Анна Дорина – Жизнь в двух мирах (страница 2)

– Саша, дорогой, ты не подбирал себе другое место работы? Нужно что-то с этим делать, тянуть нельзя, мне надо ложиться на операцию.

– Да сколько можно об этом говорить! – вспыхнул муж. – Я позвонил друзьям, если будет что-то, они сообщат.

– Друзей так можно и полгода ждать, нужно искать срочно. Давай я тебе помогу, составлю успешное резюме и разошлю в компании, проверю организации на надёжность по выплатам. Ты же знаешь, я хорошо разбираюсь в подобных вопросах. Тебе нужно будет только отвечать на звонки с предложениями и поездить на собеседования. К успешному прохождению интервью я тебя подготовлю, – уговаривала в отчаянии Алёна.

– Чего это ты за меня собралась решать?! Не вмешивайся в мои дела! – вскипел Александр, недовольный отрывом от игры, где в данный момент шёл бой. – Всё, отстань с этими разговорами, мешаешь. Если ещё что-то есть сказать – позже поговорим.

Непрошеные слёзы появились в глазах девушки. Это уже превратилось в обычное состояние – плакать от обидных слов любимого мужчины. Она всё время теперь пыталась понять причины перемены его отношения к ней, и снова начали одолевать мысли: «Да почему он такой непробиваемый и совсем мне не сочувствует! Разве это любовь? Его чувства ко мне хватило лишь на полгода? Итак уже не прошу его ни о чём, ну не могу я справиться сама. Здоровье стремительно летит. Что же делать…»

Раздался звук от поворота ключа в замке входной двери, пришла мама Александра – Ирина Владимировна. Она жила в том же подъезде, что и сын, на несколько этажей ниже. От квартиры Александра у неё были свои ключи, она всегда входила без предупреждения. Сначала Алёна попросила предварительно звонить хотя бы, но свекровь возмутилась: «Это квартира моего сына, когда хочу, тогда и могу сюда заходить. А захочу – буду здесь жить! Не тебе мне указывать!»

– Саша! Ты почему не берёшь трубку? Я тебе тыщу раз уже звонила! – Ирина Владимировна начала наступление на сына, ещё находясь в коридоре и снимая обувь.

– Я не слышал, мобила на выключенном звуке. Могу я вечером после работы отдохнуть, чтоб никто не приставал? – огрызнулся Александр.

– Ты бы хоть следила за ним, пусть звук не выключает телефона, мало ли что! – повернулась свекровь к Алёне.

– Он не маленький мальчик, и мне некогда ещё и за этим следить, – девушка поняла, что на отдых сегодня можно уже не надеяться, усталость ломила всё её тело. – Лучше помогите мне уговорить его поменять фирму на нормальную организацию, где платят зарплаты вовремя.

– А что с его фирмой не так? Подумаешь, задерживают. Многие сейчас так, не забывай, ты в России, деточка. Тебе ж платят и хорошо. А ты сначала купи квартиру в Санкт-Петербурге, а потом требуй с него что-то! У него квартира, в которой ты живёшь! Значит, зарабатывай молча и неси хоть что-то в семью!

– Очень интересно рассуждаете, но да ладно, зря я вас попросила. От вас помощи никогда не было, с чего бы вдруг начали помогать, – Алёна повернулась, собираясь уйти от неприятного разговора на кухню, и попить чай, подождав, пока Ирина Владимировна уйдёт. Но вмешался муж, поддержав мать:

– Мама права, хватит на меня давить, кстати. Я сам разберусь со своей работой! И не тебе указывать, надоело уже твои постоянные жалобы выслушивать вечерами. После работы я хочу спокойно отдыхать!

На Алёну вдруг накатило невероятное отчаяние, и сердце резко заныло, девушка заплакала из-за несправедливых слов любимого человека. А ведь она так дорожила им! Сколько раз уговаривала, умоляла, даже угрожала, что уйдёт – ничего не помогало, муж переносил разговор на потом, или обещал исправить положение, но быстро забывал об этом. – Саша, зачем ты так со мной? Чем я заслужила такое отношение? – Он уже не слушал, отвернувшись от неё и уткнувшись в ноутбук, где шло увлекательное очередное сражение. Свекровь, удовлетворённая доставленной неприятностью невестке, попрощалась:

– Ладно, я пошла, пока! – и ушла к себе, бросив открытой входную дверь.

Алёна закрыла замок, вернулась в гостиную и села на диван, пытаясь успокоиться. Вдруг перед глазами образовались тёмные ручейки, которые начали расползаться вверх в разные стороны. Казалось, словно от какого-то озерца побежали мелкие кровяные речки, разбивающиеся на ещё более тонкие ручейки. Самым странным было то, что они устремлялись не вниз, а вверх. Девушка в ужасе закричала, не понимая, что происходит с её глазами, в них ведь даже не было никакой боли, только эти реки из крови. Через несколько секунд левый глаз, в котором было больше всего ручьёв, перестал видеть, будто на него опустили тёмный занавес. На крик Алёны прибежал муж…

Глава 2. Тёмный мир, или Я больше не верю в любовь

– Левый глаз сильно пострадал – отслойка сетчатки с разрывами. И к сожалению, затронуто центральное зрение, – осматривавший Алёну врач-офтальмолог больницы, куда её привезла скорая, расстроенно сообщил неутешительный диагноз. – Сегодня день будет отведён на подготовку к операции, нужно будет сдать анализы и встретиться с анестезиологом. Операция вам предстоит очень сложная, но делать будет наш лучший хирург, люди к нему едут со всей страны. Не переживайте, спокойно готовьтесь к операции и концентрируйте внимание на выздоровление! Всё обязательно будет хорошо! Думаю, удастся спасти хотя бы 25 % зрения и не будет полной темноты, как сейчас.

