Анна Чернова – Развод. Любовь умирает осенью (страница 1)
Анна Чернова
Развод. Любовь умирает осенью
Глава 1
Я всегда думала, что могу почувствовать беду заранее. Что после истории с предательством, которое я пережила в молодости, у меня где-то под кожей есть встроенный детектор лжи — если кто-то близкий снова соберется сделать мне больно, я обязательно почувствую.
Но нет.
Жизнь — стерва. Она умеет подкрадываться тихо. Так тихо, что даже сердце не дрогнет, пока тебя не швырнут лицом в реальность.
Сегодня возвращаюсь домой чуть раньше. В магазине отключили электричество из-за аварии на линии, и я, если честно, рада. Потому что очень устала. Последние дни выдались сумасшедшими. Мужская одежда, мужские разговоры, мужские запахи.
Состоятельные мужчины - очень сложные клиенты. Не так подашь рубашку, и они могут потребовать тебя уволить или вообще закрыть магазин. Депутаты, олигархи, топ-менеджеры – у всех деньги и огромная власть. Я продавец-консультант в магазине премиум-костюмов, и мне казалось, что хуже нет — слушать весь день самоуверенных мужиков, которые хвастаются женами, любовницами и делами.
Но я ошибалась …
Поднимаюсь на свой этаж, предвкушая, как прилягу на диван в зале и просто десять минут буду лежать и смотреть через окно на парк. Он сейчас красив, как никогда: яркие оранжевые, багряные и желтые листья в лучах заходящего солнца - зрелище,которое я готова созерцать с утра до вечера.
Я вообще люблю свою квартиру - светлую и просторную. Наследство от родителей. Мы с дочкой очень счастливо жили здесь, стены помнят и первые шаги Карины, и звонкий смех. Отец дочери оставил в моем сердце дыру, свинтив сразу после рождения малышки, мы даже расписаться не успели. А Витя сумел залатать эту дыру и заставить снова поверить в любовь. Мы познакомились три года назад в Сочи. Бурный курортный роман перерос в замужество. И я ни секунды не пожалела, что вновь поверила мужчине.
Сейчас у нас с Витей, как будто второй медовый месяц. Карина уже взрослая, учится в институте на психолога, пропадает то на парах, то с подругами. А мы с Витей смотрим фильмы, прижавшись друг к другу на диване, или обсуждаем книги, или… ой, не буду об этом рассказывать…
Открываю дверь своим ключом — и с первой секунды понимаю, что-то не так. Как будто воздух другой.
Из спальни доносится шум возни, поскрипывание кровати, а потом — стоны. Я сначала замираю. Думаю, телевизор. Или… может, Виктор… нет, не может же быть. Скидываю ботинки, иду к спальне и толкаю дверь.
И вижу самый страшный кошмар, который даже представить не могла…
Любимый муж и единственная дочь – в одной постели.
Я стою, как будто окаменела. Во рту пересохло, тело — как будто не мое. Мир рассыпается на тысячи осколков, и каждый из них вгрызается в сердце, разрывая его на кровавые ошметки.
— Мама!.. Ты чего так рано? – взвизгивает Карина, заметив меня в дверях. Она торопливо натягивает на себя одеяло, как будто это может стереть из моей памяти картину, как моя дочь скачет на моем муже.
К горлу подкатывает тошнота.
— Выйди, — говорю я тихо, впиваясь взглядом в Витю.
— Мам, пожалуйста, я... —
— Выйди, я сказала!
Дочь выскакивает из постели, закутавшись в одеяло, и пулей несется из комнаты. Виктор же абсолютно спокойно поднимается с кровати, даже не пытаясь прикрыться.
Но самое ужасное, что на его лице нет и намека на раскаяние!
— Свет, давай спокойно… — начинает он чуть раздраженным тоном.
— Спокойно?! — у меня срывается голос. — Спокойно?! С кем ты спишь, Витя?! С кем, черт тебя дери?! С моей дочерью?!
— Да, я сплю с твоей дочерью. И с тобой тоже, между прочим. Так что не понимаю, чем ты недовольна. Супружеский долг исполняю исправно и даже чаще, чем положено, – он одаривает таким взглядом, что меня едва не выворачивает от отвращения. — Кстати, дочку поблагодари. Она – твоя копия, только молоденькая, сочная. И без целлюлита, – он издает смешок, а у меня срывает предохранители.
Хватаю первую попавшуюся вещь — фоторамку с нашей свадебной фотографией — и швыряю в него. Попадаю в плечо, от удара Витя орет и трет ушиб.
— С ума сошла? Стерва ненормальная!
Фотография падает на пол и стекло разбивается. Я вижу на том фото свое лицо — улыбающееся, счастливое — и хочется выть.
