Анна Богинская – Жить жизнь (страница 40)

Жизнь продолжалась. Анне хватало смелости быть честной с собой. Жизнь продолжалась, но настроения не было — оно исчезло еще вчера вместе с бездействием Матвея. Она осознавала: ее реакция на сигналы мобильного говорит о том, что она еще надеется. Она все равно еще ждала. В то же время понимала, что и это быстро пройдет. Слишком мало связывало ее с Матвеем, чтобы состояние ожидания затянулось надолго.

Анна достаточно взрослая и слишком много прошла, чтобы страдать из-за такого долго. Внутри она почему-то оставалась спокойной, несмотря на внешние обстоятельства. Кроме того, она давно считала, что самая горькая реальность лучше самой сладкой иллюзии.

Сегодня четверг. Назначено несколько встреч. Но ей не хотелось работать. Она посмотрела на Буржуя.

— Все проходит — и это тоже пройдет. Что только с операцией теперь делать? Жизнь вырулит! — сказала она коту. — Не пойдем сегодня в офис! Нужно восстанавливать эмоциональное состояние. Спорт и медитация — вот чем мы займемся, Буржуй. И новые очки от солнца.

Спорт и медитация. Это то, что спасало ее не раз. Формула восстановления. И неважно, какова причина стресса: личная жизнь или работа. Анна посмотрела в окно. Утро, синее небо, зелень парка, тепло солнца.

Замерев, она наслаждалась картиной внешнего мира и состоянием, которое называла «здесь и сейчас». Созерцание. Чувство благодарности накрыло ее. Она была благодарна Жизни за то, кто она и как живет, за весь свой опыт, за Матвея тоже была благодарна. Благодарность — единственное, что она чувствовала. Анна не осуждала его и тем более не злилась. Даже не была разочарована: он ведь поступил так, как она и предполагала.

Звонок мобильного прервал созерцание. «Андрейчук Матвей Анат.».

Радости нет — только удивление. Бесконечное тупое удивление. Телефон продолжал сигналить, Анна смотрела на него, застыв в бездействии. Она даже не могла понять, хочет ли отвечать. Так и не приняв решение, все-таки ответила.

— Я слушаю, — спокойно сказала она. Матвей молчал. — Я слушаю тебя, — повторила Анна. Он продолжал молчать.

— Я думал, ты не ответишь, — тихо произнес Матвей.

— Зачем звонить, если думаешь, что я не отвечу?

— Ты злишься на меня? — так же приглушенно спросил он.

Его тон был каким-то подавленным.

— Нет, не злюсь. Я вообще не умею злиться. Я просто принимаю — и все. Тем более ты же все-таки позвонил.

— Что это было вчера?

— Я подумала, что ты хочешь остаться там, где ты есть, просто не знаешь, как сказать. Решила помочь.

— Я как раз ехал к тебе, когда получил СМС. Развернулся и поехал домой.

Анна не поверила. Когда мужчина чего-то хочет, его ничто не остановит. Матвей манипулировал немного по-детски. Он так и не понял, что позитивность — это далеко не наивность. Проверить его не представлялось возможным, поэтому она спросила:

— Что же ты не приехал, если так хотел?

— Женщина говорит, что видеть меня не желает, — я подчиняюсь.

— Очень удобная позиция, — не без ехидства прокомментировала Анна.

Матвей ехидства не уловил.

— Можешь сегодня встретиться со мной? — предложил он. — Мне нужно о многом поговорить с тобой.

— Когда и где?

— Я работаю до семи. Сможешь приехать на наше место в полвосьмого? — чуть радостнее спросил Матвей, но все равно еще приглушенно.

— До встречи.

Анна припарковалась в условленном месте. 19:40. Она опять улыбнулась оттого, что Матвей не обманул ее ожиданий: он, как всегда, опаздывал. Оставался верен себе. Сегодня она приобрела шикарные очки в белой оправе. Она надела белое платье изо льна с легким напылением серебра. До бедра оно прямое, а от бедра до колена волан. Бежевые босоножки на тонком каблуке идеально подходили к платью. Аромат духов завершал образ.

У Анны приподнятое настроение, но не потому, что она встречалась с Матвеем. Таково общее состояние души. Она даже не пыталась прогнозировать, о чем он будет говорить. Но, судя по всему, вчерашняя воспитательная программа дала результат. Она достала планшет и погрузилась в чтение. Книга увлекла, поэтому контроль времени и ожидание растворились.

Она услышала стук в окно. Матвей дергал за ручку, но двери заблокированы. Анна нажала кнопку.

— Что читаете, Анна Александровна?

— Роман о вас, Матвей Анатольевич, — пошутила она. — Ги де Мопассан, «Милый друг».

— Прекрати немедленно! Ты узнаешь обо мне всю правду, — парировал он.

Она улыбнулась. Матвей молча положил рюкзак на заднее сиденье и сел на переднее. Анна закрыла планшет. Она не снимала солнцезащитные очки — она же женщина: ей нравилось ее приобретение и хотелось им похвастаться. Матвей тоже в очках от солнца. Она смотрела на него сегодня иначе. «Интересная штука жизнь. Еще утром я была убеждена, что больше ни шуток, ни флирта между нами быть не может. Что мы обо всем договорились», — думала она.

