Анна Бигси – Боль моя любимая (страница 1)
Анна Бигси, Екатерина Аверина
Боль моя любимая
Глава 1. Марсель
— Карен, ты не прав! — без стука вхожу в кабинет. — Так дела не делаются.
За спиной становятся Марк и Мартин, лучшие друзья, а теперь еще и компаньоны.
— Ты меня еще поучи, щенок, — усмехается владелец сети баров, опутавшей наш город.
— О тебе отзывались, как о честном человеке, — внутри горит от злости. Не могут меня так кинуть! Я все деньги вложил, и что теперь? — Мы выполнили свою часть договора, — жестко напоминаю я. — Теперь твоя очередь.
— Выполнили? — Карен дергает бровью, словно издеваясь над нами. Достает из-под стола бутылку того самого санкционного виски, что мы ему пригнали. Небрежно плещет его в стакан и толкает ко мне. — Пей, — в его взгляде вместо насмешки теперь легко читается угроза.
Я напрягаюсь, а к горлу подкатывает тошнота. Алкоголь я не пью ни в каком виде, это принципиальная позиция. Голова всегда должна быть ясной. Эту истину в меня утрамбовали с пеленок, и я уже ни раз успел убедиться в ее правости.
— Что? Стремно стало? — Карен неправильно понимает мою реакцию.
На помощь приходит Мартин. Шагает вперед, забирает бокал и делает большой глоток. Держит алкоголь во рту. Я вижу, как меняется его лицо. А Карен кивает на мусорное ведро.
— Что это за отрава? — выплюнув виски, возмущенно спрашивает друг.
— В смысле? — охренев, смотрю на него, и уже сам собираюсь это попробовать, но одергиваю себя.
— Это я вас, идиотов, хочу спросить! — Карен поднимается на ноги. — Пошли вон отсюда, ублюдки! — цедит сквозь зубы. — И отцу передай, чтобы номер мой удалил.
Зашибись! Мне хочется всадить кулак хоть куда-нибудь. Меня реально кинули. Еще и отца подставил. Это он меня свел с Кареном, он поручился, а я все просрал в первой же серьезной сделке.
Но так быть не может. В моей голове четко высвечивается весь маршрут от поиска поставщика и проверки до привоза товара сюда. Все было под контролем ровно до момента доставки…
— Твою мать, — закатываю глаза. — Когда это привезли? — спрашиваю у Карена.
— Минут двадцать назад, — прикидывает он.
— Пойдемте парковку проверим, — обращаюсь к Марку и Мартину. — Не мог он так быстро свалить.
Шарю глазами от тачки к тачке, пока не нахожу ту, что может нам подойти. Я не уверен, меня ведет чутье. Это еще один урок от отца. Своей интуиции стоит верить.
Дергаю ручку двери. Тачка открытая и пустая.
— Руки от машины убрали, — требует знакомый голос. — Черт… — в темноте узнает нас, резко одергивая руки от ширинки. Отлить ходил, придурок. Не дотерпел.
— Ну, привет, — шагаю к нему и хватаю за ворот футболки, пока парни окружают еще с двух сторон, чтобы не свалил. — Ты решил меня кинуть? — интересуюсь очень тихо, чтобы слышали только мы. Этот урод бледнеет…
— Эй, вы! — неожиданно женский голосок врывается в наш взрослый разговор. — Быстро отпустите его, — требует просто бессмертная девчонка, появляясь на островке света от уличного фонаря.
— Ты с ума сошла? Женька, вернись, — кричит ее подружка, но девчонка слишком упряма, чтобы кого-то слушать.
— Шла бы ты отсюда, крошка, — развернувшись, говорю ей. — Я его даже не обижаю. Мы просто разговариваем.
— Твой знакомый? — спрашивает у нее Марк.
— А если да, то что? — она упирает руки в бока и смело шагает прямо на меня.
— Тогда ты очень плохо выбираешь парней, крошка, — сообщаю ей, передав свою «жертву» Мартину, и в пару шагов оказавшись рядом. — Такая красивая, — говорю совсем тихо, — и такая глупышка. Жаль... Ауч! — в следующую секунду сгибаюсь пополам, получив коленом между ног.
Не успеваю прийти в себя, кулачок этого чуда несется мне в лицо. Ого!
Только я быстрее и выше. Уворачиваюсь, ловлю ее за запястье. Тонкое, с золотой цепочкой под моими пальцами. Она делает подсечку, но уронить меня не выходит. Я лишь ослабляю хватку. Она высвобождает руку, и ее кулак все же прилетает мне в челюсть. Не больно, скорее раззадоривает, и хочется поиграть в это еще немного прежде, чем я завалю ее.