— Убирайся, — цежу я сквозь зубы. — Убирайся из моего дома.
— Идиотка! Я же не с чужой бабой пошел гулять! Все свои! Никакой заразы! – ругается муж, а я в шоке открываю рот.
Он что это, серьезно сейчас?!
Хватаю вазу с полки и швыряю в него, но он как раз нагибается за носками, и на него лишь сыпятся осколки.
Витя начинает что-то лепетать, натягивает джинсы, путается в вещах, хватает ключи и уходит, бормоча под нос:
— Дура тупая…
Слышу их голоса в прихожей, а потом, как хлопает дверь два раза. И на меня обрушивается тишина. На полу — разбитая рамка, на постели смятая простыня, а воздух отравлен запахом предательства.
Почему-то я не плачу. Глаза сухие, а душа как выжженная земля.
Сажусь на пол, прислоняюсь к стене и понимаю, что сейчас, прямо в эту секунду, я умерла.
Та Света, что верила в любовь, в семью, в добро — исчезла.
Осталась другая. Та, которая ни за что никому больше не поверит.
Та, которая начнёт жизнь с нуля.
Снова…
Глава 2
Две недели я живу на автомате. Четырнадцать ночей, за которые я ни разу не спала спокойно.
Днем я улыбаюсь клиентам, застегиваю на них пиджаки, поправляю воротники и завязываю галстуки, а вечером прихожу домой и включаю телевизор, чтобы не слышать оглушительной тишины.
А еще я перечитала, по-моему, тысячу женских форумов, пытаясь найти ответ, почему меня предают…
Измена мужа - это унизительно. Факт, что он изменил с моей дочкой - гадкий. Осознание того, что моя дочь предала – жуткий стыд, о котором я не могу рассказать даже лучшей подруге.
Варюсь в этом адском котле из мыслей и с каждым днем становится все тяжелее. Дочка не звонит и не пишет. Я даже не знаю, где она живёт. Но я не ищу. Пока не могу.
Витя приходил за своими вещами, когда я была на работе. И я рада, что не встретилась с ним. Видеть его не могу. И мне совершенно плевать на его дальнейшую судьбу. Я подала заявление на развод. Так как у нас ни совместных детей, ни имущества, развести нас должны в течение месяца.
В субботу я решила прибраться, а заодно выбросить все, что осталось от Виктора: его рубашки, обувь, стопку дешевых детективов, которые он обожал читать, даже кружку с надписью
Все — в мешок и на мусорку.
Стою в прихожей, натираю и так блестящее зеркало и вдруг приходит мысль, что мне уже ничего не страшно после такого. И что возможно сейчас пришло время пожить только для себя. Может, даже в отпуск смогу поехать туда, куда хочется мне, а не мужу.
В конце концов крыша над головой есть, работа тоже. Слабо улыбаюсь своему отражению и пытаюсь ободряюще подмигнуть, и в этот момент слышу резкий звонок в дверь.
— Кто там? — спрашиваю.
— Управляющая компания, откройте, пожалуйста. — Светлана Викторовна? — спрашивает мужчина в костюме.
— Да.
— Мы из агентства “Новый дом” , привели клиентов на показ квартиры.
— Какое агентство? — я моргаю. — Мою квартиру показывать?
— Да, нам сказали, что в это время вы дома и можете все здесь показать, – мужчина выдавливает дежурную улыбку и жестом приглашает молодую пару проходить. Машинально отхожу, не сразу понимая, что происходит. — О, какой шикарный вид! – слышу женский голос из зала. — И санузел шикарный! Мы берем! Эти слова возвращают меня к реальности. Решительно шагаю в зал. — Послушайте, это какая-то ошибка! Я не собираюсь продавать квартиру! С чего вы это взяли? — Ну как же? К нам обратилась хозяйка квартиры и попросила найти клиентов, – мужчина проверяет что-то с в своем телефоне. — Карина Сергеевна Романова. Знаете такую?
Мой мир снова рассыпается, как карточный домик.
— Карина выставила квартиру на продажу? — переспрашиваю с круглыми от шока глазами. — Верно. Так вы ее знаете? — Да, это моя дочь… Простите, но это недоразумение. Прошу вас уйти. А мне нужно поговорить с дочерью. — Так вы продаете или нет? Что за нервотрепка! Мне понравилась эта квартира! И мы ее покупаем! – канючит девица, капризно надувая накачанные губы. — Я прошу вас немедленно покинуть мою квартиру! – мой голос звенит от злости, и незваные гости это слышат. Они топают к выходу, оставляя на натертом паркете грязные следы. — Не волнуйтесь, если собственник желает продать, то вы купите ее, – слышу голос агента.
Захлопываю за ним дверь и набираю дочь.