко избавиться от улик.

— В следующий раз будешь думать, кого тащишь в дом, — сощурив глаза, назидательным тоном проговорил Леонид и смешно и нелепо вскинул голову, как если бы ему хотелось убрать со лба длинный чуб.

— Он пьяный, не обращай на него внимания, — сказал Сергей. — Предлагаю нам всем поехать в гости к одной милейшей женщине. Надеюсь, она сможет обеспечить нам алиби.

— К женщине?

— Ну да! Только по дороге купим цветов и шампанского.

— А кто это? Твоя замужняя пассия? — хихикнул Осин.

— Нет, это моя крестная мать. Ее зовут Клара.

18. Сентябрь 2025 г.

Борис шептал ей слова любви, когда в дверь громко постучали. Не размыкая жарких утренних объятий и надеясь, что этот стук им обоим послышался, поскольку никто в доме не смел вот так дерзко ломиться в дверь, Женя с мужем замерли и прислушались.

— Господи, только бы ничего не случилось, — прошептала она, с неохотой высвобождаясь из рук Бориса.

— Ты лежи, я открою… — Он встал (стук, настойчивый и бесцеремонный, продолжился с новой силой), быстро набросил халат и открыл дверь.

— С добрым утречком! — Хмурая, как дождливая осень, Вера стояла на пороге, потрясая феном. — Он не работает! Хотела уложить волосы — и вот вам, пожалуйста!

— Вера, вы что, спятили?! — прорычал Борис и, развернувшись, злыми шагами направился в ванную комнату.

Женя, вцепившись в край одеяла, доходившего ей до подбородка, смотрела на мать уничтожающим взглядом.

— Мама!

— Что, разбудила? А я всегда так рано встаю! Твоя домработница уже давно здесь, блины печет…

— Выйди из нашей спальни! — приказала Женя. — Немедленно!

— А фен? Как я буду волосы сушить?

— Спроси у Галины Петровны, она знает, где у нас лежит фен для гостей.

— Ну ладно… — покачивая недовольно головой, как китайский болванчик, принялась куражиться Вера, которую явно забавляла ситуация. Как же — она разрушила утреннее счастье своей дочери и зятя. Ну и пусть.

Женя, шокированная и расстроенная хамским поведением матери (понятное дело, что причина такого поведения крылась не в отсутствии воспитания, а совсем в другом, что было еще более отвратительно, мерзко!), сорвав с себя одеяло, поднялась с постели, обнаженная, и приблизилась к Вере:

— Ты сегодня же съедешь отсюда, понятно? Немедленно! И верни мне мою карту.

Вера с силой захлопнула дверь, да так громко, что из ванной комнаты на звук выглянула мокрая голова Бориса. Женя к тому времени уже была в халате. Она без единого звука развела руками, мол, извини, вот такая она ужасная невозможная, но я знаю, что делать.

Вера принесла банковскую карту на кухню, где все семейство и гости собрались за завтраком. Резко выставив руку с картой, она сунула ее чуть ли не под нос дочери:

— Вот тебе твоя карта.

Женя покраснела. Не самая красивая сцена, ей стало стыдно перед всеми за мать. И уже в который раз!

Борис, который к тому времени уже во всем разобрался, придумал, как осадить зарвавшуюся тещу (Вера, к тому же еще нарушив все правила приличия этого дома, появилась на кухне в Женином открытом пеньюаре!):

— Вы, Вера, можете какое-то время пожить в нашей московской квартире, думаю, двух недель вам хватит, потому что вскоре там начнется капитальный ремонт. Если вам нужны средства, мы вам поможем. После завтрака я сам отвезу вас туда.

— Но зачем же туда? Мне и здесь хорошо, да и дом у вас большой. Нет-нет, я никуда не поеду.

— Мы полагаем, — громким, хорошо поставленным, как у диктора, голосом заговорил Борис, поливая блинчик клубничным вареньем и не глядя на тещу, — что прежде всего вам следует разобраться с вашим мужем и решить уже, разводитесь вы или нет. Понимаю, что мое мнение для вас ничего не значит, но послушайте меня хотя бы как адвоката: чем раньше вы с ним расстанетесь, тем лучше для вас. Первым делом он должен съехать с вашей квартиры, которая, кстати говоря, полностью стала вашей после благородного жеста вашей дочери, которая отказалась от своей доли и приобрела собственную квартиру в ипотеку, если вы не забыли, и помогла ей, кстати, ее родственница, а не вы! Если вы сделаете все в точности так, как я вам советую, и освободитесь от мужа, то мы с Женей будем помогать вам материально, пока вы не найдете работу. А чтобы вы смогли работать, мы поможем вам с оплатой няни.

Вера отшвырнула от себя вилку, встала с грохотом из-за стола и вышла из кухни.

Ребров прошептал:

— Да уж…

— Очень вкусные блины, — не зная, что сказать, произнес Павел.

— Валера, пришли мне, пожалуйста, адрес в Тушино, где проживала раньше Чумантьева, я поеду туда, поговорю с соседями, — Женя незаметно положила ладонь на руку мужа, желая поблагодарить его за поддержку.