Анна Чапман – БондиАнна. В Россию с любовью (страница 9)
Магнитофон стоял на тумбочке между нашими кроватями. Я протянула руку и выкрутила звук на полную. Потом вскочила с кровати и прямо в проходе стала исполнять танец, отдалённо похожий на те, что Майкл демонстрировал в своих клипах.
Танцевала я средне, но в католической школе мы на Хеллоуин готовили номер именно под эту песню. Так что движения я помнила отлично.
Все девчонки затихли и чуть ли не с ужасом смотрели, как я отплясываю. Переводили взгляды с меня на Зою и обратно. Зоя сидела, открыв рот. Потом вдруг встала и присоединилась к моему танцу. Мы скакали в проходе, подпевали магнитофону и старательно выполняли все положенные движения. Завершили выступление «лунной походкой», которая нам обеим совершенно не удалась.
Песня закончилась, и следом заиграл медляк. Меня как будто кто-то толкнул под ребра. С широкой ухмылкой я повернулась к Зое и предложила ей руку. Она замешкалась лишь на секунду – и вот мы уже топтались, обхватив друг друга. Девчонки, смеясь, тоже стали разбиваться на пары, и вскоре спальня напоминала танцпол в каком-то сельском клубе, где отчаянно не хватает кавалеров. Разгонять нашу дискотеку пришлось дежурным учителям – мы никак не хотели укладываться.
На следующий день, когда мы с Зоей вдвоём выходили от директора после головомойки, она посмотрела на меня в упор.
– Так и знала, что ты – нормальная! – сказала она наконец.
– Могла бы просто спросить, – хмыкнула я в ответ.
Тем же вечером состоялась моя коронация.
Это была традиция школы, о которой все знали, однако испытать это на себе случалось немногим.
Вечером меня выгнали из спальни, и около получаса я провела в классе под присмотром двух девочек. Потом мне завязали глаза чьим-то платком, от которого ужасно разило дешевыми духами, и повели по коридорам. Я то и дело спотыкалась, рискуя подвернуть ногу.
В спальне платок сняли, чуть не выдернув мне заодно половину волос. И я замерла, не зная, смеяться или сбежать, пока не поздно.
По углам горели свечи, создавая таинственную атмосферу. Правда, вставлены они были в банки из-под варенья – одна из девочек постоянно таскала из дома заготовки и лопала их прямо в спальне, хоть это и было строго запрещено.
Кровати были сдвинуты к стенам, а посреди комнаты лежал большой ковёр. Я пригляделась. Точно! Это был ковёр из кабинета директора! Одному Богу известно, как Зое и девчонкам удалось его стащить.
На ковре лежала подушка, а вокруг стояли девочки – четверо по углам ковра, ещё четыре – с каждой его стороны.
– Прошу вас, королева! – Зоя, замотанная в белую простыню, подала мне руку и провела на ковёр. Там я уселась на подушку, подобрав под себя ноги. Чувствовала я себя совершенно по-дурацки, но девочки были так серьёзны, что я невольно прониклась обстановкой.
– Взяли! – скомандовала Зоя.
Стоящие вокруг девчонки наклонились, подхватили ковер и не слишком синхронно подняли его над полом. Я чуть не заорала. Ткань подо мной провисла, и я замахала руками, пытаясь удержать равновесие.
– Разойдитесь! – взвизгнула Зоя, кажется, с трудом сдерживая хохот.
Девочки кое-как растянули ковёр, и я вдруг почувствовала, что могу сидеть прямо. Я расправила плечи, напряглась, подняла голову.
– Несите королеву! – уже спокойнее сказала Зоя.
Девочки стали медленно обходить комнату. Я посмотрела вниз и вдруг ощутила себя на вершине мира. Я была китом, нет, акулой! А под моим брюхом сбились мелкие рыбки, придавленные моим величием.
Увы, изящного спуска не получилось. Одна из девочек споткнулась, всю конструкцию перекосило, и я опять потеряла равновесие. В конце концов мне удалось приземлиться на ноги и отпрыгнуть прежде, чем всю процессию накрыло пыльным ковром. Мы хохотали, зажимая рты руками, чтобы нас не услышали в соседних спальнях.
– А теперь, ваше величество, потащили ковёр на место! – прохрипела Зоя.
Мы снова рассмеялись. Я поняла: теперь мы с ней равны. Больше меня никто не посмеет тронуть.
Глава 5
Луч света в советском подъезде
Лекция закончилась, и все постепенно вернулись в фуршетный зал. Блюда пополнились роскошными закусками, а карманы людей – визитками.
Я взяла ещё пару канапе, чай и снова пошла блуждать по залу.
– Нам кредитов никто не даёт без залога, – услышала у одного из столов. – Составит ли Московское правительство программу поддержки компаний с технологическим профилем?
