Анна Богинская – Жить жизнь. Свобода от манипуляций (страница 13)

– Не-а. Я в кинотеатре была, когда там фигуры трансформеров поставили, и подумала, что хочу сходить. И все. Зачем любить для этого, а тем более две предыдущие части смотреть?

– Ты как ребенок, – задумчиво проговорил он.

Его смущение ушло. То ли рюмка коньяка сделала свое дело, то ли он уже освоился на новой территории. Матвей опять стал собой, озорным мальчишкой. Он снова шутил, читал стихи Бродского и даже свои собственные – с экрана телефона. Рассказывал ничего не значащие истории, которые даже не запоминаются. Анна смеялась: ей очень нравился его юмор. Она смотрела на Матвея и не могла поверить в то, что он в ее квартире, что она слышит этот будоражащий голос, что смотрит в карие глаза, что он здесь, рядом. По крайней мере, он не раздражал ее тупостью или примитивностью. Напротив, он ей нравился, правда, пока еще совершенно непонятно почему. Он был интересен, казался особенным, не таким, как все.

Уже начинало светать. Июльские ночи коротки. А эта пролетела как мгновение. Анна посмотрела на него.

– У меня завтра семинар в десять утра. Нужно поспать хотя бы пару часов. Ты как? Останешься или поедешь? – Она наблюдала за его реакцией. – Я могу постелить на диване.

– Я останусь, – медленно проговорил Матвей.

Анна стелила ему в гостиной, анализируя происходящее. Настал момент проверить, что он будет делать. Его поведение – вот что она хотела увидеть. Он сидел на стуле в метре от дивана, болтал и наблюдал за ней. Она не чувствовала в нем неловкости – напротив, ему было комфортно. Ни стеснения, ни удивления не улавливала она в его мимике. Он просто наблюдал. Анна закончила расстилать постель, положила полотенце на диван и, неспешно поворачиваясь к нему, проговорила:

– Ну что? Спокойной ночи. Или, может, сладких снов? – Она засмеялась. – Утро уже.

– Почеши мне голову, – медленно произнес Матвей, беря ее за руку и притягивая к себе.

– Хорошо. Но ты помнишь, что секса не будет.

– Угу.

Анна запустила руки в его густые темные волосы и стала нежно водить пальцами по затылку. Матвей, как большой довольный кот, двигал головой в такт ее движениям. Ему нравились ее прикосновения. Анна продолжала: она видела, что его зрачки расширились. Ей было любопытно, на сколько его еще хватит, сорвется он или нет. Но он ничего не делал – просто продолжал издавать звуки. Звуки удовольствия.

– Тебя не смущает то, что мы впервые встретились вне клиники, ты ночуешь у меня в квартире и я чешу тебе голову? – не выдержала Анна. Ей часто не хватало выдержки.

– Не-а, – словно в трансе ответил он. – У меня такое чувство, будто мы знакомы всю жизнь.

Анна резко убрала руки.

– Ладно, давай спать, а то твоя просьба может привести сегодняшний вечер к неожиданному итогу. А нам еще операцию делать!

– Конечно, секса не будет, – сказал Матвей и вернул ее руки себе на голову. – Еще чуть-чуть. Голова – моя эрогенная зона…

Анна не сопротивлялась: ее интересовало, что он будет делать дальше и будет ли. Она знала: секс исключен. Она приняла это решение, еще когда предлагала зайти на кофе. Не потому, что она его не хотела или у нее были правила, – хотя правила, конечно, тоже были. Ей требовалось время, чтобы настроиться на мужчину. И она понимала, что психологически еще не готова. Но Матвей ничего о ней не знал и должен был показать себя. Никакого тактильного контакта с его стороны не было. Он продолжал наслаждаться ее прикосновениями.

– Ладно, будем спать, – спокойно сказал он.

Анна улыбнулась ему и ушла в спальню. Она оставила дверь приоткрытой, чтобы слышать, как он уснет. Но Матвей взял ноутбук и включил фильм. Анна уснула первой.

Она проснулась раньше, чем прозвенел будильник. Утро вливалось в открытое окно с пением птиц, звонко утверждая, что на дворе, без сомнения, лето. Анна улыбнулась, вспомнив события вчерашнего дня. Дверь спальни оказалась открытой, и она видела, как он спит, видела его профиль. Матвей лежал на спине, тихо посапывая. Анна смотрела на него и анализировала то, что произошло. Она обладала этой способностью – находиться здесь и сейчас, получать удовольствие от текущего момента, но спустя короткое время хладнокровно препарировать произошедшее рассудком.

Матвей не такой наивный и простой, каким хочет казаться. Ее не пугал этот вывод, напротив – вполне устраивал. Жаль, что Матвей держался довольно закрыто. Может, виной тому молодость, а может, несмотря на нее, он уже знал, что большинство девушек ищут серьезных отношений и, пока они верят в их возможность, они открыты. Анна же ценила честность: будь он прямолинеен с ней, ей было бы проще. Но не ему. Или он не умел по-другому. Но и его выбор Анну устраивал. Она просто нуждалась в мужчине, который сотрет из ее памяти тяжелые воспоминания.