Следующий удар приходится мне в корпус. Она морщит свой милый носик от боли в руке, и встряхивает ею. Я не нападаю в ответ, только защищаюсь. Она очевидно знакома с боевыми искусствами. Ее приемы легко читаются и не очень подходят для уличной драки, скорее для… татами.
Новая подсечка выходит неожиданно. Я теряю равновесие и падаю назад, утягивая ее за собой. Позволяю ей практически сесть сверху.
Марк и Мартин ржут в голос, а я рассматриваю красоту. Глаза большие, подбородок гордо поднят, чуть пухлые губы приоткрыты от сбившегося дыхания. Красивая грудь ходуном.
Коварно улыбаюсь и рывком переворачиваю нас.
— Вот и все, — шепчу, уложив ее под себя. — Попалась.
Ее щеки становятся ярко-розовыми, в глазах появляется возмущенный блеск. Светлые волосы рассыпаются по серому полотну асфальта. Под моими пальцами на ее запястье нервно бьется пульс, но она все еще не сдается. Тяжело дышит и смотрит на меня так, будто готова снова вцепиться в горло. Нормальная девушка уже давно бы убежала, а эта…
Три, два, один… все меняется. От удивления она снова приоткрывает рот, а я улыбаюсь, рассматривая тонкие черты ее лица и то, как они преображаются в эту секунду.
Люди всегда реагируют одинаково на мою особенность. Кто-то пугается, кто-то удивляется, как она сейчас, а кто-то неловко отводит взгляд, чтобы не казаться слишком любопытным.
В повисшей тишине наше дыхание смешивается в единый звук. Я наклоняюсь еще ниже к ее лицу. Вдыхаю, чувствуя запах осени и цветочных духов.
— Отпусти, — уже не так уверенно требует она.
— Не могу. Теперь ты знаешь мой секрет, — смеюсь, потому что никакого секрета нет, но она напрягается.
— Немедленно. Уберись. С меня! — злится девчонка, сама того не понимая, заводит меня сильнее.
— Ты либо самая смелая девушка в этом городе, — произношу очень тихо, — Либо самая безрассудная. Сейчас выясним, — Крепче сжимаю ее запястье и тянусь к губам.
Глава 2. Евгения
Его лицо слишком близко. Цвет глаз завораживает, гипнотизирует, никогда такого не видела. Один глаз светлый, скорее даже голубой, второй почти черный, и в этом свете фонаря разница особенно пугающая. Горячее дыхание парня касается моих губ и смешивается с моим. Ощущаю себя кроликом перед удавом. Сердце отбивает ритмичную дробь и кувыркается в груди, но я не могу отвести взгляд. Не могу пошевелиться. Дурацкий ступор.
— Женя! — голос подруги врывается в этот гипноз, разбивает его вдребезги. — Отпусти ее, придурок!
Я мгновенно прихожу в себя и высвобождаю руки. Парень нависает надо мной темной тенью, и этот взгляд... Слишком прямой, слишком самоуверенный.
— Ты хоть знаешь, что за попытку изнасилования бывает? — мой голос звучит строго и уверенно. — Статья 131, УК РФ. От трех до шести лет. Хочешь проверить, как работает?
Парень тихо смеется и медленно поднимается, освобождая меня.
— То-то же!
Протягивает руку, но я игнорирую этот жест. Вскакиваю сама, отряхиваю джинсы. Ладони саднит, но это ерунда.
— Я запомнил тебя, — говорит парень с усмешкой, но не угрожает, а скорее констатирует факт.
— А теперь забудь, — бросаю через плечо и почти бегу к подруге.
Она хватает меня за руки, осматривает так, будто я только что с поля боя вернулась.
— С тобой все в порядке?
— Да.
— Он ничего не сделал? — Аглая округляет глаза, кивая в сторону темноты, откуда доносится приглушенный мужской смех.
— Я похожа на ту, кто не может дать отпор отморозку?
— Нет, но...
— Пойдем отсюда, — обрываю ее и все же оборачиваюсь.
Парень стоит в свете фонаря, засунув руки в карманы. Друзья рядом ржут как кони, а он просто смотрит на меня. В упор. И ухмыляется. Нагло, самодовольно, будто это он победил, а не я зарядила коленом ему между ног так, что он сложился пополам.
Вот еще! Вздергиваю подбородок выше, беру Аглаю под локоть и тяну к стоянке такси. Вообще приходить в этот бар было идиотской идеей, но надо было встретиться с важным человеком. Правда безуспешно, он не появился.
— Если твой отец узнает... — начинает Аглая, когда мы садимся на заднее сиденье такси.
— Он не узнает.
— Но он просил...