Анна Безбрежная – Искушение инквизитора (страница 2)

– Что? – нетерпеливо спросил он.

– Я… Можешь пообещать мне, что никому не выдашь мой секрет, если я тебе помогу?

Сайдер нахмурился и скрестил мощные руки на груди.

– Как я могу пообещать, если не знаю, что ты там за секрет скрываешь?

– Понимаешь, он связан с тем, как именно я тебе помогу, – пыталась туманно объяснить ему.

– Только с этим? – прищурился он. – И все? Ничего криминального и страшного?

Ну, как не криминально… Ведьмовство – наказуемо в нашей стране. Ведьм сжигают на кострах.

– Это просто способ тебя вытащить из ямы и все, – пожала плечами.

Мне нужно было добиться от него обещания. Сайдер помолчал немного, обдумывая мои слова, а потом произнес:

– Хорошо, я никому не скажу, как ты меня вытащила из ямы.

Я улыбнулась и воодушевилась. Поверила мужчине. Надеюсь, моя доверчивость не обернется для меня боком.

– Отойди в дальний угол ямы, – решительно сказала ему.

Сайдер вскинул смоляную бровь, но молча отошел к противоположной части западни.

Протянув руки, я начала представлять, как корни деревьев прорастают сквозь земляные стены и формируют ступени как у веревочной лестницы по одной из сторон ямы. Магия потекла из моих пальцев голубоватым свечением, подчиняя мне элементы земли и растений. Мужчина пристально смотрел на то, что я делала. По его лицу я не могла понять реакцию, но пронизывающий взгляд ощущала буквально кожей.

И вот появилось подобие лестницы из корней и травы. Сайдер молча подошел и потрогал на прочность мое создание. Честно говоря, я немного переживала, ведь такое сотворила впервые. Да и вообще мой дар проснулся всего три месяца назад, так что надеюсь, корни не растворятся под тяжелым мужчиной, пока он будет карабкаться вверх.

Но Сайдер легко выбрался из ловушки. Медленно распрямился во весь могучий рост и расправил широченные плечи. Мое ликование от удачи вмиг улетучилось. Он такой огромный и сильный, что может сделать со мной что угодно. Я испуганно сделала шаг назад. Я боялась таких высоких и мощных мужчин.

– Ведьма, значит, – произнес он сурово.

Я уже почти повернулась к лесу, захотела было сбежать.

– Подожди! – он рывком кинулся ко мне и схватил за руку, крепко сжав.

Я начала вырываться и заскулила от страха.

– Кая, успокойся, – его глаза и тон смягчились. – Я тебе ничего не сделаю.

Я перестала вырываться и заглянула в глаза, потемневшие от наступающих сумерек.

– Тише, девочка, – успокаивающе проговорил он, но хватку не ослабил.

– Сайдер, – быстро и умоляюще заговорила я. – Пожалуйста, отпусти меня! Ты обещал! Я же спасла тебя…

Он медленно разжал руку, и я тут же отпрыгнула назад.

– А за это спасибо, – кивнул он.

Я нервно улыбнулась в ответ.

– Ты можешь показать мне, где деревня? – спросил он, сделав шаг ко мне, но тут же скривился от боли.

Он попробовал сделать еще шаг, но ему это удалось с трудом. Нога Сайдера была или вывихнута, или сломана. Тогда мужчина проковылял до корня дерева и сел. Он еле стянул сапог и закатал штанину – нога опухла и приобрела багрово-синий цвет.

– Она сломана? – подошла к Сайдеру. Он явно был не опасен с такой травмой.

Мужчина ощупал осторожно лодыжку, а за него поморщилась я – знаю, как это больно. Я вывихнула как-то себе ногу, побежав за юркой бабочкой в лесу, когда мне было лет девять. Тогда меня бабушка долго лечила и я горевала, что не могу ходить с ней за травами в лес и на озеро купаться, а лишь сидеть на завалинке возле нашего домика в лесу.

– Думаю, только вывих, – произнес. – Найди мне палку, что бы я мог опереться и идти.

– Сейчас! – и я кинулась искать ему подходящую опору.

Только сделать это было очень трудно, на лес опустились сумерки, окутав полумраком деревья. Их силуэты казались размытыми и призрачными. В кронах еще можно было разглядеть последние отблески заката, но внизу, у подножия стволов, уже царила густая тень.

Я зажгла маленький огонек, он робко вырвался из руки, и сиял как солнышко на ладони. Но только так, разогнав мрак, я смогла найти довольно крепкую на вид палку. Хотя такого бугая и бревно не удержит.

