Анна Дашевская – Пробел в биографии (страница 38)
– И бросить дом?
– Ну, конечно, орихалковые кандалы куда приятнее…
– Ладно, Анри, ты прав…
– Чш-ш, никаких имён! В одиннадцать вечера на авеню Рене-Коти, у выхода из катакомб.
И экран снова стал синим.
Напоследок добавим лишь, что наутро постояльцы пансиона на улице Арп не дождались ни кофе, ни круассанов; кухня была пуста, плита осталась холодной, а на втором этаже в комнатах мадам Флореаль не оказалось никого, кроме рыжего кота. Разумеется, городская стража занялась этой таинственной пропажей и раскрыла секреты пансиона мадам Флореаль, к примеру, почему после её исчезновения стало гораздо меньше нищих на улицах Лютеции. Но это уже совсем другая история.
Судя по горящим глазам юного капрала, умники из казначейства его учили хорошо. Во всяком случае, молчал он лишь до вопроса, заданного госпожой Редфилд:
– Ну как, Петанье, удалось что-то отыскать?
– О да! Госпожа коммандер. это потрясающе! Оказывается, не нужно следить за подозреваемыми, тратить время и ресурсы, достаточно изучить финансовые потоки. И сразу будет всё ясно! Почему этому не учат всех юристов?
– Потому что совсем не все юристы, стражники и даже служащие магбезопасности достаточно хорошо умеют считать, – усмехнулась Лавиния. – Мне вот такого таланта не дали. Но всё-таки ближе к делу: вам удалось выяснить, откуда поступали деньги на счета Тезье и Камуан, и куда тратились?
– И даже более того!
– То есть?
– Я нашёл лекаря.
Лавиния остановилась посреди улицы. Прохожие её толкали, но она не двигалась с места и смотрела на капрала очень внимательно.
– Повторите, Петанье.
– Я нашёл лекаря. Даже двух.
– Отлично. Сейчас мы где-нибудь сядем… – она оглянулась. – Вон какое-то кафе, идёмте.
В кафе было пусто: настало время ужина, и горожане дружно перебрались в рестораны и таверны. Лавиния села за столик у окна, посмотрела на Фонтейна, и тот без единого звука направился к стойке. Через несколько минут перед ними стояли чашки с кофе, тарелка с выпечкой, а перед госпожой Редфилд ещё и бокал с келимасом. Нетерпеливым жестом она закрыла их щитом от подслушивания и посмотрела на Петанье.
– Ну?
– Шейшас, – он поспешно дожевал булочку. – Извините. Пообедать не успел.
– Я тебе оплачу обед в лучшем ресторане Лютеции, если ты и в самом деле нашёл то, что нужно! – она аж зашипела нетерпеливо, даже не заметив, что перешла на «ты». – Рассказывай!
– Первый лекарь работал с Тезье в конце шестьдесят четвёртого года, – начал рассказ капрал. – Понятно, что платил ему Тезье наличными, тогда банковская система была другая, но наличные-то тоже не берутся ниоткуда! В общем, в начале декабря и в начале января были сняты со счёта очень крупные суммы, в первый раз – десять тысяч дукатов, во второй – пятьдесят.
– Аванс и окончательный платёж, – кивнул Фонтейн.
– Тогда я стал смотреть дорожные расходы за этот период, и оказалось, что двадцать восьмого ноября Тезье портальным переходом отправился из Лионнэ в Селинунт, на Сицилию, и вернулся пятого декабря. Второй раз перешёл туда двадцатого января, и оставался больше двух недель. Шестнадцать дней. Можно предположить, что шестьдесят тысяч дукатов он заплатил некоему жителю Селинунте или окрестностей. Тогда я стал смотреть, не случалось ли там крупных покупок… Ну, вы понимаете: жил кто-то скромно, питался рыбой и хлебом, и вдруг стал покупать дорогие вина и шоколад, в этом роде.
– И что?
– И нашёл, – просто ответил капрал и выложил на стол два сколотых листа бумаги.
Схватив их, Лавиния жадно стала читать. Быстро пробежала глазами несколько абзацев текста, вернулась к началу и изучила уже вдумчиво и внимательно. Потом передала страницы лейтенанту и уставилась на Петанье.
Впрочем, молодой человек не обратил на это внимания: он ел.
– Итак, у нас есть два имени, – Фонтейн дочитал сводку и отложил её. – Пьетро Бальди, проживавший в деревне Кастельветрано рядом с Селинунтом и скончавшийся десять месяцев назад, и Фриц Мейер из Грёбенцелля, что поблизости от Монакума.
– На западе от Монакума, – добавила Лавиния. – А что у нас ещё к западу от этого прекрасного города?
Лейтенант нахмурился.
