Анна Боначина – Итальянское лето с клубничным ароматом (страница 40)

– И что вы задумали? – спросила Кларетта, оглядывая собравшуюся вокруг стола толпу, которая будто планировала ограбление банка. – Опять письма подделываете?

– Ну, сказать по правде, письма сюда тоже входят, – ответил кто-то.

– Так что? – повторила Розамария.

– Аманда организует охоту за сокровищами из любовных писем для Присциллы от лица Чезаре, а мы поможем! – воскликнул счастливый Тобиа.

– Чертовски вовремя, – фыркнула Кларетта. – И как вы это устроите? – уточнила она, садясь за стол к остальным. Две подружки последовали ее примеру.

– И будем надеяться, что Присцилла это оценит, в отличие от этой неблагодарной Пенелопы, которую мы вот уже несколько дней ждем, а она не подает признаков жизни, – заключила Розамария.

Чезаре не мог поверить своим глазам. В какую историю он вляпался?

– Так какой план? – практично спросила Эвелина.

– Ну?

– Как это устроить?

– Что мы должны делать?

– Позову дона Казимиро и Эльвиру. Не решайте тут ничего без меня! – воскликнула Аньезе и выбежала из библиотеки.

Аманда видела эти лица напротив, смотревшие на нее с нетерпеливым ожиданием. Соблазнение при помощи целой группы. Вот это точно как в книжке. Потом она посмотрела на Чезаре, обхватившего голову руками.

Ох уж эти мужчины.

– Письма должны создавать что-то вроде следа, который приведет ее в какое-то место, где она найдет сокровище, – размышляла вслух библиотекарша.

– Место – разумеется, вилла «Эдера», и ждет ее там Чезаре! – воскликнула Вирджиния, сжав руки в порыве романтического восторга.

– Господи, какой ужас. Если все так описать, это производит определенное впечатление… Может, не надо ничего делать? – подал голос потрясенный Чезаре.

– Э, нет, дорогой! Теперь мы в любом случае это устроим, – укорила его Кларетта, постучав его указательным пальцем по плечу. – Вы только посмотрите, сначала зовет нас всех помочь, а потом говорит ничего не делать.

– Но ведь я не…

– Помолчи и давайте подумаем! Итак, место, куда нужно прийти, – определенно вилла «Эдера». Про сокровище опустим, – продолжила Кларетта.

– Но где мы спрячем письма? – спросил кто-то.

– По всей деревне, – предложил другой голос.

– Ну конечно! Как будто Присцилла захочет дни напролет бродить и искать письма в рододендронах.

– Подождите, – задумчиво протянула Аманда. – А что, если письма будут у нас?

– А?

– Я говорю, что вместо того, чтобы прятать их в тайном месте, мы дадим их тайному человеку? Как хранителю!

Агата посмотрела на Аманду с восхищением:

– Ты знаешь, что ты гений?

– Итак, письма будут у нас, хорошо, – подытожила Эвелина. – Но как мы их ей дадим?

В этот момент в зал зашла запыхавшаяся Аньезе, а следом за ней Эльвира и дон Казимиро.

– Не говорите, что уже решили что-то без нас!

– Ой, дон… Как Владимиро?

– С ним все в порядке. В воскресенье уже будет с нами.

– Как раз к фестивалю клубники, – улыбнулась Аньезе.

– В этом году я тоже буду печь торт, – объявила Вирджиния, подмигнув детям, которые захихикали.

– Да оставьте вы эти торты, сосредоточьтесь на письмах! – наругала их Розамария. – Никогда не можете решить одну проблему за раз.

– А письма ты все сама напишешь? – спросила Агата.

– Нет, используем отрывки из любовных писем известных людей.

– Вроде Эми Уайнхаус?[36] – спросил кто-то.

– Я думала скорее о Джоне Китсе, – ответила библиотекарша.

– А кто это? – уточнил чей-то голос.

– Так, получается, письма этих известных людей будут у нас, и Присцилла должна отгадать у кого, а когда отгадает, попросить письмо, я правильно поняла? – вмешалась Кларетта.

– Может сработать, – вслух размышляла Аманда. – Но чтобы привести ее от одного к другому, нужны подсказки.

– Верно. Получается, кроме письма должна быть еще подсказка, – кивнул дон Казимиро, который уже тоже участвовал. – Можно и я передам письмо?

– И я! – хором завопили близнецы и Маргарита.

– Так, я нашла девять писем, – объявила Аманда. – Получается, Агата, близнецы, Маргарита, Вирджиния, дон Казимиро… Аньезе и Эльвира? Кларетта? Вы участвуете?

– И я! – возмутилась Розамария.

– Вы, три кумушки, и так один организм, как близнецы, – указал дон Казимиро, и никто не осмелился возразить. – И Эльвира с Аньезе будут в паре, чтобы отметить их примирение.

– Получается, семь… нужно еще двое. Может, Анита?

– Давайте дадим письмо Трамеццино! – предложила Вирджиния.

– Тогда Трамеццино. Кто хочет последнее письмо?

– Пусть будет Этторе! – воскликнула Агата, никогда не забывавшая о своей большой любви.

– А подсказки? – спросила Вирджиния.

– Подсказки я подберу, – пообещала Аманда. – Встречаемся здесь же, сегодня, скажем, в семь вечера и все разберем? – предложила она.

И посмотрела на Чезаре, который только бессильно кивнул. Может, это и сработает…

– Получается, состоится все завтра? Обязательно должно быть завтра, даже нет, я бы сказала, лучше сегодня, потому что в воскресенье фестиваль клубники, и нам нужно хотя бы три дня на подготовку, – размышляла вслух Аньезе. Любовь и тому подобное это прекрасно, но с такими вещами не шутят.

– Нет, встретимся в церкви, – вмешался священник. – Что-то настолько безумное надо по крайней мере благословить. И устроим все вечером, чтобы не откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня, – с самым серьезным видом добавил он.

– Смотрите, дон Казимиро, после похищения почтальона и подделки письма мы уже ни перед чем не остановимся.

– Да, но как же Пенелопа?

Да, но как же Пенелопа…

Глава двадцать девятая

Тем же вечером, ровно в семь, все собрались в церкви, и Аманда принялась раздавать письма и подсказки.

Были те, кто ждал этого приключения с нескрываемым энтузиазмом, а были и те, кто до сих пор не понимал его смысла. Среди последних оказался и сбитый с толку Чезаре, который спрашивал себя, что же он сделал плохого, чтобы заслужить все это, но решивший следовать за Амандой до конца, пусть и к вероятному поражению.

Что ему теперь терять?

– Но объясните мне, почему обязательно надо организовывать этот спектакль? Вы же знаете, что в таких делах не так много требуется? – спросила Кларетта.