Она встала с кровати и, отключив будильник, чтобы он не разбудил ее гостя, тихо направилась в душ. Струи текли по телу. Ей нравилось ощущение горячей воды на коже – оно всегда добавляло жизненных сил. День предвещал множество событий, и к ним нужно подготовиться. Она не думала о Матвее. Она решила, что подумает о нем, когда он проснется. Сейчас же ее мысли были заняты работой и тем, как она будет выглядеть на семинаре. Это тоже выработанная привычка: решать вопросы по очереди.

Анна вышла из ванной, отправилась на кухню и включила чайник. В большое окно она видела, как просыпается мир. Утро, солнце, дымка над парком, оставленные во дворе машины – все это было частью ее жизни, частью ее утра. Но в то утро добавилось что-то необычное: присутствие мужчины в доме. Присутствие другой энергии, других вибраций. Что-то чужое в ее квартире.

Матвей зашевелился.

– Доброе утро, – сонно сказал он.

– Доброе. Будешь кофе?

– Угу.

Он потягивался на диване, как большой довольный кот.

– У меня есть для тебя чашка из города, который называют Большим яблоком, – улыбнулась она, вспомнив о его привязанности к Нью-Йорку. – Как спалось?

– Мне снилось, что меня в Америке арестовала полиция, – задумчиво сказал он. – А ты?

– А я крепко спала, – ответила Анна, подавая ему кофе. – Мне скоро нужно уезжать, но, если хочешь, можешь остаться.

– Нет, я поеду, – ответил Матвей. – Подвезешь меня до метро?

Магия вчерашнего дня куда-то исчезла. Анна смотрела на него другими глазами. Почему-то все ее отношения с мужчинами начинались именно так – с ночи, проведенной в разговорах до рассвета, а затем с такого вот утра, в котором на магию не оставалось и намека. Только один раз все было иначе – и в итоге закончилось печально.

– Хорошо. Мне к десяти. Так что есть еще час времени. Что будешь на завтрак – обезжиренный творог, овсянку, омлет или все вместе?

– Омлет, – лаконично ответил он, направляясь в ванную.

Анна достала из холодильника яйца. Омлет сегодня почему-то получился только со второго раза. Первый она пересолила и выбросила в мусорное ведро, а вторым Матвей позавтракал. Пятнадцать минут тишины. «Все-таки магия закончилась».

Он пил кофе, сидя на диване, и вдруг сказал:

– Иди сюда. Хочу на тебя посмотреть.

Такого она еще не слышала. Интересно, что он хочет увидеть. Анна молча направилась к нему и села рядом. Он внимательно рассматривал ее.

– У тебя идеальное лицо с точки зрения пластической хирургии. Идеальный нос, части лица, – он замолчал, продолжив осмотр. Потом повернул ее голову в фас и профиль. – Губы тоже красивые – форма и контур. С глазами вообще понятно. Ты очень красивая, Аня! – сказал он, будто ставя диагноз. – По твоему лицу можно книги писать для пластических хирургов – идеальное лицо, – сделал Матвей заключительный вывод.

– Это был комплимент или диагноз? – смеясь, спросила она. Магия возвращалась.

– Комплимент пластического хирурга, – он продолжал пристально рассматривать ее лицо, иногда дотрагиваясь до носа или губ. Казалось, он ее изучает.

– Какие планы на день? – спросила Анна, подсознательно пытаясь перевести тему на что-то обыденное.

– Поеду домой спать, а вечером идем на «Трансформеров», как договаривались, – сообщил Матвей. Потом неожиданно слегка отодвинул ее на край дивана, быстро развернулся и, положив голову ей на колени, попросил: – Почеши меня, как вчера.

Анна погрузила руки в его шелковистые густые волосы и неожиданно поняла, что она не испытывает стеснения. Наоборот, для нее это совершенно естественно – вот так гладить его по волосам, словно они знакомы давным-давно. Нет ни сомнений, ни неуверенности.

Кто он для нее? Откуда взялось это чувство – ощущение единства с человеком, которого ты не знаешь, но которого при этом готова оставить в квартире одного и уехать на семинар. Ты, женщина, которая всегда крайне неохотно пускает людей в свой дом. Почему-то с ним это казалось органичным, естественным. То, что она всегда считала ненормальным, с ним стало нормой. Может, это и есть то, чего все ищут, то, что люди называют второй половинкой? Она размышляла, продолжая гладить его по волосам, шее, спине.

– О чем ты сейчас думаешь? – спросил Матвей.

– Я думаю, что у меня такое чувство, будто я знаю тебя всю жизнь.

Анна выбрала столик на свежем воздухе. Отель, в котором проходил семинар, располагался в самом центре Киева. На первом этаже размещался итальянский ресторанчик, который летом обзаводился террасой. На столике стоял кофе. И у нее оставалось еще полчаса до прихода первых участников. Она думала о семинаре, но ее смущало собственное состояние. Она чувствовала себя непривычно, не так, как всегда. Вроде бы ничего не случилось. Но появилось не то чтобы предчувствие, нет, – появилась дрожь, словно тебя знобит, только дрожь в душе. Душу слегка потряхивало. Зазвонил телефон. Матвей? Это было бы естественно: мужчины всегда названивают вначале. Но нет. Гала.