Я пробиралась сквозь кусты к Сайдеру, попутно осознавая, как воздух стал прохладнее, и стал более отчетлив аромат хвои и влажной земли.

– Вот, – протянула ему палку.

Сайдер взял ее и попробовал встать. Он уже успел натянуть сапог. Прошелся. Хромал, но шел.

– Спасибо, Кая, – сказал он.

– Не за что, – пролепетала я.

– Так ты отведешь меня в деревню? – задал он все тот же вопрос, на который я не знала, как ответить.

– Тебе надо вот туда, – махнула я за его спину, в сторону темных силуэтов деревьев, зловеще тянущие к нам ветки-руки.

Сайдер посмотрел в указанном направлении, потом на меня.

– Серьезно? Ночью я не смогу сам найти тропу. Тем более ты забралась в самую чащу. Кстати, а ты сама, что тут делаешь?

ГЛАВА 3. УБЕЖИЩЕ

– Я тут недалеко живу, собираю ягоды и травы, – нервно заговорила я, не зная как оправдать себя.

– Прячешься, в общем, – кивнул сам себе Сайдер.

– Да нет, – упавшим голосом произнесла я. Он понял же, что я ведьма и явно скрывалась от людей.

«Но он обещал! Он не выдаст меня. Я же его спасла», – сама себя успокаивала.

– Ладно, веди к себе, утром разберемся, – сказал он так, будто я ему предлагала такой вариант до этого, а он снисходительно согласился.

Я замялась, потому что он все сам за меня решил. Очень не хотелось ему показывать свое место укрытия.

– Давай, уже темно, – властно поторопил он.

И я подчинилась, повела его к своей избушке.

***

В глубине леса, между разлапистыми елями и кривыми березами, притаилась покосившаяся бревенчатая сарайка. Время и непогода изрядно потрепали ее: бревна, когда-то ровные и крепкие, теперь потемнели, покрылись глубокими трещинами и серебристой паутиной древесной гнили. Нижние венцы почти срослись с землей – то ли осели, то ли их медленно поглощал мох, выползающий из-под порога.

Это была временное убежище для ночлега охотников. Даже не избушка. Казалось, сарайка сгорбилась под тяжестью лет. Дверь давно не запиралась – замок заржавел намертво.

Хотя мне повезло, ветер не проникал в единственное окно – стекло уцелело. И еще больше повезло, что за все это время сюда не пришли охотники. А ведь сейчас лето – разгар сезона добычи дичи на зиму. И что бы они со мной сделали? Скорее всего, сначала изнасиловали всем скопом, а потом потащили в деревню, чтобы сжечь публично на костре.

Я знала, что мне надо убираться отсюда, но я просто не знала, куда мне идти и вот жила уже три месяца в лесу, в забытой строжке, что скрипела от ветра, пахла сыростью и грибами, а по ночам я вздрагивала от каждого шороха. Мне было дико страшно, непереносимо одиноко и жутко тоскливо.

Я завела Сайдера внутрь дома. Он скептически осмотрел мое убежище, но ничего не сказал. А я тут выживала все это время и мне плевать на его мнение. Сайдер присел на единственный шатающийся и грубо сколоченный табурет, тот под его тяжестью угрожающе заскрипел. Мужчина прошелся взглядом по маленькой клети, небольшому столу, единственной скамье, на которую я положила пару одеял – ночами было холодно. На стенах висели полки, на которых стояли пару кружек и деревянная миска. Травы для отвара, которые я собрала, повесила под потолком, от них разливался приятный аромат по комнате. Очага внутри дома не было. Я разжигала огонь на опушке возле избы, и там готовила еду: делала отвар, тушила кролика или варила суп. Недалеко от домика пробегал серебристый ручей – там я брала воду.

– Сними сапог, – сказала Сайдеру и подошла в угол, копаясь в своей котомке – в ней хранились разные полезные вещи.

Узелок со всем необходимым подготовила моя бабушка для нас с ней, если придется бежать. Она готовилась, будто предчувствуя беду. Я очень удивилась, когда она мне показала дорогу в этот дом, и запасенные для нас с ней одеяла, котомку с едой на первое время, посуду и котелок. Сказала, что на всякий случай.

– Но почему бабушка? – спросила ее тогда я.

Она ответила:

– Я очень надеюсь, что ты не станешь как твоя мама, но на всякий случай надо подготовиться, этим летом, в день твоего рождения может произойти выплеск силы. И я буду молить всех богов, чтобы этого не случилось, но перестраховаться надо.

Твоя мама была ведьмой – это от моей сестры ей досталось, но меня миновала такая судьба. Я очень надеюсь, что и тебя обойдет стороной такое горе, Кая.