Анна Богинская – Жить жизнь. Свобода от манипуляций (страница 12)

– Почему ты так смотришь?

Матвей продолжал молчать, не меняя позы, а потом тихо что-то ответил. Из-за громкой музыки она не могла расслышать что и, естественно, автоматически подалась к нему.

– Ты красивая! – сказал он громко, чтобы она услышала. – У тебя очень необычные черты лица.

Он по-прежнему смотрел ей в глаза, держа ее за руку в клубах кальянного дыма. Анна тоже смотрела на него. Ей не хотелось быть перед ним «в образе», не хотелось подстраиваться или играть роль. Она смотрела на Матвея и понимала, что ее цель в этих отношениях – только эмоции. Его молодость и манила, и пугала ее. Она считала, что первое осознание ценностей у мужчин происходит годам к тридцати пяти. Мелькнула мысль: «А что я вообще здесь делаю? В этом месте, с этим мальчиком, для которого я, скорее всего, очередная игрушка». Анна привыкла к другому. Она привыкла быть призом, а не гоняться за кем-то. Может, это и есть новый опыт? Она решила быть здесь и сейчас, не думая о том, что будет дальше. Сейчас есть только он, Матвей, заставляющий ее испытывать новые эмоции.

Анна наслаждалась вечером. Недавние события научили ее ценить каждое мгновение, живя здесь и сейчас. Научили говорить то, что думаешь, не беспокоясь о последствиях. Научили всегда быть честной с собой и с людьми. Жить жизнь.

Матвей продолжал курить кальян, молча смотря на нее. Кальян закончился, вино тоже. Разговора не получалось из-за музыки. Они попросили счет. Анна заплатила за вино. Ей не хотелось, чтобы тратился только он. Она так решила. Хотя, если бы кто-то спросил ее, почему она так поступает, она не смогла бы ответить. Может, потому что понимала: он только начинает свой путь, а может, не хотела его пугать или смущать расходами. Она так чувствовала – она так сделала.

Июльская ночь в сердце Киева только начиналась. Но для них она подходила к концу. Первое свидание и так уже затянулось. Если бы она хотела с Матвеем серьезных отношений, то рассталась бы с ним уже после двух часов общения еще в торговом центре: два часа – максимум для первого свидания. Но от доктора она хотела совсем другого. Поэтому могла позволить себе просто жить: не как правильно, а как хочется.

Матвей вызвал такси, две машины. Приехала одна. Он отошел, чтобы перезвонить диспетчеру и выяснить, где вторая.

– Второй машины не будет, – подойдя к ней, сообщил он. – Может, сначала тебя завезем, а потом я поеду?

– Конечно. Какая разница? – Анна направилась к такси.

Автомобиль нес их по ночному городу в направлении ее дома. Анна смотрела в окно, а мозг, как компьютер, анализировал происходящее. Трюк с двумя такси уже был в ее жизни. Она даже рассмеялась: история произошла в этом же месте, в центре Киева. Может, так делают все мужчины, которые сюда ходят? Скорее всего, он ждет, что она пригласит его на кофе.

– Почему ты смеешься? – спросил Матвей.

– Хочешь ко мне на кофе? – спросила она. – Приглашаю. Только без секса. Зайдешь?

Она понимала, что вряд ли узнает, было ли вызвано второе такси. Матвей не из тех, кто расскажет всю правду. Да и ответ был ей безразличен – она хотела проверить другое.

– Да, – испуганно ответил он.

«Испуганно» – правильное слово. Анна посмотрела на Матвея, искренне пытаясь понять, что его напугало. Он на несколько секунд превратился в другого человека, сомневающегося в своем решении.

– Не бойся, приставать не буду. Обещаю, – успокоила она, положив руку ему на колено. – Тебе у меня понравится. Захочешь остаться – есть удобный диван в гостиной. Ты чем-то напуган? – не сдержалась она.

– А вдруг меня там ждут три амбала? – пошутил он.

– Ну, это было бы глупо с моей стороны: тебе же мне операцию делать, – парировала она. – Так что не обижу. Могу вкусный ужин приготовить. Ты голоден?

Матвей покорно кивнул в ответ, как человек, у которого нет выбора.

Такси подъехало к шлагбауму. За ним находился один из лучших жилых комплексов в Киеве: четыре двадцатипятиэтажки с развитой инфраструктурой и охраной.

– Нажмите кнопку «7Г» и скажите, что везете Анну.

Водитель произнес волшебные слова – и шлагбаум поднялся. Выйдя из машины, Матвей подал ей руку и осмотрелся. Анна засмеялась.

– Не бойся: двенадцать камер по периметру возле подъезда. Полиция найдет твое тело! – ее веселило состояние ночного гостя, но она не могла понять, чем оно вызвано. – Да и амбалов не будет – будет Буржуй. Но еще неизвестно, что хуже, – пошутила она.

Они зашли в подъезд. Консьержка уже спала. Тихо пересекли просторный мраморный холл и вызвали лифт. Матвей выглядел все таким же смущенным, как человек, который не знает, что делать. Анна и сама смущалась: это первый мужчина, которого она впускала в свою обитель.