– А что с правым? – голос Алёны дрожал, она боялась надвигающейся слепоты, перед правым глазом болталось множество кровяных пятен, он теперь единственный кое-как видел. В душе бушевало смятение, вызванное страхом за своё будущее: «Господи! Что же теперь будет со мной? Я не смогу работать, и дочь нужно доучить. Ведь свекровь заставит его развестись со мной, кому нужна слепая беспомощная жена…»

– На правый потребуется сделать специальный укол в зрачок, там мини-операция под местной анестезией, вам уже давно надо было оперироваться в вашей клинике, и таких уколов будет несколько, с перерывом в месяц. Попытаемся не допустить нового кровоизлияния. Сетчатка пока держится. Если бы вы не тянули с лечением так долго, а начали вовремя, этих разрывов сосудов можно было бы не допустить. После операции у нас обратитесь сразу же к своему врачу-офтальмологу, у которого состоите на учёте, ещё потребуются лазерные действия по укреплению сетчатки. Правый глаз на грани, нужно срочно тоже лечить.

Когда врач закончил осмотр, Алёна вышла на лестничную площадку и застыла у окна. Отчаяние затопило сердце: «Ну почему зрение?! Как теперь жить и работать? Где брать деньги на лечение?.. Я не могу грузить родителей своими проблемами. Мама в тяжёлом состоянии и отец на неё тратит все силы и средства. А тут ещё и я им на головы. Сама виновата в своих бедах, так глупо пожертвовать всем, что имела, потеряла свою независимость. Любви захотела? Что ж, получила её сполна и расписалась… Вроде выросла, а всё ещё верила в сказки…» – Она горько усмехнулась и ей вспомнился Андрей, игровой друг Спейс из «Противостояния».

Когда он узнал, что Алёна улетает к Александру в Санкт-Петербург и выходит замуж, то упорно уговаривал не делать этого: «Поверь, ты совершаешь фатальную ошибку! У тебя устроенная жизнь, карьера. Живи и наслаждайся плодами многолетнего труда. Если бы Капитан любил тебя по-настоящему, он нашёл бы способ быть с тобой, работа есть везде и за границей тоже. Он не допустил бы ни в коем случае, чтобы ты жертвовала своим здоровьем. Искренне любящий мужчина скорее отрежет руку себе, чем допустит маленькую ранку на пальчике любимой женщины. Даже в мелочи, а здесь такое тяжёлое заболевание! Алёна, влюблённая ты дурочка, ну сними розовые очки, посмотри на него трезво, я умоляю тебя на коленях!»

Она горячо возражала и отказалась наотрез слушать подобные советы. Расстроенный Андрей смирился с её решением и сказал, что бросает игру, но у Алёны всегда есть его телефон. И попросил хотя бы изредка отзываться, как у неё идут дела. «И вот что я ему напишу? – она тяжело вздохнула, представив реакцию Спейса на своё сообщение: – Андрей, а ты оказался прав, только где в тот момент были мои мозги?! Теперь я скоро совсем потеряю зрение. Нет, не буду я тебе такое писать…»

В больницу муж с Алёной не поехал, не считая необходимым своё присутствие там, тем более что рано вставать на работу, но позвонил отцу. Роман Иванович, всегда переживавший за невестку, сразу же поспешил к ней. Он оплатил отдельную палату для Алёны и встретился с доктором. Узнав диагноз и нюансы предстоящей операции, зашёл к девушке:

– Доченька, только не волнуйся, всё пройдёт успешно! Не падай духом, выздоровеешь, просто придётся потерпеть немного. Я тебе помогу, справимся с бедой вместе! Завтра приеду и послезавтра на время операции тоже, ты не будешь одна здесь, что тебе привезти из еды? За деньги не беспокойся, ваши не трать, я за всё заплачу сам! – отец Александра испытывал сильный стыд за сына: «Бедная дочка, доверилась этому лоботрясу. Ничего его не берёт, я так надеялся, что хотя бы женившись, за ум возьмётся!»

– Да не нужно, папа, – Алёна испытывала неловкость, что пожилой отец пытается исправить проступки сына. – Саше сказала, и вас попрошу не говорить моим родителям, там мама еле держится, нельзя её волновать, я справлюсь. – Она не хотела беспокоить кого-либо из родных, зная, насколько им нелегко. Девушка привыкла сама преодолевать трудности и решать свои проблемы, не обременяя других людей. Дочь Алекса училась в колледже, и Алёна не стала сообщать и ей, чтобы не отрывать от занятий.