Анна Богинская – Жить жизнь (страница 41)

— Ты все это знала и молчала? — Он хотел понять почему.

— Матвей, ты перепутал мое позитивное мышление с отсутствием интеллекта, — улыбнулась она. — Похоже, я произвела на тебя впечатление полной дуры. Чтобы стать тем, кто я есть сегодня, без посторонней помощи и не через постель, достигнуть всего самостоятельно, нужно обладать не только умом и интуицией, но и умением анализировать. Я понимала, что тебе нужно время, чтобы понять, кто я, поэтому молча наблюдала.

— А вчера тогда что было? — тихо спросил Матвей.

— Всему есть предел. Ты проявил неуважение, а со мной так нельзя. Я же говорила тебе когда-то: лучше сказать правду. Нет в мире правды, которую я не смогла бы уважать.

— Ты уже говорила это, — перебил он.

— Я понимаю, как ведет себя мужчина, когда он честен, и как, если есть что скрывать.

— И как же?

— Так, как ты, — копируя его тон, ответила она.

Они ехали по трассе. «Как же все-таки красиво лето!» — подумала Анна. Она чувствовала, что Матвей ждет продолжения.

— Мы с тобой уже миновали конфетно-букетный период. Правда, без конфет и букетов, — Анна не смогла сдержать иронию. Похоже, Матвею это было неприятно, и он отвернулся к окну. — Период, который начинается со знакомства, потом — впечатление, потом — симпатия, потом — влечение… И завершается сексом, — продолжала она, он слушал. — Этот период закончился. А теперь — уважение, доверие, отношения. Если этого нет, зачем продолжать?

— Аня, я сегодня очень о многом думал. Я хочу продолжать. Все изменится, — отрешенно сказал Матвей.

Разговор оборвался. Видимо, Матвей нуждался в паузе. Анне пауза не требовалась: в ее голове уже давно все разложено по полочкам. Она хотела больше слушать, чем говорить. Все, что хотела сказать, она уже сказала.

Они припарковались возле ресторана. Матвей открыл ей дверь. Сегодня он другой: не внешне — внутренне. Без пафосных стихов и искрометного юмора. «Может, действительно что-то понял?» Но, несмотря на это, Анна все еще смущалась его — странное чувство. Рядом с ним она становилась неуверенной. Матвей выбрал шатер, призванный стать молчаливым свидетелем их разговора. Маленькая Бэмби стояла на лужайке. Анна, заливисто смеясь, гладила и фотографировала ее. Бэмби стала легкой паузой и зарядом позитива. Матвей заказал кальян, Анна — кофе и лимонад.

— Знаешь, что мне нравится в нашем времяпрепровождении, Матвей? — серьезно спросила она. Он посмотрел вопросительно. — Полное отсутствие алкоголя!

Матвей рассмеялся.

— За это Славика благодари. Это его заслуга!

Он лежал на диване, вытянувшись во весь рост. Анна присела рядом на коленях — так она видела его лицо. Принесли кальян. Матвей молча вдыхал дым и смотрел на нее привычным долгим взглядом. Анне казалось, что он пытается прочитать что-то в ее глазах.

— Расскажи мне о своих отношениях с Арнисом.

Анна поперхнулась лимонадом. Во-первых, ее удивило, что он вообще знает это имя: она ни разу не произносила его. Во-вторых, он знает об их отношениях, значит, изучил ее страницу в фейсбуке. В-третьих, это был его первый вопрос о личной жизни за все время их знакомства.

— Что именно тебя интересует?

— Я так понял, что вы долго были вместе. Почему расстались?

— Мы были вместе восемь лет. А расстались потому, что наши цели перестали совпадать. Мы с Арнисом до сих пор семья, мы дружим и близко общаемся. А ты откуда о нем знаешь?

— Из фейсбука. Я смотрел на его фотографии, когда вы были вместе, и что с ним стало после, — Матвей замолчал на несколько секунд. — Он очень изменился, и не в лучшую сторону. Я смотрел на него и думал, что не хочу повторить его судьбу.

Анна удивилась: ей и в голову не могло прийти, что он проведет такую параллель.

— Да, у Арниса многое изменилось в жизни после нашего расставания, — сказала она. Ей не хотелось развивать эту тему.

— А Стас? — продолжил Матвей.

— Матвей Анатольевич, вы начали интересоваться моей личной жизнью?

— А что, я раньше об этом не спрашивал? — поразился он. Она отрицательно покачала головой. — Расскажи о нем, — попросил Матвей.

— Стас… — Анна молчала, подбирая слова. — Стас и Арнис были очень разными в отношении ко мне. Как день и ночь. За что ни возьмись, что ни сравни. Один спортом занимался каждый день, другой — никогда. Один не ел сладкого вообще, другой обожал. Один даже почты не имел, другой жил в Интернете. Один отчаянно контролировал, другой давал полную свободу. — От этих воспоминаний ее душу наполнила печаль. — Стас любил маниакально. Он контролировал меня, готов был убить за то, что я не ответила вовремя. Он ревновал, преследовал, но при этом любил до безумия. Стас был влиятельным человеком, и это часто превращало мою жизнь в ад. Я думала, что так будет всегда. Но бог распорядился иначе, — закончила Анна.

— От чего он умер? — Это был скорее медицинский вопрос, чем желание узнать подробности.

— Сердечная недостаточность.