Матвей вздохнул, снял свои очки, затем ее. Он смотрел ей в глаза, всматривался в них долго и непрерывно, периодически вздыхая, изучал каждый миллиметр ее лица, — и продолжал молчать. Опять этот долгий, бесконечный взгляд, проникающий в каждую клеточку тела, в каждую мысль, в каждое чувство. Анна тоже смотрела ему в глаза. Неизвестно, сколько минут длился этот взгляд, но по ощущениям — вечность. Казалось, окружающий мир замер, стихли звуки проезжающих машин, голоса людей. Звуки города растворились в этом взгляде. Вселенная исчезла. Остался только этот взгляд. Только этот непрерывный взгляд, в который он вкладывал свой, одному ему понятный смысл. Но для Анны в этом взгляде пока не было никакого смысла, а додумывать ей не нравилось. Поэтому она прервала молчание.

— Матвей Анатольевич, я как раз вчера читала статью по психологии. Там пишут, что, если мужчина долго и пристально рассматривает лицо женщины, значит, он влюблен. Врут?

— После сегодняшней ночи скажу, что пишут правду, — тихо ответил он, продолжая смотреть на нее.

— И что такого случилось сегодня ночью?

— Я не спал всю ночь. Я думал о тебе…

— Непривычное состояние для вас, — с легкой иронией сказала Анна. Он наклонился к ней, но не для того, чтобы поцеловать. Он прижался щекой и вдыхал аромат ее кожи. — О чем думали?

— Я понял, что потерял тебя. Все вдруг показалось мне пустым и бессмысленным. Я почему-то очень испугался, представив, как буду жить без тебя, — он взял ее за руку. — Я не хочу жить без тебя.

Анна молчала. Его слова вызвали легкий шок. Он сказал намного больше, чем она могла представить. Анна знала, что такая встряска приводит мужчину к переоценке его отношения к женщине. Чувство потери часто рождает понимание ценности ее присутствия. Она поверила ему в этот момент. Она все-таки нужна ему! Он открыто говорит об этом. Матвей продолжил:

— Поехали к Бэмби. Покурим кальян.

Анна кивнула и завела машину. Им предстоял долгий путь к загородному ресторану. Город окрасился в красные тона летнего заката. Они ехали по свободным улицам Киева. Матвей наблюдал за ней, Анна смотрела на дорогу.

— Ты очень красивая, Аня. Красивое платье. И короткое! — восхитился он.

«Даже моя одежда ему сегодня нравится», — с улыбкой подумала она и через пару минут спросила:

— О чем ты хотел поговорить?

— Я не спал сегодня всю ночь, — повторил Матвей. — А потом, когда уснул на полчаса, мне приснился кошмар. Что моя бывшая на меня дело сфабриковала. Проснулся в холодном поту. Я вдруг подумал, что за все время, проведенное с тобой, мне не приснился ни один кошмар.

Анна молча слушала. Ей были непонятны его ночные кошмары, но сейчас не хотелось в этом разбираться.

— Я не понимал, насколько ты важна для меня, до вчерашней ночи Я относился к тебе неправильно, не так, как ты заслуживаешь, — он замолчал. — Даже цветов тебе ни разу не подарил! — сказал он на высокой ноте, словно только что понял это. Помедлил несколько секунд и глухо продолжил: — Прости меня. И поверь: теперь все изменится.

Анна вела машину, думая о том, что он сказал. Он казался ей действительно каким-то растерянным и потому даже покорным. Он напоминал человека, который, пережив сильные эмоции, приходит к сложному решению. Анна вздохнула. Матвей продолжил:

— Мне столько всего нужно сказать тебе и о многом поговорить. Я даже не знаю, как рассказать обо всем и сможешь ли ты понять.

Анна вздохнула. Ей вдруг по-матерински стало жаль его.

— Хочешь, я помогу тебе начать?

Он молчал. Анна начала.

— Я прекрасно понимала, кто ты, Матвей, еще с первого свидания. Я с первой встречи знала, что женщины в твоей жизни проходят конвейером и, скорее всего, ты даже имен многих из них не запомнил.

Матвей продолжал слушать.

— Я многое видела. Например, когда был финал чемпионата мира, ты пришел ко мне после секса.

На его лице появилось удивление. Анна продолжала:

— Но было воскресенье, и я подумала, что вряд ли это что-то серьезное — скорее всего, просто секс.

Он удивился еще больше.

— Но когда ты загулял с кем-то на свадьбе. И потом продолжил. После возвращения из Днепропетровска ты пришел со свидания. Пришел доиграть.

Матвей вжался в кресло: он был поражен. Они продолжали ехать по городу. Анна говорила с ним спокойным тоном: ни тени упрека — только констатация.

— Или ты думаешь, я не понимаю, что вчера ты был с женщиной? Скорее всего, с той же, со свадьбы.

Анна взглянула на Матвея. Он пребывал в полной растерянности. Его невербалика подтверждала, что все ее предположения попали в точку. Наконец Матвей обрел дар речи: