Анна Батлук – Студентка в подарок (СИ) (страница 47)

Мы с Хантером не стали занимать беседку, а принялись прогуливаться по узкой дорожке в третьей зоне, даже знатоки сейчас отдыхали, и нам никто не встречался. Парень что-то рассказывал мне про то, какие «отличные» ощущения от снятия приворота, а я размышляла, как же мне лучше сказать о том, что нам придется отказаться от соревнований. Когда нужные слова удалось подобрать, Хантер сначала решил, что я пошутила, а когда понял, что говорю всерьез, остановился и удивленно посмотрел мне в глаза.

– Но это же была твоя идея.

Я низко опустила голову. Идея-то моя, да только вначале я была уверена, что ничего сложного в этих соревнованиях нет, а потом хотела уговорить проректора научить меня хотя бы каким-то щитам. Ни один из моих планов не сработал, и следовало это признать.

– Хантер, дело в том, что я не умею управлять своей силой.

Дангвар хмыкнул.

– Если бы умела, зачем бы здесь училась. Не переживай, я отлично понимаю, что ты звезд с неба не хватаешь. Будешь стоять в паре с Олефом или Эдитом, и простеньких щитов будет достаточно. В первый год участия от нас даже многого не ожидают.

– Ты не понял, – я даже зажмурилась, боясь признаться. – Я делаю настолько слабый щит, что он даже ветра не выдержит, хотя из этого же ветра и состоит. Если честно, на этих соревнованиях я только бегать смогу, уж этому меня Каракат научил. Еще несколько приемов знаю, но любой боевик меня переломает, так что буду действенна только против знатоков и целителей.

– Какой у тебя уровень силы? – посерьезнел Хантер, а услышав, что шестерка, успокоился. – До первой игры еще месяц или даже больше, ты успеешь хоть немного подготовиться.

Я чуть не заплакала.

– Мне же тренироваться надо, а я по учебникам ничего не понимаю. Да и где я буду эти щиты отрабатывать?

– А ну прекратить истерику, – Хантер обнял меня, и я с небольшой задержкой приникла к его груди. – Тебе Таматин не сможет схемы объяснить? Потерпишь его занудство, не впервой. А отрабатывать я тебе помогу – надо же нам на свиданиях чем-то заниматься.

Я хмыкнула и обняла Дангвара в ответ.

– Тут вот еще какое дело: мне проректор запретил участвовать в соревнованиях.

Хантер помолчал, раздумывая.

– А причина?

– Та, которую я тебе озвучила, – подробности я говорить не стала. Незачем всем подряд знать о том, что мое нападение чревато последствиями, я же все-таки защищать собираюсь.

Дангвар обнял меня еще крепче.

– Ляля, я не спрашивал, зачем нам нужно участвовать в соревнованиях вообще, – я поморщилась, понимая, что об этом вообще лучше не говорить – Хантеру повод не понравится. – Желание девушки нужно исполнять. Но это точно стоит того, чтобы дразнить проректора?

Я честно задумалась: первоначальная причина никуда не ушла – мне нужны деньги, но, если честно, меня очень обидело то, что проректор запретил участвовать в соревнованиях. Он как никто другой знает, что я помешана на том, чтобы сбежать из этого дурацкого места, и, когда я нахожу хоть одну причину, которая поможет смириться с пребыванием в Академии, запрещает. Эх, не так, на мой взгляд, должно действовать приворотное зелье, ох, не так.

– Он сам виноват, – пробурчала я.

– Хорошо, – Дангвар помолчал, как видно, раздумывая. – Что насчет сегодняшней отработки щита? Моя спальня для этого великолепно подойдет.

– Хантер!

– Да я серьезно! У меня комнатный арест на неделю, хорошо хоть без запрета посетителей. Так что после учебы вариант только идти ко мне.

Я подумала о том, что завтра теория силы, а Корнелия Сирз ждет от нас с Лиссой доклад, разыгранный в лицах. Как говорит отец, нужно расставлять приоритеты.

– Сегодня не могу. Начнем с завтрашнего дня.

***

– Потенциал магии – это тот уровень развития силы, с которым человек приходит в мир, уровень его возможностей, – диктовала Лисса. Я лежала на полу и, высунув от усердия язык, вырисовывала буквы на бумаге. Решили, что писать доклад придется мне: почерк у меня отличный, за каракули Лиссы Корнелия может и рассердиться, а вот читать текст перед группой предстоит подруге. Демонстрировать все наглядно, соответственно, будем вместе. – Общепринятое мнение о том, что увеличить его невозможно, ошибочно, что подтверждается многими исследованиями. Попытаться развить свой потенциал может любой, но это действует только в совокупности с методиками накопления и большой практической работой по развитию знаний и внутреннего ресурса. Следует заметить, что методики накопления будут эффективны, только если изначальный уровень потенциала человека не менее 2 единиц.

Я тяжело вздохнула: раньше у меня был уровень потенциала единица, и отец очень горевал, что его невозможно увеличить даже на половину деления Амагеттума.

