Анна Белинская – За тобой (страница 7)
– Можешь идти сама? – сдвинув брови, мужчина смотри на Варю подавляющим взглядом, от которого из меня испаряется весь алкоголь. – Тогда пошли… – говорит после того, как Варя кивает словно под гипнозом.
– Постойте! – вклиниваюсь я и задвигаю беспомощную подругу себе за спину. – Она никуда с вами не пойдет!
– Э-т-то И-и-горь… М-матвеич. М-мой нач-чальник…– едва ворочая языком, сообщает Варвара.
– Твою мать! – выкрикивает Оля, удерживаемая амбалом.
– И что? – я оборачиваюсь к Варе. – Я его не знаю и тебя никуда с ним не отпущу, – категорично заявляю я.
Я вижу, как бледнеет Варвара. Закрыв глаза, она невнятно бормочет:
– Я сейчас упаду…
Одновременно с моим воплем Игорь-какой-то-там успевает подхватить подругу и уберечь от падения. Он берет ее обездвиженное тело на руки и, пообещав, что позаботиться о ней, скрывается в тени коридора.
– Девушки, куда вас отвезти? Шеф распорядился… – в дверях топчется амбал.
– Спасибо. Мы еще тут потусуемся, – отмахиваюсь я, обведя помещение туалета рукой. – В смысле в баре… – поясняю.
Как только за амбалом закрывается дверь, с Олей выдыхаем.
– Я правильно понимаю, что это был тот самый босс, который лишил девственности нашу святошу? – изумленно уточняет подруга, припав спиной к стене.
– Судя по всему… – рассеянно отвечаю я. – И все же мы не должны были отпускать с ним подругу. Вдруг он что-нибудь сделает с ней…
– Ты его видела? Да на месте Вари я бы мечтала, чтобы он что-нибудь сделал со мной! – эмоционально доносит Оля.
Однако я не разделяю ее оптимизма.
Спустя пятнадцать минут мы вытряхиваемся из бара.
– Покатаемся? – предлагает подруга, кивнув в сторону своего внедорожника.
– Смеешься?! – изумляюсь я.
– Расслабься. Я пошутила! Завтра заберу…– хохочет Баровски.
Взявшись за руки, мы выходим с территории «Дна» и не спеша бредем по узкому тротуару вдоль дороги, убегающей вниз.
Где-то слева от нас шумит море. Воздух пропитан солью и йодом, и этот аромат оседает на голых участках моего тела. Теплый ветер оглаживает кожу рук, лица и шеи. Фонари и фары встречных машин подсвечивают дорогу, а низкая луна и яркие звезды освещают этот поздний вечер. Я никогда не чувствовала себя в опасности в родном городе. Наоборот, этот город придает смелости. Маленький рай в большой, холодной стране. Город солнца, магнолий и кипарисов…
По деревянной лестнице мы спускаемся к пляжу. Даже в такое позднее время он не бывает пустым. То тут, то там вдоль кромки берега бродят люди, а есть смельчаки, которые купаются. Скорее всего это туристы, потому что для нас, местных, уже наступил некупальный сезон.
Оля снимает туфли, я тоже сбрасываю босоножки и босыми стопами зарываюсь в песок. Сверху он холодный, а стоит немного пробраться ниже, можно отыскать спрятанное тепло.
– Помнишь, я рассказывала тебе про наглеца, который своей машиной перекрыл мне выезд? – спрашиваю у подруги, глядя на лунную дорожку, плавно покачивающуюся на морской глади.
– Ага…
– Он оказался моим студентом. И новым соседом…
Я не знаю, почему вдруг вспомнила про него. Наверное, в моей крови все еще плещется алкоголь, раз я думаю не о Саше…
– Серьезно? – впечатляется Оля. – Погоди… – она открывает свою маленькую сумку, – знаешь секрет женских сумок? – внезапно спрашивает у меня.
– Просвети, – прошу с улыбкой.
– В каждую женскую сумочку влезает всё и… бутылка шампанского!
И действительно, через секунду в ее ладони появляется бутылка.
– Господи, как? Как ты умудрилась это провернуть? – я удивляюсь сверхспособностям подруги.
– Ловкость рук и никакого мошенничества! Оп! – Оля открывает шампанское, и оно с приятным шипением немного проливается на песок. – Держи! – предлагает мне сделать первый глоток.
Мне хорошо. Так эгоистично спокойно… И я беру эту бутылку и пью. Ощущая легкость и невесомость, срываю с петель свои обязанности и чувство ответственности. Забываю кто я. Сейчас я позволяю себе побыть эгоисткой.
Смеясь и передавая друг другу бутылку, мы с Олей носимся по песку. Кто-то нам приветственно свистит, кто-то просит присоединиться…
Но нет! Этот вечер только для нас…
– Зарулим в бар? – Ольга кивает на пестрящую вывеску, когда спустя сорок минут выбираемся на дорогу.
Я снова пьяна… Снова чувствую легкое головокружение. И дико хочу спать.
– Напилась – веди себя… домой! – умозаключаю я.
Ольке требуется пара секунд, после которых начинает громко хохотать.
– А это было хорошо. Надо запомнить, – сквозь смех произносит она.
Спустя десять минут две машины такси увозят нас в противоположных направлениях, а через двадцать минут я оказываюсь у подъезда.
Поблагодарив водителя, берусь за ручку, но дверь распахивается прежде, чем успеваю толкнуть ту от себя.
– Черт… – тянет мой студент, глядя на меня сверху вниз.
Я хлопаю глазами, смотря на него снизу вверх.
– Здрасьте…Наталья. Михайловна, – расплывается он в улыбке.
– Здравствуйте… – бормочу, находясь в полном ступоре.
Улыбка соседа становится шире, от уха до уха.
– Это мое такси… – выгнув брови, сообщает он, вероятно намекая, что мне давно пора покинуть салон машины.
Я веду себя как глупая!
Тряхнув головой, пытаюсь выбраться из машины, но, судя по всему, выходит коряво, раз мой студент галантно предлагает:
– Вам помочь? – протягивает руку.
Он улыбается. Постоянно улыбается! С какой-то присущей ему наглецой и хитринкой в глазах…
– Нет, – отрезаю я.
Соколовский терпеливо ждет, пока мои босоножки коснутся асфальта.
Я не смотрю на него. Больше нет. А он смотрит, я чувствую на себе его взгляд.
– Доброй ночи! – с усмешкой желает он, садясь в машину. На то место, где только что сидела я.
Такси начинает медленное движение. Я смотрю ему вслед, после чего достаю телефон и смотрю на время – полночь. Время, когда взрослые тетеньки ищут горизонтальное положение и тишины, а беззаботные юнцы – приключений и шума…
Глава 7.
Наташа
Заглушив двигатель, я забираю из подстаканника телефон, а с пассажирского кресла – свою сумку.
Потянув за лапку, пробую отрыть дверь так, чтобы не оторвало ни ее, ни мою руку.
Как только мне удается выбраться из машины, получаю по лицу ветряную пощечину. Мои волосы взлетают наверх. Агрессивный воздушный поток раскидывает края кардигана в разные стороны…
Сегодня штормит.