Анна Чечина – По ту сторону нормы (страница 9)
Амарис застыла. Её учили оказывать помощь в условиях массовых происшествий. Она знала, что нельзя становиться следующей пострадавшей. Знала, что нужно оценивать риск.
— Амарис.
На этот раз голос Рейнара был ближе.
— Пойдём.
Она повернулась к нему, на его лице не было паники. Он смотрел на неё внимательно, но совершенно спокойно. Только мышцы челюсти были напряжены.
— Куда?
— От толпы.
Амарис позволила ему отвести себя к краю сцены. И только через несколько секунд заметила других.
Первым был пожилой мужчина в дорогом тёмном костюме. Он стоял возле прохода, положив одну руку на спинку кресла, пока люди почти бежали мимо него. Кто-то ударил его плечом. Он качнулся, выпрямился и остался на месте.
Чуть дальше молодая женщина с бейджем медицинского фонда спокойно подняла с пола сумку, которую кто-то сбил ногой. Рядом мужчина кричал сотруднику безопасности, что у него дома дети. Она даже не повернула голову.
На сцене лежало накрытое тело Восса. В нескольких метрах реанимировали человека. У выхода люди давили друг друга.
Он смотрел на всё это так, будто ждал задержавшегося рейса. Амарис почувствовала неприятный холод под рёбрами. Разговор Лиа утром всплыл почти дословно.
Она посмотрела на Рейнара. Он слишком спокойно следил за происходящим и сотрудниками группы реагирования.
Нет. Не сейчас. Она заставила себя отвернуться. Не всё отсутствие истерики являлось патологией. Некоторые люди просто хорошо действовали в кризисе. Она сама была одной из них. И всё-таки те трое отличались. Не отсутствием страха как такового, а отсутствием заражения чужими эмоциями. Человек мог держать себя в руках, но его внимание всё равно цеплялось бы за крик, падение, кровь. У этих людей оно почти не цеплялось. Как будто происходящее имело значение только тогда, когда непосредственно мешало двигаться.
С потолка включилось сообщение:
— Внимание. Зафиксированы дополнительные случаи острой неврологической симптоматики. Всем участникам необходимо прекратить перемещение и ожидать инструкций.
Дополнительные. Значит, мужчина с панической атакой был не единственным. Амарис обвела зал взглядом. У дальнего ряда сотрудники уже окружали ещё одного лежащего человека. Тогда изменился звук вентиляции. Громче, чем в прошлый раз. По залу прошёл резкий шорох.
Кто-то закричал:
— Они что-то пускают!
И началось снова. Теперь люди бросились не к одному выходу, а ко всем.
Охрана перестала удерживать центральную дверь. Видимо, пришло новое распоряжение, потому что створки открылись, и сотрудники начали выпускать людей небольшими группами.
— По двадцать человек! Не толпиться! Двигаться только по команде!
Амарис почувствовала, как Рейнар снова коснулся её локтя, но между ними тут же вклинились двое мужчин.
— Рейнар!
Он повернул голову.
Ещё один человек ударил Амарис в плечо. Она потеряла его из виду.
— Рейнар!
Ответа не было. Её потащило вместе с потоком к сцене.
Амарис вцепилась в спинку кресла и остановилась. Если она сейчас позволит толпе нести себя, то окажется ровно там, куда бегут все остальные. В узком дверном проёме. Худшее возможное место. Она отпустила кресло и двинулась в другую сторону.
Пожилой мужчина уже шёл вдоль стены. Молодая женщина двигалась за ним. Они не держались вместе и, вероятно, даже не были знакомы, но оба выбрали одну и ту же линию — вдоль бокового прохода, подальше от толпы. Амарис пошла туда же.
Боковой проход вывел их к небольшой двери, которой она раньше не замечала. На ней не было знака выхода. Только надпись:
СЛУЖЕБНЫЙ СЕКТОР C
Дверь была открыта. Возле неё стоял сотрудник в защитной маске и направлял внутрь тех, кто находился ближе всего.
— По одному. Не задерживаться.
Амарис приблизилась. Сотрудник поднял руку.
— Бейдж.
Она показала.
— Доктор Сольвен. Симптомы?
— Нет.
— Головная боль?
— Нет.
— Тошнота, онемение пальцев, изменения зрения?
— Нет.
— Контакт с пострадавшими?
Вот здесь нужно было соврать. Она касалась первого мужчины, стояла рядом со второй женщиной. И осматривала Восса.
— Нет.
Сотрудник посмотрел на неё. За его плечом по коридору быстро провезли каталку. На ней лежал человек. Рука свисала из-под термоодеяла. На пальцах была кровь.
— Проходите.
Она прошла. В коридоре оказалось неожиданно тихо. Толстые стены глушили зал так хорошо, что паника сразу превратилась в далёкий гул. Белый свет. Серый пол. Несколько закрытых дверей. Вдоль стены двигались люди, которых вывели раньше. Амарис сделала первый глубокий вдох за несколько минут. И почти сразу поняла, что начинает дрожать.
Коридор разделялся впереди на два направления. Сотрудник безопасности указывал всем налево.
— К лифтам. Не останавливаться.
Амарис пошла вместе с остальными. Молодая женщина, которую она заметила в зале, шла впереди. Её каблуки ровно стучали по полу. Пожилой мужчина рядом вдруг спросил:
— Они умерли?
Женщина посмотрела на него.
— Кто?
— Люди в зале.
— Не знаю.
— Вас это не беспокоит?
Вопрос прозвучал слишком прямолинейно. Женщина несколько секунд смотрела на него, словно пыталась понять, зачем он вообще задан.
— Сейчас это ничего не изменит. — И отвернулась.
Амарис почувствовала, как по коже прошёл холод. Пожилой мужчина больше ничего не сказал.
У поворота коридора им пришлось остановиться. Два сотрудника группы реагирования перекрывали путь, пока навстречу везли оборудование.
Амарис оглянулась.
В дальнем конце открылась другая дверь. Сначала появилась каталка, на этот раз тело было полностью накрыто. Она узнала туфли.