– Сделай заголовок, – скомандовала Лисса. – Хватит уже вводной части.

Я послушно подчеркнула слово «Методики».

– Первая методика, которая получила наибольшее распространение, медитационная. Субъект должен создать энергетический сосуд, с помощью превалирующей стихии и проводить в нем ежедневно не менее шести часов. Схема сосуда, – Лисса протянула мне книгу. – Нужно перерисовать.

Я взглянула на схему и почувствовала себя плохо.

– Чур, эту методику будешь сама демонстрировать, такое мне повторить точно не удастся.

– Пока ты рисуешь, буду тренироваться, – согласилась Лисса, и в нашей комнате воцарилась тишина.

Писать доклад мы закончили ближе к десяти часам вечера. Мне нужно было выучить только одну методику, самую простую, но зато у Лиссы от тренировок демонстрации первых двух совсем не осталось сил даже на то, чтобы нагреть мне воды.

– Я очень хочу спать, – пробормотала подруга. – Не понимаю, как люди с помощью всего этого увеличивают количество сил. Да у меня даже обычного ресурса сейчас нет.

Я с ненавистью посмотрела на схему методики, которая досталась мне для демонстрации. А ведь еще нужно будет тренироваться показывать приемы разового увеличения потенциала. Хорошо хоть для этих приемов доклада не требуется, но очень странно, что преподавателя теории силы в основном интересует практика.

– Ложись, я постараюсь сама разобраться с последней схемой, – мне для этого, конечно, полночи понадобится, но Лиссе действительно нужно отдохнуть. Подруга зевнула.

– Я немного полежу, а потом разбуди меня. Там совсем все просто, я объясню и…

Лисса уснула одетой да еще и в сидячем положении. Я с удовольствием оторвалась от книг, раздела сонного знатока, уложила в кровать да еще и прикрыла одеялом. Тренировки Караката шли мне на пользу: силы в руках определенно прибавилось. Не спеша возвращаться к домашнему заданию, с удовольствием дождалась, когда с меня спадет мантия и совершенно без удовольствия приняла холодный душ.

Я стояла перед зеркалом, завернутая в полотенце, и втирала в кожу крем. Стук в дверь был очень неожиданным, кто из наших знакомых может заявиться в такое время? В другой день мне в голову бы пришел Хантер, но в ближайшую неделю он не может после занятий покинуть комнату, так что сегодня радиус гостей сократился до трех: Таматин, Эдит или Олеф. Но что-то мне подсказывало, что единственный, кто может нагло заявиться посреди ночи, не обращая внимания на то, что людям нужно спать, –непризнанный гений Таматин Кряхс.

Пока думала открывать или нет, стук раздался еще раз, и Лисса недовольно завозилась. Я разозлилась и решила, что если это Таматин, то придется отработать на нем новый прием.

Дверь я открывала, кровожадно хихикая.

– Опять сосед выгнал? – начинала я бодро, а вот окончание вопроса затерялось – передо мной стоял Радагат Виррас.

– Лилиана, – степенно кивнул мне проректор, приветствуя.

– Мсье Тиррос, – машинально ответила я и густо покраснела, когда заметила, что взгляд Радагата скользит по мне, и при этом глаза проректора чернеют, будто он очень зол. Я спряталась за дверь, так что видимыми остались только голова и часть плеча, и спросила:

– Вы что-то хотели?

Радагат заметно вздрогнул и потер глаза, будто хотел избавиться от неприятного зрелища. Когда он заговорил, голос его звучал в высшей степени укоризненно.

– Лилиана, вы не одеты.

– Я знаю, – растерянно отозвалась я. – Вы же ночью пришли, я только из душа вышла, – и, не понимая сути претензий, зачем-то добавила: – Кремом вот мазалась.

Радагат низко, как-то по-звериному зарычал, а я с трудом подавила желание закрыть дверь да еще и стол к ней пододвинуть для надежности.

– Тиррос, оденьтесь немедленно, – проректор, словно бы чувствуя мои мысли, отошел от двери вдаль по коридору. – Я вас здесь подожду.

Я кивнула, захлопнула дверь и приложила к горящим щекам ледяные ладони. Горячий взгляд обычно ледяного проректора смущал и даже пугал. Я взглянула на Лиссу, удостоверилась в том, что она спит, и бросилась одеваться. Радагат был очень нетерпелив – через пару минут в дверь снова постучали. Я уже натянула на себя спортивный костюм и теперь бегала по комнате в поисках расчески. Не знаю, как у других, но у меня часто бывает такое, что я смотрю на нужный предмет, но в упор его не вижу. Так и сейчас. Пришлось пальцами распушить волосы, и, даже не бросив на себя прощальный взгляд в зеркало, я открыла дверь, надеясь, что выгляжу прилично.

Проректор прогуливался по коридору, и подозреваю, в дверь стучал повторно, когда проходил мимо. Когда я вышла, Радагат мигом оказался рядом – глаза его черноты не утратили, но невозмутимое выражение лица вернулось.