– Что?
– Пуххайм. Дорожку видите?
– Самую прямую…
Коммандер поглядела на третьего собеседника и усмехнулась.
– Не смотрите на меня глазами спаниеля, Петанье, я вам дам прослушать сегодняшние записи. Словами говорить очень долго. Итак, наш план на завтра…
Когда стационарный портальный переход выплюнул их в Арле, капрал сказал негромко:
– Можно спросить, госпожа коммандер?
– Можно, спрашивайте, Петанье.
– Вы могли бы дать мне рекомендацию для поступления в университет в Лугадунн-Лионнэ?
– В университет? На какую специальность, всё-таки патолого-анатомия?
– Нет Экономические исследования в области права. Я сегодня расспросил ребят из казначейства, они говорят, что самое лучшее образование в этой области – там.
Лавиния потёрла нос.
– Рекомендацию я дам, конечно, а вы уверены, что поступите? Всё-таки уже июль, остался всего месяц до начала экзаменов.
– Буду заниматься каждый день с утра до ночи, – капрал нахмурился. – Отпуск возьму и буду заниматься.
– Боюсь, что этого мало. И времени у вас явно маловато, и самостоятельных занятий может оказаться недостаточно… Вот что, Петанье, переспите с этой идеей ночь. Поговорите с родителями, что они скажут… Что?
– Нету родителей, – он храбро улыбнулся. – Сестра есть, старшая, ну да у неё своя жизнь, дети, всякое такое.
– Понятно. Ладно, тогда так: подумайте. Посоветуйтесь с сестрой, всё взвесьте, и завтра повторите мне ваш вопрос. Договорились?
– Так точно, госпожа коммандер!
– Только… Петанье, вы мне завтра понадобитесь свежим и разумным. Сегодня ужинать, ночью – спать, завтра в девять встречаемся в городской страже.
– Слушаюсь, госпожа коммандер!
– Тогда стойте смирно, сейчас я открою портал в Жансон…
Некое чувство дежа вю накрыло Лавинию, когда она вошла в кабинет начальника городской стражи: капитан Кальве был чрезвычайно доволен собой. Только что не напевал.
– Рассказывайте, – она села и вытянула перед собой ноги.
Кальве глянул на неё, хмыкнул и вытащил из ящика стола три стаканчика, а из сейфа – графин. Разлил по бокалам, и в комнате остро запахло келимасом.
– Давайте-ка, госпожа коммандер, вам это явно не повредит…
– Тоже с вашего виноградника? – спросила Лавиния.
Отказываться, впрочем, не стала: стаканчик взяла, понюхала содержимое и одобрительно кивнула.
– Нет, это вон, Дюфло делает, точнее, его половина. Это ещё и год особо удачный, восемьдесят восьмой. Ну что ж, похоже, что дело наше перевалило за половину и стал виден выход из тоннеля! – Кальве выпил и посерьёзнел. – Итак, госпожа коммандер, для начала о Жанин из Дьеппа. Жанна Труве, тридцати пяти лет, владелица рыбного ресторана «Дневной улов» и небольшого отеля при нём. Ресторан популярный, в отеле в сезон заняты все комнаты. С этой пятницы был забронирован номер на десять дней для мадам Луизы Камуан со спутником. Имя спутника не указано.
– Имя мы знаем, скорее всего, – Лавиния поджала губы. – Вот с фамилией пока туман. Впрочем, кое-какие намётки есть. Удалось определить, с кем встречалась мадам Камуан в столице…
Сжато она рассказала обо всём, что им удалось нарыть за день. Стражники внимательно слушали, Дюфло делал пометки и периодически кивал. Когда госпожа Редфилд закончила, он переглянулся с коллегой и сказал:
– Младший кузен у де ла Бриво есть. Думаю, его хорошо знает городская стража не только Арля и окрестных городов, известность и до Массалии должна была докатиться. Парень маг, довольно сильный воздушник, но учиться не хотел, и, видно, воздушная стихия ему мозги-то и повыветрила. Как он буянил, это уму непостижимо! А потом затих, думали, в здравый рассудок вошёл. Года полтора было тихо, да, Серж?
– Угу, – прогудел Кальве. – Ну, зато потом громыхнуло так, что мы здесь всем богам молились, чтобы мимо пронесло. Мартен – он по женской линии родственник, потому фамилии разные, так вот, он ввязался в большую историю с контрабандой. Де ла Бриве тогда аж чёрный ходил.
– И что, судили?
– Краем прошёл. Штраф и общественные работы, ну, и браслет, ограничивающий магию, на три года. Бриве на волоске тогда висел, но больно уж он администратор хороший, на своём месте. Так что господин мэр его оставил, но велел Мартена после общественных работ выслать куда подальше.