Она переехала сюда три месяца назад. Когда в ее судьбе наступил переломный момент, когда жизнь началась заново. Было два предложения: ждать месяц квартиру в соседнем доме или взять эту, несколькими этажами ниже. Она не могла ждать: ей нужно было немедленно сменить обстановку.

Анне нравилась ее келья, как она называла свою квартиру. Современный интерьер в фиолетово-зеленых тонах – необычное решение, в котором продумана каждая деталь. Шестьдесят пять квадратных метров: гостиная, совмещенная с кухней, спальня, кабинет, гардеробная и, конечно, ванная. Большая ванная. Все практично и со вкусом, а главное – уютно, как ей казалось. Буржуй встречал в коридоре.

– Привет, Буржуй. Я не одна, – поприветствовала она кота, включая свет. – Буржуй, это Матвей. Матвей, это Буржуй. Он знает обо мне все, так что, если ты ему понравишься, он все тебе расскажет. Только боюсь, что через двадцать минут общения с Буржуем ты будешь мечтать об амбалах. Чувствуй себя как дома.

Матвей молча изучал обстановку. Анна пошла к холодильнику.

– Как насчет лосося с салатом? – спросила она, понимая, что гость голоден.

– Вы и мертвого уговорите! – эту фразу он произнес, словно актер в театре. – Это лучшее, что я мог бы представить, – добавил он уже в обычной манере.

Анна принялась готовить ужин, тайком наблюдая за ним. Он осматривался в квартире. Это нормально для мужчины: новая территория, нужно убедиться в ее безопасности. Буржуй прилип к нему. Для нее это был важный индикатор. Самый важный – отношение ее кота. И не менее важный – отношение Матвея к коту. В глубине души она боялась, что Буржуй его не примет. У Стаса с Буржуем не сложилось. С тех пор она решила, что мужчина, неспособный полюбить или хотя бы принять тех, кто ей близок, даже если это кот, – не ее мужчина.

Матвей рассматривал интерьер. Гостиная, совмещенная с кухней, развернулась на тридцать пять метров. Большое окно – во всю стену. Кухню зеленого цвета отделял от гостиной стол – полубарный-полуобеденный, широкий, но в то же время высокий, по бокам которого стояли два барных стула. Получалось, что один из сидевших за столом находился в кухне, а другой – в гостиной, зато сидели они друг напротив друга. В другом конце комнаты расположился буквой Г фиолетовый диван. Стена за ним была полностью зеркальной. По другой стене протянулась полка с сувенирами. Анна – педантка: даже рисунок на тарелке и цвет стаканов сочетались с интерьером квартиры.

– Сколько лодочек и картин! – неожиданно выдал Матвей.

– Я собираю лодочки со всех островов, где бываю, и акварели со всего мира. Это только то, что удалось разместить. Их намного больше, – ответила Анна. – И еще магниты на холодильник, – движением головы она указала на агрегат, снизу доверху залепленный магнитиками. Она много путешествовала и объездила минимум полмира.

– Эта квартира соответствует тебе, – проговорил он.

Анна выложила кусочки лосося и салат на тарелку. Поставила рюмки и налила коньяк: остатки дневных переживаний.

– А что ты ищешь в отношениях с мужчиной? – неожиданно спросил Матвей.

Первый значимый вопрос за вечер. Она выждала несколько секунд, чтобы подобрать правильные слова.

– Ищу отношений, которые не мешали бы мне быть той, кто я есть, – мягко сказала она.

Это самый честный ответ. Она не уверена в том, что готова вступить в новые, как говорится, серьезные отношения. Но ей нужен мужчина, который стер бы воспоминания о недавнем прошлом.

Она потягивала коньяк, а он выпил залпом. Анна наблюдала за тем, как он ест. Его манера поглощать пищу не вызывала у нее отторжения. Это тоже было своеобразным критерием отбора. Очень часто, наблюдая за мужчиной, она отмечала, что ее раздражает то, как он ест. И как показал опыт, если в этом вопросе нет понимания, скорее всего, его не будет и в остальном.

– Хочу, чтобы партнер не мешал мне жить мою жизнь. А я не буду мешать ему жить его жизнь, – продолжила Анна. Матвей посмотрел на нее удивленно. – Созидающие отношения – вот чего я ищу. Я точно знаю: если люди друг друга созидают, все остальное приложится, – глядя ему в глаза, сказала она. – Я не хочу, чтобы меня кроили и ломали. И я не хочу никого ни ломать, ни кроить. Не хочу, чтобы напрягали.

Он смотрел так же удивленно. Может, его удивил сам ответ, а может, то, как она говорила. Он ничего не сказал – не прокомментировал и не стал задавать уточняющие вопросы. Анна перевела тему разговора:

– Хочешь завтра в кино на «Трансформеров-3»?

– Ты любишь «Трансформеров»? – спросил он, явно получив новый повод для удивления. Анна отрицательно покачала головой. – Ты две предыдущие части смотрела?