– Мы получили субсидии у фонда Бортника. Скажите, есть ли шанс податься к вам? – донеслось откуда-то сзади.
К столу, возле которого я остановилась, подошёл высокий мужчина в чёрном костюме. Он выбрал маленький сэндвич, взял чашечку кофе и остался стоять рядом.
Как бы невзначай я завела с ним разговор. После нескольких дежурных фраз диалог сам собой обратился к теме только что прошедшей лекции. Я внимательно слушала спикера, поэтому поддерживать беседу было довольно просто. К тому же мужчина, как это часто бывает, предпочитал говорить и был рад заполучить благодарную и немногословную собеседницу. Прощаясь, он протянул мне визитку.
Форум превратился для меня в азартную игру. Эдакая «Монополия», где нужно собрать как можно больше карточек с названиями разных предприятий.
Вселенной затея пришлась по вкусу, и всё пошло как по маслу. Если честно, я и сама не до конца осознавала, насколько легко умею заводить знакомства. Обычно людям трудно начать разговор, но с моим школьным опытом заговорить с незнакомым человеком было проще простого.
Тогда я даже представить себе не могла, что через два десятилетия создам курс по коммуникациям, где расскажу, как располагать к себе людей и заводить полезные знакомства. Но это будет позже. А пока…
Схема была простой: незаметно оказаться рядом с каким-нибудь отбившимся от стаи гостем, кинуть случайную фразу – и дальше диалог выстраивался сам собой. Мужчинам, оторванным от родины, было приятно поговорить с русской девушкой, которая разбиралась в экономике и действительно вникала в деловую программу. Я пользовалась популярностью.
Первый день Форума подошёл к концу. Столы опустели, свет приглушили, усталые официанты провожали гостей к выходу. В моей сумочке лежал ворох визиток, и я была в невыразимом восторге от происходящего. Ровно до того момента, пока не вышла из «Элизабет-холла».
В основном гостей уже ждали автомобили: от классических британских такси до лимузинов. Те, кто остановился в отеле неподалеку, уходили пешком. Вскоре я одна осталась возле дверей, запертых изнутри.
Уже смеркалось. Собирался дождь. В воздухе пахло сыростью. Облака вытянулись по небу длинными туманными прядями – верный признак грядущего ливня.
Идти было некуда.
Даже от самой мысли меня тут же затошнило. А ведь я не думала про Алекса почти весь день. На Форуме было не до этого. Видимо, мозг вытеснил неприятные мысли, переключился на более актуальные задачи. Но вот пришла пора вспомнить о произошедшем.
Меня охватило чувство горечи и всепоглощающей тоски. Стиснув зубы, я попыталась вытеснить их из своего сознания. Но было кое-что ещё, от чего я никак не могла отмахнуться. Боль. Самая настоящая, физическая. Живот крутило и сдавливало, будто затягивало в узел. Видимо, так душа терзалась от потери.
Через спазмы в области желудка в сознание пробивалось отчаяние. Что-то внутри сковывало, сжимало меня так сильно, что приходилось незаметно сгибаться, скрещивая руки на груди. Я словно пыталась зажать невидимую рану, из которой хлестала кровь.
Вдруг боль стала просто невыносимой. Я задержала дыхание, уверенная, что сейчас сердце просто разорвётся. Приступ длился несколько секунд, но, к счастью, спазм прекратился. Я сумела сделать вдох и вновь расправила плечи и взглянула вверх – на копившее напряжение небо.
Внутри нарастала тревога. Безысходность и отчаяние кружили над головой, как коршуны над умирающей добычей.
Стоять на месте было невыносимо, поэтому я просто пошла по улице, надеясь, что на ходу мысли прояснятся, и решение найдётся. Радовало одно: на Форуме я, похоже, наелась на неделю вперёд. Хотя бы голодной смерти можно было не бояться. К тому же в сумочке предусмотрительно лежал сэндвич, завёрнутый в салфетку.
Эту белую сумочку от Chloé я купила в Москве, когда закрыла сессию на «отлично». Хотелось верить, что сейчас она принесёт мне удачу. Или хотя бы спасёт от дождя.
С неба начали падать первые капли. Они громко разбивались об асфальт. Люди ускорялись, открывали зонтики, поднимали кейсы над головой и спешили по домам.
Дом. У меня не осталось места, о котором можно было бы сказать банальное «Home, sweet home». Некуда было вернуться после непростого дня, чтобы снять костюм, помыться, сесть на диван, вытянув ноги, и почитать Достоевского. Негде закрыть окна, когда пойдёт дождь, чтоб не залило пол. Негде смотреть на непогоду, укутавшись в плед с чашечкой дымящегося чая.