Матвей молчал, Анна смотрела на Бэмби. Та нюхала траву на лужайке, совершенно не боясь людей, расположившихся в шатрах. Анна ожидала дальнейших расспросов или сочувствия, но услышала нечто другое.

— Я много думал о тебе и о нас сегодня ночью. Аня, ты совсем не понимаешь, кто я. Ты меня совсем не знаешь. Вокруг меня столько всего, что тебе будет нелегко. Ты была права во многих своих предположениях. Вокруг меня много женщин, — сказал Матвей и поспешно добавил: — Но не со всеми я сплю!

Анна слушала. Ей важно, что он скажет дальше.

— Есть отношения, которые завязаны на работе, есть просто флирт. Мне нужно все это разрешить с минимальными потерями… Ты готова к этому? — Анна кивнула в ответ. На лице Матвея читалось глубокое удивление: видимо, он ожидал другой реакции. — Тебя это не пугает?

— Таковы мужчины. Матвей, в отличие от многих женщин, я не питаю иллюзий. Я понимаю: если хочешь быть с незаурядным мужчиной, то вначале может быть нелегко, но потом все наладится. Вокруг таких, как ты, как Стас, как Арнис, всегда так. — Анна засмеялась. Она вспомнила, как было со Стасом. Матвей смотрел на нее вопросительно. — Когда Стас решил быть со мной, он сказал, что уезжает в командировку на пять дней. Вернулся через три, лег в спальне и спал сутки! Когда проснулся, я спросила: «Ну как прощания? Вижу, что без синяков». Он сначала отнекивался, а потом признался. Я оказалась права: он три дня прощался со своим «списком». Спрашиваю: «Как прощался?» Он говорит: «С каждой по-разному. Первым не говорил, что нашел то, что искал. Это оказалось стратегической ошибкой. Оказывается, женщины воспринимают намного легче, когда слышат фразу: «Ты замечательная, но я встретил ту, которую искал всю жизнь»».

Анна смеялась, но Матвей не оценил ее юмора.

— Ань, может, будет нелегко. И мне понадобится время. Если бы не работа, все было бы проще.

Анна понимающе кивнула.

— Матвей, может, тебе совет нужен? Я большой специалист по разрешению межполовых конфликтов.

— Я мужчина. Я все решу, — он опять смотрел на нее долгим взглядом, о чем-то думая, затем решился озвучить мысли: — Ань, у тебя все мужчины были успешными. Зачем тебе я?

Она понимала, что на самом деле его вопрос несет совсем другой посыл: сможет ли она поддержать его на пути становления. Им не хватало разговоров по душам. Он ничего не знал о ней, о ее жизни, оттого и делал неверные предположения.

— Ты мало знаешь обо мне. Когда мы познакомились с Арнисом, у него не было ничего, впрочем как и у меня. Потом все изменилось, — Анна вздохнула, вспомнив то время. — Когда мы познакомились со Стасом, он жил в квартире с лампочкой на потолке и спал на раздолбанном диване… Все меняется, Матвей, когда рядом с тобой люди, которые искренне в тебя верят и поддерживают. Деньги — фактор переменный, поверь.

— Но ты привыкла к другому… — заметил Матвей, но Анна перебила его.

— Позволь мне самой решать, к чему я привыкла, а к чему нет. Все, что необходимо, у меня есть. А завтра в твоей жизни все изменится, но этап становления мы можем пройти вместе.

— Зачем тебе это? Ты же можешь найти кого-то уже состоявшегося. Я уверен, что и искать не надо: их немало вокруг тебя!

Анне вспомнился Женя. Она понимала, что Матвей прав. Но есть одно но.

— Я сегодня уже говорила тебе, что отношения строятся на уважении, доверии и влечении. А все это можно создать, только когда есть «клей». Клей — это чувства. Если их нет, я не могу. Я такая — и все. Я знаю: когда есть чувства, Жизнь даст все. Без них финал будет плачевным. У меня нет розовых очков. Я понимаю, что жизнь полна разных ситуаций и их решений, но точно знаю: когда есть чувства, все можно пройти и достичь результата.

— А у тебя есть?

— Есть, — твердо ответила она. — А у тебя?

— После сегодняшней ночи я понял, что есть. Дай мне время, Аня. Теперь все будет иначе. Я хочу, чтобы ты мне верила.

Он притянул ее к себе и поцеловал. Их поцелуй затянулся. Анна испытывала неожиданные эмоции — ощущение нового Матвея. Она была счастлива, она верила ему. Ей казалось, что впервые он настоящий. Матвей прижал ее еще крепче.

— Я начинаю понимать твои духи, — нежно сказал он. — Ты маленькая инопланетянка, Аня. Но я не могу без тебя! Поехали домой. Накормишь меня вкусно, а потом будем заниматься любовью всю ночь. Хочу целовать тебя всю и везде.

Они опять целовались в шатре — как тогда, впервые. Этому месту суждено стать символом всего «первого» в их отношениях: первого поцелуя и решения Матвея быть с ней. Анна открыла глаза, не отрываясь от его губ, — маленькая Бэмби опять пристально наблюдала за ними, наблюдала с интересом. Маленькая Бэмби стала символом веры в нечто очень светлое и нежное. Наивная, искренняя, доверчивая и потому такая ранимая. Бэмби еще не понимала, что доверие часто приводит к ранам, а Анна об этом забыла. Анна поверила Матвею. Она доверилась ему.